Три шага до магии. Трилогия (СИ)
В обозе организовали приготовление нормальной пищи, и бойцы все поели, незаметно подменяя друг друга в заслоне, аналогичном вражескому. Потом отправили всех, кого можно спать, но заслон выставили и с тыльной стороны наших позиций. Там тоже поставили вышки с наблюдателями. А с флангов мы нападения не ожидали, так как наши маги сделали там глубокие траншеи, преодолеть которые ночью бесшумно просто невозможно, хотя наблюдатели были и здесь.
Утром наша лёгкая пехота начала атаку вражеского заслона. Наша пехота приближалась в рассеянном строю, а вражеский заслон стоял сплошными шеренгами, поэтому огонь наших лучников и арбалетчиков был довольно успешным, и они за час ополовинили этот заслон, понеся при этом совсем небольшие потери. Краинцам это надоело, и они начали строиться для атаки. Тут наша лёгкая пехота ещё больше развеселилась. Но вот у них в первые ряды выдвинулись лучники, и наш командир дал команду отойти на безопасное расстояние, но не уходить, держа лучников на передовой линии строя. И тут вступили в действие мои снайперы. Лёгкой пехоте было приказано чуть активизироваться, Лучники начали постреливать по вражескому строю, но это было на предельной дистанции, стрелы падали почти вертикально сверху, и не имели пробивной силы. Да и были эти стрелы достаточно редкими, но вражеские лучники почему-то падали один за другим. Наконец, один из вражеских командиров дал команду прочесать край леса от их позиции в нашу сторону. Этих патрулей пытались остановить наши лучники, но они умело скрывались за деревьями. Тогда на нашей стороне протрубил охотничий рог, и вражеские лучники падать перестали. Значит, наши снайперы отошли к своим войскам, но задачу они выполнили, количество лучников у врага стало в два раза меньше.
И вот вражеское войско пошло вперёд. Наша лёгкая пехота стала отступать. Вражеские лучники шли вперёд и стреляли, поэтому пехотинцам не было возможности обстреливать вражеский строй. Но вот они просочились через какой-то непонятный строй, который затем сомкнулся, и перед врагом возник строй наших фаланг. Стоя вплотную друг к другу они полностью перекрывали открытое пространство. Что-то закричали вражеские командиры и их войско бегом бросилось на наши ряды.
В это время задние ряды фаланг сделали интересную вещь. Два последних ряда из щитов и копий соорудили площадки, которые были приподняты на метр от земли. На эти площадки встали лучники и арбалетчики. И они обрушили ливень стрел и болтов на набегающих вражеских воинов. Арбалетчики работали тройками: один стреляет со щита над головами своих воинов, а двое на земле заряжают арбалеты и подают ему. Поле перед нашими фалангами покрылось телами убитых и раненных.
Вражеские лучники встали в ста пятидесяти метрах от наших фаланг и попытались открыть по ним максимально интенсивную стрельбу над головами своих воинов. Но те уже практически добежали до нашего строя. Тогда вражеские лучники начали стрелять по нашим арбалетчикам и лучникам, которые высовывались над «черепахами» фаланг. И им удалось подстрелить несколько наших стрелков увлёкшихся стрельбой над головами воинов фаланг. Ударили барабаны, условной дробью, и фаланги полностью закрылись от вражеских стрел. Вот враги добежали до щитов фаланг и попытались их рубить, но щиты были крепкие и на сильный гулкий удар барабана, между щитами словно жала змей выскочили копья, разя врагов, подошедших на расстояние удара мечом. Упали первые враги. А дальше звук барабана, усиленный магией, словно оживший демон, стал убивать краинских солдат одного за другим. Конечно, убивал не звук, а копья наших фаланг, но звук барабана давил психологически.
— Бум! — и щиты строя качнулись назад на один шаг.
— Бум! Бум! — щиты сдвинулись на два шага вперёд.
— Бамм! — другой звук, и копья выскакивают далеко вперёд в промежуток между щитами, разя всех зазевавшихся.
— Бум! — и щиты строя качнулись назад на один шаг, сбрасывая с копий тела тех, кто повис на них.
— Бум! Бум! — щиты сдвинулись на два шага вперёд.
— Бамм! — и копья выскакивают вперёд.
И так раз за разом, шаг за шагом с неумолимостью работающего механизма, смертельная стена надвигалась на краинских солдат. И они не выдержали, побежали назад. Но сзади их ждал ряд пик, направленных точно в лицо. Забегали командиры, восстанавливая строй и порядок в рядах.
А тем временем, пока все наблюдали за первым боем наших фаланг, кто с ужасом, кто с радостью, наши снайперы делали свою работу. И у краинского войска лучников не осталось.
Надумав что-то, командиры кричали на своих солдат, и снова погнали их на наши фаланги. Но теперь не на весь строй. Вражеские солдаты образовали что-то похожее на коробки в десяток шеренг, и попытались всей массой надавить на щиты наших фаланг. Те фаланги, на которые обрушился такой давящий удар, резко сплотились. Если с той стороны давили десять солдат, которые боялись, которым было больно, так как в тела впивались различные предметы амуниции, то с этой стороны давили десять мужиков, специально тренировавшихся на подобное действие. И ряды фаланг выстояли в этом давлении. А те фаланги, на которые не было атаки, пропустили вперёд лёгкую пехоту, которая набросилась на эти кучки солдат пытавшихся продавить строй врага, с боков, сзади, вызывая панику, и попытки отбиваться. В результате давление на фаланги снижалось, и в ход шли копья третьей, четвёртой и пятой шеренг. Живых перед фалангой становилось меньше, давление ещё снижалось. Часть воинов краинской стороны, бросив давить на фаланги, накинулась на нашу лёгкую пехоту. Но та сразу отошла под защиту копий фаланг. А когда краинцы отскочили, лёгкая пехота была пропущена через строй фаланг в тыл. И снова ударил барабан, и строй фаланг двинулся вперёд.
Когда эта мясорубка перемолола половину Краинской армии, с одной из боковых дорог пришла армия Поленцев. Краинские командиры попытались сходу погнать поленцев на наши фаланги. Но поленские командиры, увидев поле боя стали возражать. Наши командиры специально отвели фаланги шагов на двадцать назад, как бы для выравнивания строя, а на самом деле показывая поленцам, какая участь их ждёт. Тогда по требованию краинцев, поленцы выдвинули вперёд своих лучников.
Наши фаланги наглухо закрылись щитами, лёгкая пехота откатилась на безопасное расстояние, а в работу включились наши снайперы, засевшие за деревьями перелесков. Краинский командир попытался опять направить туда свои патрули, но сейчас ситуация была другая, и снайперов прикрыла лёгкая пехота. В перелеске развернулась своя маленькая битва, мечники сражались с мечниками, меч на меч щит на щит. Наши командиры направили туда подкрепление, но пока они добирались, было убито довольно много наших пехотинцев и ранено трое снайперов. Но и поленские лучники почти закончились. Они ведь только прибыли, не видели предыдущего боя. А тут стоит в поле строй похожий на черепаху, и ты можешь безнаказанно выпустить в него не один десяток стрел, может, кого там и зацепишь? Интересно ведь. А когда посмотрели вокруг, увидели, что большинство их товарищей кто-то как-то убил. И остатки подразделения лучников бросились бежать с этого страшного поля.
Далее завязалась битва между воинами лёгкой пехоты на территории перелеска, тут невозможно было действовать строем. Бойцы крутились между деревьев, нападая на врага, отбиваясь от встречного нападения. Наши командиры направили туда дополнительные силы, и ценой довольно больших потерь наши воины вытеснили краинских и поленских воинов из перелеска. Казалось бы, зачем это делать? Эта атака позволила нашим снайперам выдвинуться на самый край перелеска, и во вражеском войске начало сокращаться количество командиров всех уровней. Как только кто-то начинал командовать солдатами, снайперы брали его на мушку. Может быть, это была битва не по рыцарским правилам? Только, мы не хотим походить на идиотов! На нашу землю пришёл враг, захватчик, который уничтожает наши города, сёла, людей, все материальные ценности. А мы ему будем предлагать честный поединок по рыцарским правилам? Когда кто-то будет убивать ваших детей, вы тоже будете говорить: «Нет, я не нарушу джентльменского кодекса!»?