Потанцуй со мной
— Ты знаешь, у тебя есть действительно плохая привычка — говорить, как учитель биологии.
— Моя бабушка была бы крайне счастлива это слышать, — Хлоэ улыбнулась, — она как раз учитель биологии, и она вбила меня некоторые научные знания, хотя это и не передается генетически.
— Вот видишь? Ты опять это делаешь? Кто употребляет слово «генетически»?
— Ничего не могу с собой поделать, — рассмеялась Хлоэ. — Я слишком сильно люблю природу, чтобы разыгрывать из себя дурочку.
— Почему ты должна быть дурочкой около меня?
Она пожала плечами:
— Мне казалось, мальчишкам нравятся девочки, которые так себя ведут.
— Возможно, только глупым мальчишкам. — Его глаза сияли. Она почувствовала новую дрожь, как будто он выворачивал ее наизнанку. Ей нравился его голос. Он был такой глубокий. И при этом теплый. Как будто он решил, что она ему нравится. Еще он был умным.
— Я Хлоэ Чэдвик, представилась девочка.
— А. Как Сады Чэдвик.
— Я работаю в палатке.
— Я Зик Вэйл.
— Привет. — Она потянулась, чтобы пожать ему руку, забыв о ране. Но, должно быть запястье не было сломано, потому что он потряс ее руку, потом сжал пальцы.
— Приходит в норму, — сказал он.
— Это хорошо.
— С моим мотоциклом все не так здорово, — заметил Зик. Теперь, когда путь был свободен и ее дядя ушел в дом, они покинули свое убежище и подошли к мотоциклу. Парень выпрямил машину и попробовал ее толкнуть, но понял, что переднее колесо погнулось.
— Ты далеко живешь?
— В Твин Риверз, — ответил он, — это город по соседству.
— У меня нет прав, — сказала Хлоэ, — а то я отвезла бы тебя домой.
Он только дьявольски улыбнулся — левая часть рта искривилась, а правая осталась неподвижной — и достал из кармана мобильный телефон. Подросток набрал номер, подождал, а потом произнес:
— Эй. У меня небольшая авария. Заберешь меня? — Он подождал, потом рассмеялся. — Да ладно, как будто с тобой такого не случалось. Яблоневый сад. Десять минут? Я буду у дальнего края забора. До встречи.
У Хлоэ пересохло во рту. Ей хотелось задать ему миллион вопросов. Ей было интересно, кому он звонил. Как будто услышав ее вопрос, он ответил:
— Мой брат. Он возьмет отцовский трактор, так что мы сможем погрузить мотоцикл в прицеп. Извини за разлитое масло.
Хлоэ кивнула, чувствуя какое-то странное томление в груди, какого она не испытывала раньше. Она шла рядом с ним, пока он выталкивал мотоцикл на дорогу. У нее щемило сердце. Оно растягивалось и стягивалось, как резиновая губка. Это чем-то напоминало ей те моменты, когда она смотрела на небо, на две одинокие звезды.
— Где ты учишься? — спросил он. — В Крофтоне?
Она кивнула, не в силах вымолвить хоть слово.
— У тебя есть братья или сестры?
— Нет, — пробормотала она.
— Ты единственный ребенок, — кивнул он.
Она подумала об этом. О том, как сильно она любила свою кузину. О том, как здорово было бы иметь родственников. Ей было интересно, есть ли у ее настоящих родителей другие дети, есть ли у нее братья и сестры. Может, у них большая семья, но у них не было денег на ее содержание. Или они были слишком молоды и влюблены, но не могли пожениться до окончания школы, а теперь у них есть свои дети у каждого. Сердце растягивалось и стягивалось. Она так дрожала, что все ее тело тряслось.
— Тебе холодно, — сказал он.
— Нет, я… — начала она.
Но он уже снял свою кожаную куртку и накинул ей на плечи. Она никогда раньше не носила вещей из кожи животных. Это ощущение пугало ее, но куртка хранила тепло его тела, а когда он застегнул ее, она закрыла глаза и почувствовала, как с неба падают звезды. Когда она снова открыла глаза, она увидела, что на нем надета белая футболка. На левом предплечье красовалась татуировка.
— Дельфин, — сказал она, дотрагиваясь до нее.
— Дельфины отгоняют акул.
— Акул?
— Я занимаюсь серфингом.
— Правда? — спросила девочка, представляя его светлые волосы среди высоких морских волн.
— Да. На Фёст-бич. Была там?
Она покачала головой.
— О, экология. — Он улыбнулся. — Боишься наступить на какого-нибудь пескаря, верно?
— Вроде того, — ответила она, не желая вдаваться в подробности и объяснять, что ее родители не любили пляжи. Род-Айленд называли «океанским штатом», но она бывала на пляже, только когда была жива Изабелл, они тогда ездили с дедушкой и бабушкой в их особняк в Ньюпорте.
— Ну, может, когда-нибудь ты попробуешь, — предположил Зик.
— Возможно.
— Если будешь кататься на серфинге, — сказал он, останавливаясь и глядя ей в глаза так внимательно, что ей казалось, он может видеть ее изнутри, — запомни, что дельфины всегда смогут защитить тебя от акул.
Она кивнула, слегка приоткрыв рот. Он наклонился, как будто хотел поцеловать ее, и она увидела молнии, звезды и салют, а потом услышала свое имя.
— Хлоэ! — позвали со стороны сада.
— Это моя мама, — испугалась девочка.
— Тебе лучше бы пойти домой, пока она не отправила полицейского на твои поиски. — Зик улыбнулся, снова выпрямляясь.
— Да, — прошептала она, отступая назад. Ее сердце разрывалось. Она хотела, чтобы он поцеловал ее, взял с собой кататься на серфинге, познакомил со своим братом. Ее тело болело, как будто она находилась между акульими зубами. Мама позвала ее снова.
— Я лучше пойду…
— Большое спасибо.
— Пожалуйста.
Голос матери приближался, а Хлоэ не хотела, чтобы та видела Зика. Она почувствовала что-то близкое к панике. Она не хотела, чтобы мать увидела его, накричала на него, пообещала позвонить его родителям или в полицию. Девочка скинула куртку и протянула парню, затем развернулась и побежала по освещенному луной саду, даже не попрощавшись.
Глава 13
День открытия палатки был просто замечательным. Сама палатка сияла ярко-голубым цветом, сияя в солнечных лучах, как маленький кусочек неба. Аромат только что испеченных пирожных казался бесподобным. Хлоэ приготовила вывески, сообщающие о великом открытии. На одной из них был нарисован золотистый яблочный пирог. На другой — почему-то дельфин. Они с Моной сидели на скамейке, так же, как когда-то это делали Дилан и Эли, и ждали покупателей.
Дилан наблюдал за ними из сада. Он долго мучился, убирая масляное пятно, оставленное одним из этих идиотских байкеров, и теперь он наносил на корни специальный раствор, который поможет затянуть раны, оставленные тяжелыми колесами. У него была с собой пара ножниц, и с их помощью он убирал некоторые сломанные ветки, в самом низу дерева, где их задел мотоцикл.
Дилан работал аккуратно, как его учил дед, осторожно срезая ветки в том месте, где они примыкали к стволу. Он знал, что так ранки на стволах заживут быстрее, чем если просто оставить обломанные ветви.
Мужчина взглянул на Хлоэ. Она в ожидании смотрела на дорогу, как будто могла заставить клиентов появиться из ниоткуда. Дилан помнил эти ощущения. Это была небольшая сельская дорога, и понадобится время, пока поползут слухи, рекламирующие палатку, а до тех пор покупатели будут появляться здесь редко.
Через несколько минут он услышал звук мотора. Пока он смотрел, Хлоэ тоже повернула голову на звук. Мона поднялась со скамьи и побрела в сторону дороги, как будто хотела остановить машину. Дилан вновь вернулся к работе. Кора с корней была содрана, в некоторых местах она сильно пострадала, самое подходящее место для грибка. Живые существа такие беззащитные. «Изабелл должна была бы работать в палатке вместе с Хлоэ», — подумал он.
Машина подъехала ближе, теперь ее можно было рассмотреть получше. Дилан моментально узнал ее и опустил ножницы, наблюдая, как Джейн паркуется на обочине рядом с забором и выходит из автомобиля. Он видел, как Хлоэ соскочила со скамейки, слышал, как ботинки Джейн скрипят на гравии. Она была худощавой, атлетично сложенной, одета в джинсы и черный свитер, ее волосы такие же темные и блестящие, как у Хлоэ.