К тебе (ЛП)

— Даже если я наору на тебя?
— Даже тогда.
— Я сожалею, что наорала на тебя, — сказала я, повернувшись к нему лицом.
— Я сожалею вдвойне, что заставил тебя плакать, — он поцеловал меня в лоб. — Я ни за что больше не хочу этого.
Я откинула голову назад, чтобы смыть шампунь. Трекс поцеловал меня в шею, шагнув ближе.
— Я начинаю думать, что тебя заводит мысль о том, чтобы заняться сексом, зная, что твои родители находятся дальше по коридору, — пошутила я, обнимая его.
— Не стану отпираться. Нет ничего лучше несанкционированного секса.
— Говоришь прямо как военный, — захихикала я ему в губы.
Мы наскоро провели второй раунд, а затем вытерлись, оделись и вернулись в комнату Трекса.
— Хэйли, — удивился Трекс. — Ты всё ещё здесь.
— Ты напрочь забыл про меня, да? — она изогнула бровь. — Не удивительно, что она беременна.
— Хэйли! — воскликнул он, полунедовольно-полушутливо.
Я уселась на кровать, смутившись. Трекс уселся рядом со мной, и я принялась наблюдать за тем, как они с Хэйли смеются, предаваясь воспоминаниям. Его глаза озарились светом, когда она спросила его про детские имена. Он рассказал ей об игре, в которую мы играли по дороге в Канзас, и она выбрала те же варианты, что и он.
— Поверить не могу, что стану тётей! — Хэйли захлопала в ладоши у себя перед лицом. — Тётя Хэйли. Я буду лучшей тётей! Погодите-ка. Я буду единственной тётей? У тебя есть сёстры?
Трекс посмотрел на меня.
— У меня есть брат, — ответила я. — То есть был. У меня был брат.
— Он умер? — улыбка Хэйли исчезла.
— Мы попали в аварию, — кивнула я. — Отец был в машине вместе с нами.
— Он выжил?
Я помотала головой.
— Ужасно, — в голосе Хэйли звучали неподдельные ужас и печаль. — Мне жаль, что это случилось с тобой.
— Это было давно, — ответила я.
— Это не важно. Рана, может, и затянулась, но шрам остался, — заметила она.
— Ого, Беллс, это весьма глубокомысленно, — Трекс был впечатлён.
— Беллс? — с улыбкой переспросила я.
— Хэйли, — пояснила девушка, закатив глаза. — Хэй бейл[24]. Хэйбеллс. Беллс. Вот так мы до этого и докатились, — продолжила она, подперев щёку рукой. — Можно я буду присматривать иногда за ребёнком?
— Посмотрим, — ответил Трекс. — Честно говоря, я представить не могу, чтобы оставить её с кем-то.
— Ну, когда-нибудь придётся, — возразила я. — Я ведь должна буду выйти на работу.
— Я прилично зарабатываю, — поморщился он. — Зачем тебе оставлять малышку с чужим человеком, чтобы работать? Гостиница в любом случае закрывается.
Я выгнула бровь. Хэйли встала.
— Вот почему не стоит беременеть в самом начале отношений. Вам двоим явно предстоит над многим поработать, — заметила она. Трекс зыркнул на неё. — На этой торжественной ноте…
— Доброй ночи, — огрызнулся Трекс голосом, лишённым братской теплоты.
— Доброй ночи! — отозвалась Хэйли.
— Она ведь права, да? Нам над многим предстоит поработать, — Трекс посмотрел на меня с тоской.
— Видимо, в этом и состоит проблема всех, кто торопится.
— Не важно. Сейчас или потом, мы рано или поздно договоримся, — он понуро опустил голову. — Я только сейчас начинаю осознавать, каким наивным я был, думая, что всё окажется просто. Я нашёл тебя, ты оказалась беременна. Не проблема. Я позабочусь о тебе и ребёнке, и мы будем жить долго и счастливо.
— В теории звучит прекрасно.
— Думаю, это была фантазия. Я предположил, что ты захочешь сидеть с ребёнком дома. Я буду возвращаться к вам с работы, и мы будем проводить вечера вместе. Но тебе нужно некоторое пространство и ощущение независимости, и я это понимаю.
— Может, я найду какое-нибудь дело, которым можно заниматься из дома. Помаду там продавать или леггинсы…
Трекс кивнул, потянулся за спину и стянул футболку через голову, а затем забрался в кровать, устроившись поудобнее.
— Что тебя так расстроило? — спросила я, глядя на него со своего места на кровати. Нас разделяли считанные сантиметры. Мы оба подоткнули руки под голову.
— Я хочу, чтобы всё получилось.
— Бремя компромисса лежит не только на твоих плечах, знаешь ли. Я не знала, что у меня есть возможность сидеть дома с ребёнком. Это было бы замечательно.
 
Трекс обхватил меня рукой и притянул к себе, уткнувшись подбородком мне в макушку.
— Знаешь, о чём я думаю? Я представляю себе, как прихожу домой с работы и вижу вас сразу же, как только перешагиваю порог. Наша малышка держит крошечный кулачок во рту, пуская кругом слюни и улыбаясь тебе. На твоей кофточке красуется детская отрыжка. Ты велишь мне вынести семь мусорных пакетов, доверху наполненных омерзительными подгузниками, и я целую тебя — и, к слову говоря, ты пахнешь не так чтобы приятно — а затем выношу весь мусор, сажаю Горошинку в детский шезлонг, чтобы ты могла принять душ и приготовить ужин. Ты выходишь из ванной, сияющая и посвежевшая, и мы вместе готовим ужин, обсуждая твой день — не мой, ведь он засекречен — а затем мы садимся за стол и едим остывшую еду, ведь Горошинка решила показать нам свой характер как раз когда ужин подоспел и до тех пор, пока он не остынет. И тогда я принимаю душ и мы укладываем её спать, а затем валимся, обессиленные, на кровать, слишком измученные даже для того, чтобы пообниматься.
— Звучит не очень, — заметила я.
— Нет, звучит реалистично. Восхитительная жизнь. Парень, с которым я работаю, Китч, как-то поделился со мной этой историей. У него было двое детей. Он сказал, что именно об этом дне он вспоминает чаще всего. Это был идеальный день. Именно к этому я и стремлюсь.
— Отрадно знать, что ты не питаешь иллюзий относительно того, как всё будет на самом деле.
— Не-а. Будет отстойно в самом лучшем виде.
— Ты сказал, у Китча были дети.
— Да, — подтвердил Трекс, прижав меня к себе. — Автокатастрофа. Его жена… тоже… пока он служил за границей.
— О, — вздохнула я, уткнувшись лбом в шею Трекса. — Бедный Китч.
— Ага. Он славный малый.
— Я когда-нибудь познакомлюсь хоть с кем-нибудь из них?
— Всё сложно, — вздохнул он. — Вероятно.
— Они знают обо мне?
Он рассмеялся на выдохе.
— Вообще-то, я им уже все уши прожужжал про тебя.
— Правда? — спросила я, подняв на него глаза.
— Я говорил им о тебе ещё до нашего знакомства, — ответил он, встретив мой взгляд.
Я спрятала голову у него на плече, уткнувшись носом ему в шею и надеясь, что мне приснятся «отстойные вещи». И мечтая о том, чтобы грядущие дни оказались именно такими, как представлял их Трекс.
 Глава 23 
Трекс
— Разворачивайтесь, сэр, — раздался в динамике мужской голос по ту сторону взрывозащитных дверей Глубинного Эха. Говорящий перестал испытывать раздражение много месяцев назад, смирившись с тем, что ему придётся лицезреть нас каждый день. Предупреждение стало простой формальностью. Ни пистолетов, ни враждебности.
— Вы хоть иногда выходите наружу? — спросила Наоми через интерком. — Вы в курсе, что сегодня День благодарения?
— Разворачивайтесь и уходите… дамы, — ответил военный.
— Как твоё имя, солдат? — спросила Наоми, сделав шаг вперёд.
— Логан, мадам. Это ваше последнее предупреждение.
Наоми подняла кулак и показала охране средний палец.
— С праздничком, мудилы.
— Благодарю, — ответил он. — И тебя с праздничком, Наоми.
Переглянувшись, мы с Наоми направились обратно из коридора Эхо в Дельту. В комплексе было тихо, остался лишь минимальный штат, который занимался обслуживанием центра управления и охраной, да пара дюжин ключевых сотрудников. Наши шаги отдавались эхом, которое звучало раскатистее обычного по металлической решётке пола, ведущего в Дельту. Звук капающей с потолка воды казался громче, шёпот тоже.
— Как думаешь, нас когда-нибудь туда пустят? — спросила Наоми.
— Меня больше беспокоит, выпустят ли этих ребят оттуда, — ответил я. — Никакие деньги этого не стоят.