Возможны варианты (СИ)

   - Ник, если уж пошла речь о вампирах в литературе, почему в западноевропейском творчестве вампиры все такие из себя утончённые и изысканные, а у славян - страшные тупые вурдалаки. В чём тут дело? - спросила я.
   - А, ерунда! - махнул рукой Ник, - Обычно вампиры принадлежат к аристократическому обществу и, естественно, и птенцов выбирают подобных себе. А в России лет двести с небольшим назад один умник развлечения ради обратил деревенского пьянчужку. Представьте себе алкаша, который клянчит мелочь у магазина. Как вы думаете, какой вампир из него получится? И кого он будет обращать? Ну, вот вам и вурдалаки, от них и шум, и неприятности. Впрочем, их полностью истребили ещё в прошлом веке, их и было-то немного.
   Он помолчал, колеблясь, а затем вдруг спросил:
   - Лёша, а что вы так носитесь с этой свадьбой? Столько разговоров, всё распланировано до мелочей. Мне кажется, уже даже я знаю, какие заказаны машины, где будет проходить прогулка, и сколько блюд в меню. Насколько я понимаю, регистрация брака имеет чисто юридическое значение. Что в этом такого?
   Лёшка от удивления сначала даже дара речи лишился, я думала, придя в себя, он разразится речью, но его ответ был лаконичен:
   - Мы любим друг друга и создание семьи для нас праздник. На него приглашаются родные и друзья, чтобы они порадовались за нас и повеселились вместе с нами. Ну а насчёт того, как проводить, существуют определённые ритуалы. Вот мы с Наташкой и крутимся сейчас: хочется, чтобы было не хуже, чем у других, а для этого надо всё организовать нормально.
   Я сразу вспомнила историю, которую Ник рассказывал на моём дне рождения и спросила:
   - Ник, а разве у вампиров не бывает семей?
   Он неохотно ответил:
   - Ну, есть что-то вроде. Члены клана, которые любят друг друга, могут жить вместе, но они просто съезжаются без всяких мероприятий. Не принято вмешиваться в чужую личную жизнь. Иногда одним гнездом с ними живут и их птенцы.
   - Не понимаю я этого, - сказала Наташа, - А ещё на скуку жалуетесь! Надо иногда устраивать себе праздники. Есть повод - хорошо, а иногда и без повода можно.
   Ник безразлично пожал плечами, но почти сразу его лицо осветилось улыбкой, и он сказал мне:
   - Помнишь, я рассказывал на твоём дне рождения о влюблённой паре? Дмитрий и Елена из нашего клана. Елена на днях где-то видела тебя в "рябинках" и выразила мне свои восторги. Ей очень нравится этот комплект и приятно видеть, что его носят.
   Я ответила растерянной улыбкой, пытаясь сообразить, где меня могли видеть в "рябинках". Надевала я комплект часто, поэтому определиться не смогла. Пока я думала, что сказать по этому поводу, подал голос Лёша, возвращаясь к прежней теме:
   - А вообще какие-нибудь ритуалы у вас есть?
   Ник долго молчал, потом буркнул:
   - Есть кое-что, но веселья там мало.
   - Например? - не отставал Лёшка.
   - Ну, чтобы узаконить нового Лорда, нужно его официальное признание членами Совета, - вяло ответил Ник, - но это без особых церемоний. Единственный ритуал - погребальный.
   Мне кажется, что не только я, но и Лёшка с Наткой были поражены. Я озвучила общее недоумение:
   - Разве вампиры могут умереть?
   -Бывает, - равнодушно ответил Ник, - Теряется интерес к жизни вообще, и к еде в частности. Вампир забивается куда-нибудь и впадает в оцепенение. Иногда это состояние проходит само по себе, или из-за какого-то внешнего толчка, но редко. Обычно мы через некоторое время или сжигаем высохшее тело, или погребаем, отделив голову и пробив сердце. Принято, чтобы это делали те, кто испытывал к умершему какие-то чувства, не важно, любил или ненавидел его.
   - И сколько живут вампиры? - спросила Наташка растерянно.
   Ник пожал плечами:
   - Трудно определить. Старейшему, о котором я знаю полтора тысячелетия, если не два, но бывает, что высыхают и совсем молодые, лет двухсот, а то и меньше. Дело индивидуальное. Давайте о чём-нибудь другом, а?
   Хотя Ник больше не отказывался отвечать на какие-то вопросы, на вампирские темы он говорил неохотно, а вот просто рассказывать исторические байки мог часами. Как-то Светик прочитала закрученный роман о любви неотразимого капитана к несчастной девице на фоне Карибского моря, абордажей, хитроумных интриг и великолепных дуэлей. Когда она мне о нём начала рассказывать, Ник расхохотался, и объявил, что этого не могло быть, потому что быть не могло никогда.
 
   - У пиратов всё было совсем не так, - сказал он и начал рассказывать о пиратах. Рассказывал он долго и так, что мы слушали с открытыми ртами. В одной из пауз в его рассказе я неосторожно заметила, что он говорит так, будто сам плавал на пиратском корабле.
   - Совсем недолго. Мне это не понравилось, - ответил Ник, внезапно помрачнев, и резко сменил тему.
   Память у него была если и не абсолютная, то вполне близка к этому. Скоро я заметила, что он очень подробно и красочно может рассказывать о событиях, свидетелем которых являлся, но о своём участии в этих событиях упоминать не любит. Когда я спросила его, почему так, он ответил, что это не интересно. Светик мне потом достаточно ехидно высказала предположение, что либо Ник реально ничего не делал, а тупо наблюдал, либо творил какие-то гадости, о которых и сказать стыдно. Честно говоря, я сначала тоже рассматривала такую возможность, но потом поняла, что за столетия уж наберётся несколько эпизодов, о которых можно рассказать, просто Ник действительно патологически не любит говорить о себе.
   Я всё-таки решилась спросить, откуда он родом, и очень удивилась, когда услышала, что он родился в Англии. Совсем он был не похож на англичанина, скорее уж на испанца, или француза.
   - Я был четвёртым ребёнком в семье, - неохотно объяснил Ник, - считалось вполне достаточным, если на отца похожи двое старших. Детализировать он не захотел, и я не стала его расспрашивать, раз уж ему это так не нравится, тем более, что семейка, похоже, была не подарок.
   - А почему ты вдруг оказался в России? - поинтересовалась я.
   - Одиночкой быть сложно, а иногда и опасно, - ответил Ник задумчиво, - клан предоставляет защиту и помощь. Мне нравятся взаимоотношения в клане Дэна, поэтому, когда я решил осесть, обратился именно к нему.
   Неожиданно представилась возможность отправить моих стариков в санаторий. Чтобы собрать необходимые документы, нужно было срочно забирать их с дачи. Обычно процесс перевозки вещей и заготовок занимал несколько дней, но тут нужно было всё сделать за выходные. К тому же бабушка категорически отказалась уезжать, пока не выкопана картошка. В этом, конечно, она была права: на огород без присмотра сразу охотники найдутся. Я обратилась к ребятам с просьбой о помощи, и мы решили на выходные выбраться на дачу всей толпой, с тем, чтобы в субботу копать картошку, а за воскресенье перевезти всё, что нужно в город. Опыт предыдущих лет показывал, что нужно будет сделать, по крайней мере, две дополнительные поездки. Вечером, когда появился Ник, я поставила его в известность о наших планах и спросила, не хочет ли он присоединиться. Вампир отрицательно покачал головой и объяснил, что ожидается солнечная погода, поэтому он может подъехать только на ночь, что тоже имеет смысл, хоть вещи увезёт.
   - Много в твою пижонскую тачку поместится! - поддела я.
   - У меня есть и другая машина, - возразил Ник.
   Я подозрительно посмотрела на него. С преувеличенно скромным видом он пробормотал смущённым тоном:
   - Ты могла бы сказать, что я незаменим.
   - Перебьёшься,- изрекла я сурово, - А то можешь лопнуть от самодовольства. Представляешь, какая нелепая смерть, ты бы вошёл в вампирские легенды.
   - Почему ты постоянно ко мне придираешься? - с досадой спросил Ник и закусил губу клыками.
   - А почему ты всё время задираешь нос? - задала я встречный вопрос, заворожено глядя ему в лицо.