Надуй щеки! Том 4 (СИ)

Чан растерянно хлопнул глазами, выглянул из кабинета и взглянул на табличку.
Начальник производства.
Чон Му Сон
— Отдел кадров находится на первом этаже, — буркнул мужчина, подтянув к себе папку.
— Нет, я к вам, — произнес Чан. — Меня назначили внештатным сотрудником.
— Уборщик? — нахмурился хозяин кабинета.
— Нет. Инспектором по эффективности, — ответил Ан.
Чон Му Сон тяжело вздохнул потер лоб ладонью и произнес:
— Твою же за ногу… Эта истеричка опять придумала гениальную идею?
— Вы про…
— Не важно, — буркнул начальник производства, взглянул на Чана и спросил: — Тебе хоть восемнадцать есть?
Чан поначалу смутился, открыл было рот, чтобы сообщить, что ему шестнадцать, но мужчина его прервал.
— Ладно, без разницы. Давай к делу. Что там за бред с «эффективностью»?
— Никаких распоряжений не было, — спокойно ответил парень. — Я вообще пришел к вам, чтобы познакомиться с производством.
Чон Му Сон удивленно поднял брови.
— А с каких пор главный офис начал совать нос в производство?
— С тех пор, когда осознал свои ошибки, — развел руками Ан.
— С зарплатами — да. Намудили знатно, — кивнул мужчина, поднялся и подошел к парню. — Тебя как хоть звать?
— Чан. Чан Ан, — протянул руку школьник.
— Чон Му Сон, — пожал ее мужчина. — Пойдем вкратце опишу что тут у нас и как.
— Спасибо, — кивнул Чан и последовал за начальником.
Выйдя на улицу, он остановился и указал на небольшое здание, недалеко от проходной.
— Смотри, он там столовая и раздевалки. Раньше они были в одном здании, с основным производством, но там сейчас дополнительные принтеры разместили. Поэтому все раздевалки и столовую пришлось перенести в бывший гараж.
— Гараж?
— Бывший, — кивнул Чон Му. — Отремонтировали наспех, но в принципе терпимо. Плохо когда дождь и по улице приходится до производства бежать.
— М-м-м-мда, — протянул Чан.
— Дальше… Пошли на основное производство, — кивнул в сторону большого здания мужчина.
— Скажите, вы упомянули принтеры. Я правильно понял, что вы работаете с три дэ печатью?
— Да. По сути мы самый крупный производитель пластиковых изделий в городе, — кивнул начальник производства. — Мы, конечно, не делаем партий в миллионы штук, но если нужна сложная хреновина из пластика — это к нам.
— И большие партии у вас бывают? — спросил Чан, доставая блокнот.
— Когда как. В основном до тысячи штук, — задумчиво произнес мужчина, пока они подходили к главному корпусу. — Кузовные детали для любителей всякого хлама на колесах.
— В смысле? Для старых автомобилей?
— Не только. Мы можем сделать из пластика или тонкого железа на лазерных станках что угодно, но в основном работаем с пластмассами на три дэ печати. Поэтому, если машину перестали выпускать и тебе нужна дверь или капот, то это к нам. Только вот еще есть всякие умники, что выкидывают из тачки все лишнее и засовывают в нее сумасшедший мотор на тысячу лошадей.
— Зачем?
— Придурки верят, что если машина едет боком, то у них член становится длиннее, — буркнул Чон Му и сплюнул на землю, с отвращением добавив: — Дрифтеры…
— И много таких?
— Слава богу — нет. Заказы у них единичные и чтобы сэкономить мы на дальнем складе держим пластиковый набор кузовных деталей самых популярных марок машин.
— Однако, — хмыкнул Чан, снова сделав отметку в блокноте. — Не знал, что пластиковый кузов так популярен.
— Пластик, стеклопластик. Мы делаем и то и другое, но только под заказ.
— Но если их не много, то тогда чем вы в основном занимаетесь?
— Пластиковые детали. Под что угодно. От задней крышки монитора, до держателя туалетной бумаги в общественных туалетах. Что закажут, то и делаем. Зачастую понятия не имеешь для чего та или иная хреновина. Есть чертеж, есть размеры. Зачастую уже в файле под моделировщик. Ну, и все. Загрузил — пошла работа.
— Скажите, а где вы берете пластик для всего этого? — тут же спросил Чан, вышагивая рядом с ним.
— У местных, насколько я знаю. Ты не один такой умный, если решил закупать пластик дешевле, — хмыкнул Чон Му, подойдя к двери в корпус. — Только вот тут надо нос совать в другую страну. Готов поехать договариваться в китай? Или в Штаты? Слышал, что самый дешевый пластик у русских. И да, корейского они нихрена не знают.
 
Мужчина открыл дверь и кивнул.
— Пошли, покажу.
Чан пошел в помещение и удивленно замер, обнаружив длинные ряды три дэ принтеров, что жужжа выводили пластиком по шаблонам. Где-то они только начинали, где-то уже остановились и рабочие снимали заготовку, отдавая ее на обработку. Все это жужжало, пиликало, а в дальнем конце зала, где находился самый огромный агрегат, еще шипело и искрило.
— Это лазер, режет металл, — повысив голос произнес начальник производства.
Парочка двинулась по залу. Чон Му тыкал пальцем, показывал и рассказывал что и почему. Рассказывал о проблемах, о старых принтерах, что приходится калибровать каждую смену, а также о дебильном плане, который составил им один из заместителей Ки Лу Бома.
— И? Ты понимаешь⁈ — возмутился он, когда они вышли из здания. — Мало того, что парк принтеров не обновляется. Мало того, что нам зарплату порезали в плинтус, так я еще каким-то боком должен четыре миллиона этих пластиковых херовин сделать.
— Сколько, простите? — хлопнул глазами Чан.
— Четыре миллиона! Четыре, мать их, миллиона!
— Погодите, я… я не инженер, но математику знаю. Все эти штуки, в зале, они же в день штук пятьдесят делают, не больше.
— Тридцать пять, — мрачно поправил его Чон Му. — Так-то почти сорок три выходит, но с отбраковкой и обработкой выходит только тридцать пять, не больше. И это сейчас все, кроме лазера, работают на этот заказ.
— А надо четыре миллиона… — пробормотал Чан. — Простите, но это же как-то… крайне неэффективно.
— Сказал инспектор по эффективности, — буркнул начальник производства и кивнул в сторону небольшого здания рядом. — Пошли, покажу тебе настоящую эффективность.
Чан последовал за мужчиной, а когда они вошли внутрь, то удивленно замер. Посередине зала стоял единственный станок, с подводящими линиями и конвейерной лентой снизу.
— Простите, а почему тут никого нет и что это за станок?
— Это, парень, охрененная вещь. Станок для литья под давлением, — со вздохом произнес он. — Такие как раз использует Корея Моторс для печати пластика в свои машины.
— Э-э-эм? Я так понимаю, что этот станок как раз и предназначен для печати пластика, так?
— Не только пластика, — кивнул мужчина. — На нем можно печатать… конфеты, например, или шоколад. А можно и алюминий какой-нибудь или свинцовые фигулины. Немного доработать и да, сможет.
— И почему тут никого нет? Есть какой-то подвох?
— Есть, — кивнул мужчина и ткнул в две вертикальные плиты. — Вот тут находится форма. Обычно алюминиевая, но хорошо если тут она стальная.
— Я все еще не понимаю в чем тут проблема? Никто не может сделать эту форму?
— У нас в Корее нет фирм, которые бы этим занимались. Там же важна точность, да и размер немаленький. Там крайне сложные фрезерные работы.
— Погодите, но если Корея Моторс использует такие станки, то она где-то берет формы?
— Где Корея Моторс и где мы, — хмыкнул мужчина. — такие фирмы только в штатах или китае есть. Там, да. Можно заказать.
— И в чем проблема?
— В цене. Восемьдесят тысяч заставили одного зама нашей истерички схватиться за грудь и хватать воздух ртом.
— Восемьдесят тысяч вон? — поднял брови Чан. — Но это же…
— Долларов, парень, — вздохнул Чон Му. — Долларов. В штатах не берут воны. Там берут доллары.
— А… Ну, может…
— Китай просил семьдесят восемь.
Чан кашлянул и удивленно взглянул на станок.
— Это называется термопластавтомат, — кивнул он. — Печь для подготовки пластика — там.
— Нет, я просто… немного растерялся от таких цифр, — произнес подросток и принялся записывать в блокнот. — Термопластавтомат… формы…