Три шага до магии. Трилогия (СИ)

— Давайте за Павлом, — и кони потрусили следом за коляской.
Стоило коляске скрыться за деревьями, с другой стороны парка вышли двое мужчин. Резона Гронат я узнал сразу, а вот барона Рондала де Дрон было не узнать! Мужчина лет 45, гибкий, подвижный, с небольшими бородкой и усами, он был похож на мушкетёра, как их в кино показывают. Правда, одеты оба были в очень простую одежду. Резон нёс в руке удочки, а в руках барона было две здоровые рыбины, килограмма по три каждая. Оба мужчины радостно улыбались.
У меня невольно вырвалось:
— Отец, тебя не узнать, ты прямо как молодой жених, перед свадьбой, сияешь и светишься!
Барон вздрогнул от такого обращения.
— Здравствуй… сын, — последнее слово он произнёс с задержкой, неуверенно.
— Здравствуй, сноха! Кто это с вами приехал?
Дальше были представления портного, разбирательство кого куда поселить, в это время Зината на кухне готовила обед на всех. Потом сели обедать. Барон и его друг настороженно и внимательно смотрели, как мы с женой отреагируем на то, что за один стол с нами усадили всех гостей, Маришу с сыном и саму Зинату, то есть, бароны сели за стол с простолюдинами. Однако нас интересовало только то, что нам положили в тарелку. Хуже всего было швеям, помощницам портного, они чувствовали себя очень скованно. Я осмелился немного покомандовать.
— Мариша, Зината! Организуйте в следующий раз питание для девушек в обстановке без господ. Очень им непривычно за одним столом с владетелем баронства, всем будет проще.
— А остальным что скажешь? — это священнослужитель свои пять медяшек подкинул.
— Вы ведь привыкли кушать за одним столом, никто неловко себя не чувствует, так зачем что-то менять, верно, Аня?
— Да, конечно, терпеть не могу, когда за столом ведут себя чопорно и официально, — жена, наверное, вспомнила обеды в доме герцога де Брюлен.
— А господин портной обшивает всех аристократов в Холмограде, так что ему привычно за столом в любой компании, — портной согласно кивнул мне.
Решили молодому барону, то есть мне, выделить правое крыло дома. Попросил дать нам с женой два часа на размещение.
— Я сейчас вызову мужиков из деревни, перетащим часть мебели, — это предложил Резон.
— Стоп! Вызвать ты можешь только пару помощников для Зинаты, на ближайшие четыре дня народу много, ей не справиться. А мы сначала всё посмотрим, магией побалуемся, а уж потом будем думать про мебель и всё остальное.
Через два часа барон и его друг пришли в наше крыло здания и замерли на входе на первый этаж. Жена хорошо «повеселилась», собираясь в эту поездку! В правом крыле здания с мебелью проблем не было. На первом этаже большая комната типа гостиной была обставлена как для танцевального вечера. В углу стоял музыкальный инструмент, отдалённо напоминающий земное пианино, музыкант играл на клавишах, но звуки издавали не струны, а особые кристаллы. Жутко дорогая штука, но мы купили без денег, я оплатил инструмент пригоршней рубинов и сапфиров. Вообще-то я тут сильно избаловался тем, что могу создавать много кристаллов, был бы под рукой источник энергии. Наверное, нужно становиться поскромнее, а то сильные мира сего могут пожелать иметь у себя в подвале подневольного изготовителя кристаллов.
Вдоль стен стояли диваны и мягкие скамьи. За этим залом были две комнаты для прислуги, вот в них мебели не было, зато на втором этаже обставили все комнаты. Две гостевые спальни, спальня супружеская, с будуаром и прихожей, кабинет и библиотека. В библиотеке даже было выставлено около десятка книг по магии и десяток развлекательных романов. Забыли купить учебники, вдруг кого-то нужно будет учить просто грамоте и счёту.
Анейра вышла навстречу «гостям».
— Прошу вас, проходите. Не удивляйтесь, мы с мужем не волшебники и не умеем создавать вещи из ничего, просто муж сумел раздобыть Сумки путешественника. Это такая сумка, в которую можно положить во много раз больше, чем сама сумка выглядит снаружи. Всё это куплено в городе и привезено в таких сумках. Однако разумный без магических способностей такой сумкой пользоваться не сможет, поэтому подарить вам хотя бы одну мы не можем, нет смысла.
 
— Да, магия! Так вы значит оба маги? И как теперь с вами разговаривать, на коленях?
В это время я спустился с лестницы, и, разозлившись на такой пассаж, заявил:
— Вот это сейчас и обсудим. Прошу в кабинет, господа!
По-моему сейчас мой приёмный отец очень жалел, что не захватил с собой боевой меч. Зашли в кабинет, расселись на боковые стулья. Я подставил стул жене, сам сел на такой же стул, а не в кресло хозяина кабинета. Надо сбивать неправильный настрой хозяина баронства.
— Уважаемый Резон Гронат, а можно мы будем звать вас «дядька Резон»?
Оба старых вояки вздрогнули и уставились на меня.
— Зовите, — через силу выдавил местный священнослужитель.
— Обещаем так называть только в семейной обстановке. Теперь с вами, господин барон. Я в городе, решая всякие вопросы, всё время представлялся вашим сыном, про вас говорил: «отец то сделал, отец это разрешил». Я уже привык называть вас отцом, пусть заочно, поэтому при встрече у меня и вырвалось «отец». Если для вас непривычно называть меня сыном, называйте по имени. Я Мики де Витур, после усыновления вами — Мики де Дрон. Жена называет меня Майкл, и есть ещё пара близких нам разумных, которые так меня называют, то есть это имя для близких. Можете называть меня Мики или Майкл. Для всех окружающих будет вполне приемлемо, что отец сына зовёт по имени. То, что мы с женой маги, не меняет ничего в наших отношениях, когда мы с вами договаривались, и я вам давал обещания и клятвы, я ведь уже был магом, просто вы об этом не знали. Но для меня ведь ничего не изменилось, никто мои клятвы не отменял.
— Мы с женой создали лечебное заведение. В Холмограде его называют Больница Дрона. Больница приносит некоторый доход, и у нас сейчас есть деньги. Меньше, чем хотелось бы, но уже можно начинать поправлять некоторые дела в баронстве. Начнём мы с вашего внешнего вида, пошьём вам господин барон и вам дядька Резон приличную одежду, такую, как носят сейчас в городе.
— Тогда и Марише нужно сшить новое платье, — это барон.
— А какие у вас с ней отношения?
— Я собираюсь сделать ей предложение, — и вопросительно на меня смотрит.
— А зачем, почему не жить так, как сейчас?
— Она не праздна…
— Аня, приведи сюда Маришу.
— Скажите, у нас есть карта баронства?
— А зачем, что я своё баронство не знаю?
— Уверен, что знаете отлично. А сколько сейчас в баронстве деревень?
— Ну, одна…
— А как мне что-то доказывать соседям, графу, судьям в мэрии? Мне нужны все документы. Если они потеряны, где и как их можно восстановить? — смотрю на Резона Гронат.
— Копии или записи в книге должны быть в мэрии.
— А кто у нас владетель, не граф Гадон, случайно?
— Был он, нам собственно всё равно, наше баронство приписано к городу. Кто владетель города, тот и наш владетель, напрямую к нам граф никогда не обращался.
— Всё-таки он. Это плохо!
— Почему!
— С этим графом я в ссоре.
В это время в кабинет вошли Анейра и Мариша. Мариша была в полной прострации, разглядывая мебель.
— Мариша, садись вот сюда, в кресло. Отвлекись от мебели, потом посмотришь и расспросишь Анну. Ну, соберись! Слушай меня!
— Отец задумался, что делать в связи с твоей беременностью. Вы конечно, можете пожениться, но я прошу вас этого не делать, — все смотрят на меня с подозрением, а жена с сильным удивлением.
— Господин барон! Без всякого сомнения, вам нужно будет признать ребёнка. Он будет считаться бастардом, но вы можете ему при совершеннолетии передать и титул, и наследство. Как мы договаривались, меня наследство не интересует, и я возражаю не потому, что боюсь что-то для себя потерять, если скажете, чтобы я уехал, я уеду и никогда не появлюсь. Проблема в том, что новый король очень неодобрительно относится к бракам дворян с простолюдинками, видимо, кому-то мстит. Но и это не главное, всё же король далеко. Но вам будет необходимо бывать в обществе, а аристократы не примут Маришу, и из-за происхождения, и из-за её красоты. Мужчины будут завидовать барону, а женщины её молодости и красоте. Это — дополнительные причины того, что её будут игнорировать в самой оскорбительной форме, и вам, господин барон, придётся убивать. А всё это ради чего? Живите так, как живёте, а про детей я уже сказал.