Я и мои истинные (СИ)
«Ты справишься?»
Я повернулась к Каину. Нашла его руку — спасительный холод в океане огня.
— Эй, на мне ведь метка цилиня. Если он не навешал нам лапши на уши, будто умеет исцелять чужие раны, все будет хорошо.
Не верит. А точнее — верит, но боится. Почти готов выкинуть лекарей с террасы и лично вытащить из меня ребенка.
— Спокойнее-спокойнее. Это она рожает, а не ты, хватку ослабь, — Вэнь Ла как всегда расслаблен и язвителен. Даже медитация в моих ногах не способна до конца смягчить этого вредного старикашку. Харрук, сидевший у окна, с серьезным видом кивнул, а Луис тихо добавил:
— Я тобой горжусь, моя повелительница.
Я тоже собой горжусь.
Эй, я почти спокойна. Разве что чуть-чуть хочу сбежать с криками: «Рожайте без меня!» и «Я на это не подписывалась, я вам не курица!». Все будет хорошо.
Схватки поначалу не вызывали удивления. Не впервой. Лишь спустя несколько часов они разогнались до состояния маленького торнадо. Внутри будто начали играть в боулинг органами. И вот тогда-то я пожалела об отсутствии анестезии, кесарева сечения и многих других плюшек родного мира.
Я выла и металась.
— Ну почему ты не морской конек? — взывала я к справедливости через Каина. Он не понимал, к чему это все, но согласно кивал и продолжал держать мою руку, мокрую от пота.
Минуты, секунды, часы.
Вечность.
Если прежние разы можно было охарактеризовать, как болезненные, то сейчас меня выворачивали на изнанку, одновременно поджаривая с двух сторон. И это не шутка. Фиолетовые огоньки, танцующие на коже и вокруг меня — работа Вэнь Ла? Вот что значит священное призрачное пламя… Цилинь выглядел сосредоточенным, даже глаза закрыл.
Треск, рывок…
— Ух ты, черно-белое! — воскликнул, кажется, Шиан.
— Ты молодец. Теперь надо остановить кровотечение, — Кориандр улыбался мне белыми губами. — Скорее!
Слишком быстро темнеет… Стоп, я еще не закончила. Дайте взглянуть на мое многострадальное сокровище, ради которого мы с Горынычем так долго воевали! Оно такое же, как и Бринны? По ощущениям — в разы больше. И какое все-таки легкое тело…
Глаза Каина сверлили во мне дырку.
— Не отключайся!
А ты не командуй. Захочу и отключусь, будешь знать. Я, может, устала. Теперь понимаю, почему у бабушкиных куриц был такой серьезный вид, они настоящие героини. Вернусь домой, поставлю им памятник. А еще страусам. Это ведь у страусов самые большие…
— Малютка!
— Софи!
— Мышка!!!
Как же спать хочется. Но как на зло что-то удерживает меня на границе света и тьмы, такой уютной мягкой тьмы, в которую приятно нырнуть с головой, грубовато обвивая двумя тугими лентами. Фиолетовый огонь потухает, уходя глубже. К сердцу. К мозгу. Он рычит с до боли знакомой ноткой превосходства: "Не сегодня! Не разрешаю!"
Нега. Тишина. Наконец-то…
***— Я мать драконов, София Бурерожденная из Дома Лариных, законная наследница золотого трона, мать милейшей богини арахнидов, защитница Дикого мира, освободительница мужчин и прочих фантастических тварей!! Склонитесь передо мной!
— Как думаешь, ей скоро надоест?
Невинный голосок Лиры отвлек меня от созерцания собственного отражения в огромном зеркале. На ней было алое кимоно с золотыми драконами на рукавах и груди, волосы уложены в сложную пирамидку и заколоты рубиновой шпилькой. Аттис, стоявший в проходе, обнял мою подругу за талию.
— Не знаю. Главное, нашему сыну нравится.
На моих плечах сидело три крохотных дракончика — два радужно-белых с темными крапинками чешуек и один серебристый. Самый маленький. Дети довольно пищали, топорща хвосты и крылья. У каждого на груди было по медальону с сверкающим крупным алмазом, некогда украшавшими корону, а ныне ставшими не более, чем красивой безделушкой. Символом мира и равенства между наследниками.
Я взмахнула руками:
— В бой, в бой мои верные слуги. Вместе мы захватим этот мир!
— Мышка, перестань кривляться и вернись в постель! — а это уже Каин.
К детям он все еще относился с легкой опаской. Хе. Большой злой дракон из Пустот боялся что-нибудь помять своей дочке и сыну. Я поправила сползающего Тибрисса и передала его родителям.
— Ничего, племяш. Обещаю — мы еще покажем всем, на что способны драконы этой семьи. Когда родители тебе будут говорить о долге и обязанностях будущего императора, иди к своей крутой тете!
— Ты точно уверенна, что передать титул мне — хорошая идея? — Лира отвлеклась от обожаемого пасынка и внимательно посмотрела на меня.
— У меня появились другие цели, Ли. Ты же знаешь. Достаточно того, что я издала с сотню приказов, с которыми придется работать вам двоим.
— Отдохнули, теперь наш черед, — буркнул Каин, косясь на Гемеру, пытающуюся раздуть искру в моих волосах. — Сами разберетесь, что делать с союзным Багротом и новыми кланами.
— Как скажешь брат, — Аттис ободряюще положил руку ему на плечо. — Но ты был прекрасным правителем. Им и останешься.
Дверь закрылась, и мы остались одни.
— Наши дети будут править этими землями вместе, разве не чудесно?
«Верно… Но Гемера все равно сильнее их худосочного бескрылого сынка»
Я со смехом устроилась на груди проклятого. Прошла неделя с вылупления близняшек и их первого обращения, но Каин до сих пор не привык. Он ходил по дворцу с таким видом, словно боялся лишний раз вздохнуть — настолько был счастлив. Но это мгновение уже не спугнуть. Мы справились. А впереди еще столько открытий и достижений.
***Счастливый конец?Оба огненных светила жарко слепили глаза. Я щурилась и чувствовала себя безгранично счастливой. Этот день пришел. Спустя двенадцать долгих циклов мы собрали настоящий портал на Землю!
Пришлось хорошенько облазить разные закоулки Шаа, пару разочков спуститься к малышу Салтану и добыть нужные детали для ученых из абканата. Луис с утра на ногах, проверяет все до мельчайших деталей.
На огромной вычищенной площадке перед волчьим замком стояла сфера. Пластины полупрозрачного метала скрещивались и шли внахлест. Портал тихонько скрипел. Глядя на него, я чувствовала, что в глазах собираются слезинки.
— Нервничаешь? — Харрук подошел, целуя в макушку. Его колючая щетина чувствовалась даже сквозь старательно зачесанные волосы, собранные в хвост. Я крутанулась — и невольно залюбовалась переодевшимся волчишкой. На нас обоих были плотные синие штаны, практически не отличимые от джинсов (ну, если сильно не присматриваться). С удовольствием огладила футболку, под которой бугрились рельефные мышцы.
Харрук хмыкнул. Он бы завилял хвостом, да вот только тот был надежно спрятан в этих самых джинсах.
— Тебя внизу заждались. Павлин сказал, приехали все, кроме Эреба с сестрой.
— И даже Зира? — Я чуть кроликом не запрыгала вокруг супруга. — Тогда я побежала! А Эреб-то прилетит, его просто вечно в императорской канцелярии задерживают.
Преданные члены стаи, встречавшиеся на пути, так и норовили расцеловать, сунуть презент от жены или просто пожелать удачи. Даже учитывая, что Харрук передал свое место Элиасу, они все еще называли меня матерью-волчицей. И никак иначе.
— Извините, извините! Опаздываю! — крикнула я через плечо и выскочила в бойницу второго этажа. Сгруппировалась, слегка меняя костную структуру ног и… Оп, я уже лежу в знакомых изящных руках.
— Фир, миленький, я бы сама приземлилась.
— Не ставлю это под сомнение, просто напоминаю, что ты обещала так больше не делать, — ух, сколько строгости во взгляде. И это тот же самый юноша, что в первый год нашего брака боялся лишний раз попросить массаж? Растет.
Мой прыжок, к счастью, не был замечен основной массой гостей. Одни помогали носить вещи, другие соскучились и искали общения. Вон, скорпиончики — а точнее настоящие скорпионища под два метра каждый — окружили бедного Кори, так что у лекаря только хвост виден.