К тебе (ЛП)

— Отсоси, Джон, — ответил я.
Харбингер хохотнул. Его вжало в спинку сиденья, когда я помчался к воротам номер один.
— Похоже, Колорадо хорошо на тебе сказывается. За одно утро ты улыбнулся уже полтора раза.
Улыбка Харбингера померкла, он вцепился в верхнюю ручку, подпрыгивая на ухабах, пока мы мчались по каменистой местности.
Высадив детишек у первых ворот, я отвёз команду обратно на склад. Двери лифта закрылись и, пока мы поднимались, в кабине было непривычно тихо. Перед тем, как двери открылись, раздался звуковой сигнал. Мы вышли в коридор Чарли.
— Внимание, — сказал я, прижав винтовку к груди, — Китч, Слоан — вы обходите коридор Альфа и Бета. Харбингер и Мартинез — на вас Чарли и Дельта. Зайдите к Сандерсу в пункт видеонаблюдения в восемь-сот[10]. Номс, ты со мной в Эхо. Увидимся в офисе в десять, где вы получите новое задание, затем нас ждёт обед. Держите рации под рукой.
— Есть, сэр, — ответили все в унисон.
Мы рассредоточились, направляясь в разные стороны. Когда стихли шаги остальных членов команды и мы с Наоми оказались в коридоре Эхо, она задала вопрос, которого я ждал. Она прекрасно понимала, что неслучайно оказалась в паре со мной.
— Итак, та девчонка, — начала Наоми.
— Ага. Я задержался в лобби и разговорился с ней. Когда я наконец вернулся к себе в номер, то не смог заснуть.
— С чего бы это?
— Её бывший, чтоб его. Он её бил. Она сбежала и очутилась здесь практически с пустыми руками. У неё нет ни знакомых, ни семьи. Отец с братом погибли в аварии несколько лет назад.
— Тот ещё багаж, Трекс, — вздохнула Наоми. — Так тебя к ней тянет или у тебя синдром спасителя?
— В том-то всё и дело. Она потрясающая. В смысле… головокружительно красивая, — я искоса взглянул на Наоми, на лице которой возникло выражение, которого я ждал. — А тут ещё все эти долбанные пожарные в гостинице хотят её заполучить. Она не желает иметь ничего общего с такими, как мы, при этом она ужасно мила, понимаешь? Не хочу я быть мерзавцем.
— Думаешь, всё дело в том, что все вокруг хотят её?
— Проблема как раз в том, что тут не всё так просто.
Наоми остановилась, нахмурившись.
— Она и вправду тебе нравится. Сколько времени ты с ней провёл?
— Практически нисколько, — ответил я на ходу. — И это абсолютный идиотизм.
— Химию не обуздать, Ти-Рекс, — пожала плечами Наоми. — Бессмысленно пытаться найти разумное объяснение. Блин, да Мэтт был ковбоем. Тихоней. С тем же успехом можно было разговаривать с любым неодушевлённым предметом. Он не был забавным. Не был занятным, не был выпендрёжником. Он был совсем не моим типом.
— Так почему же ты запала на него?
Наоми улыбнулась.
— Потому что он был хорошим парнем, скромным, без притворства… и зад у него был что надо.
— И всего-то? — хохотнул я.
— И всего-то. Конечно, плюсом было то, что он умел обращаться с винтовкой и не пасовал передо мной. У нас было кое-что общее. Но у него были и недостатки. Временами он был обаятельным. В конечном счёте, главную роль сыграл именно его интерес ко мне — то, как он обращался со мной и ещё что-то такое, что я не могу объяснить. Может, химия. Может, нам было суждено быть вместе.
— Точняк. Никогда не видел, чтобы мужчина любил женщину так, как Мэтт любил тебя, Номс.
Номс подняла глаза к потолку.
— Он где-то там, наверху, всё ещё любит меня, так же как я здесь, внизу, люблю его.
Я кивнул. Бесспорно. Если наша энергия никуда не исчезает после смерти, то я не сомневался, что Мэтт всё ещё где-то там, и что он по-прежнему любит свою жену.
— Это необязательно должно быть что-то конкретное, Трекс. Она может нравиться тебе без всяких причин. Даже очень нравиться. Может, ты просто ещё не знаешь причину.
— Спасибо, Номс. Я знал, что ты поможешь мне во всём разобраться.
Мы дошли до Т-образного тупика и повернули направо. Воздух здесь был иным, и Наоми нервно прижала свою винтовку поближе.
— Думаю, это из-за тех экспериментов, о которых они говорили, — пояснил я. — Я всегда думал, что тут работает кучка учёных, занимающихся освоением космоса и конструированием ракет.
 
— Тут разрабатывается нечто большее, чем ракеты.
Мы остановились перед огромной дверью, посреди которой тянулся красно-белый полосатый баннер в довесок к полудюжине предупреждающих знаков. Любопытства ради я прижал свой бейдж к чёрному квадрату на стене. Индикатор моргнул красным и раздался однократный низкий звуковой сигнал.
Мы с Наоми одновременно отступили назад. Рядом со считывателем загорелся маленький экран, на котором виднелась группа вооружённых людей, стоящих, как я полагал, по ту сторону двери. Один из них шагнул вперёд и нажал кнопку на панели переговорного устройства, чтобы мы могли услышать его.
— Назад, Трекслер. У тебя нет допуска на эту территорию.
— Ой. Это глубинное Эхо? Что-то не слишком оно… глубоко.
— Я видала и поглубже, — добавила Наоми с непроницаемым лицом.
Мужчины на экране надменно заулыбались.
— Даже близко не рядом с глубинным Эхо. Проваливайте.
— Мне говорили, что у меня есть допуск ко всему объекту, за исключением Глубинного Эха, — возразил я. Я не знал, стоило ли мне говорить громче, но, похоже, что мужчины по ту сторону двери, прекрасно меня слышали. Но я, на всякий случай, говорил громче обычного.
— Все вопросы к генералу. Проваливай, Трекслер. Это последнее предупреждение.
Я с трудом удержался, чтобы не спросить, что будет, если я не подчинюсь. У этих ребят было совсем плохо с юмором.
— Идём, Трекс. Обсудим это с Бьянкой, — Наоми дёрнула меня за жилет и я двинулся за ней. — Какого чёрта это было? — поинтересовалась Наоми, когда мы удалились на приличное расстояние. — Глубинное Эхо?
— Не знаю. Похоже, это выходит за рамки моей компетенции.
— В этом месте творится что-то странное. Куда более странное, чем мне казалось. Итак. Что собираешься делать с девчонкой?
— Ты про Дарби? — спросил я, сбитый с толку внезапной сменой темы.
— Её зовут Дарби? — удивилась Наоми. Я кивнул. — Необычное имя.
— За этим тоже таится необычная история.
Наоми улыбнулась.
— Вы и вправду поболтали. Типа… обо всём.
— Ага, — подтвердил я с улыбкой, которая тут же померкла. — Она ни за что не станет встречаться с солдатами. Её бывший — военный.
— Так ты и не солдат. Ты морпех.
— Да ладно тебе, Наоми. А если бы кто-то пытался запудрить тебе мозги формальными формулировками?
— Я бы надрала ему зад за это.
— Мы с ней не можем обсуждать мою работу. Она считает, что я работаю в Департаменте Лесного Хозяйства.
— Ты не стал её разубеждать? — спросила Наоми.
Я помотал головой.
— Она станет задавать вопросы, на которые я не могу ответить, Номс.
— Значит, она — сбежавшая невеста, оставившая позади агрессивного парня и болезненные воспоминания о смерти отца и брата. Мать никак не присутствует в её жизни, и девчонка каждого военного винит в грехах своего бывшего. Чтобы её заарканить, тебе придётся врать путём умолчания. Ты считаешь это удачной идеей?
Я задумался на секунду.
— Она моя единственная — та самая.
— Ты её не удержишь, — покачала головой Наоми.
— Что же мне делать? Это моя работа. Вся команда держится на мне. Я не могу просто уйти. Знаю, это звучит дико, Номс, но… я много лет твердил, что пойму, что это она, стоит мне её встретить. Она — та самая.
— Я всегда считала тебя храбрым. Ты знаешь это. Но я не уверена, что это тут уместно. Если ты действительно думаешь, что она и есть та самая девушка, о которой ты рассказывал мне с первой нашей встречи, то ты рискуешь всем.
— Ты поймёшь, когда познакомишься с ней.
Наоми повернулась ко мне, выглядя польщённой.
— Ты познакомишь нас? Похоже, ты от неё без ума. Ведь тебе придётся здорово напрячься, чтобы объяснить её, кто я такая.
— Я об этом не подумал, — нахмурился я.
— Может, скажешь ей, что я старый друг-федерал?