Смертельный плен (ЛП)

Детский смех эхом раздавался вокруг меня, пока я все кружилась и кружилась…
— О, нет, не вздумай, — пробормотал Сайрус и сжал пальцами мою челюсть. −
Оставайся со мной.
Он был так близко, что я могла бы плюнуть ему в лицо. Я с трудом сдержалась, и вместо этого заставила себя улыбнуться.
— Неужели ты не скажешь мне, чтобы я последовала примеру Джо, Сайрус? Тебе же нравится находить новые способы, которыми ты можешь сломать его. Со мной такое не прокатывает?
Сайрус отвесил мне пощечину. И моя голова дернулась в сторону. Я оставила ее в том же положении еще на минутку, чтобы передохнуть. Похититель запрокинул голову и разразился громким фальшивым смехом.
— Ох, ты действительно мне нравишься. Это очень умно, Лидия, — качая головой, Сайрус обнял меня одной рукой, а другой сжал мое бедро, и развернул меня прямо в цепях, чтобы я оказался лицом к стене. — Думаю, мне понравится наблюдать за тем, как долго ты будешь оставаться такой же смелой.
Лишь за секунду до того, как почувствовала обжигающую боль, я услышала движение позади себя. Что-то врезалось в мою плоть. Я сжала губы, когда кожа на моей спине натянулась, а потом лопнула. Обернувшись через плечо, я увидела, как хлыст словно змея рассек воздух. Изогнутый наконечник блеснул в свете лампы.
Три удара, каждый из которых разрезал мою кожу, словно на лоскуты… приближали меня к потере сознания. Я прижалась лбом к стене, наблюдая, как слезы перемешивались с кровью и брызгали на бетон. Зрение стало размытым, когда меня ослепило вспышкой белого. Боль исчезла. Меня окутал кокон небытия. Я знала, что Сайрус забьет меня до смерти. Но, по крайней мере, я избавлю Джо от собственных криков.
  
Глава 7
 
Тепло ласкало меня, как летний ветерок… не похожий на ветер пустыни около оазиса Джо… а затем он сменился на шторм, который поднял горячий песок в воздух. Я откатилась и издала приглушенный вскрик, раздираемая агонией. Мне нужно было найти укрытие, пока меня не засыпало заживо.
Что-то влажное прижалось к моему лбу. Я открыла глаза. Джо обтирал влажным компрессом мои щеки.
— Привет.
Я попыталась улыбнуться.
— Привет.
Губы Джо изогнулись в улыбке, но в его взгляде по-прежнему отражалось беспокойство.
— Как долго я была в отключке?
Подняла руки над головой, сразу же пожалев об этом, и осталась в прежней позе.
Этот вопрос вызвал неодобрительную усмешку на лице мужчины.
— Ох, как минимум год.
Приглушенный звук, который последовал за его словами, подтвердил, что я пробыла без сознания достаточно долго. И ради Джо я пыталась оставаться в здравом уме и трезвой памяти.
— Ну, в таком случае, я думаю, сейчас, по твоим меркам, мне около двадцати двух или двадцати четырех лет.
— Хм-м, что же, возможно, я ошибся на пару лет, так как не сразу увидел все эти морщины, — лежа рядом со мной, Джо осторожно, чтобы не задеть кожу возле порезов, прошелся пальцами по моим щекам.
— У меня есть морщины?
Я моргнула и нахмурилась. Любое движение ощущалось болезненно. Растягивая нежную корочку, которая формировалась на ранах, я все равно прикоснулась к своим щекам.
Покачав головой, Джо взял меня за руку и прижал ее к моему боку.
— Нет. Я пошутил. Мне жаль. Я думал, ты поймешь, — мужчина нахмурился, а затем перевернулся и сел. Схватив простынь, он натянул ее до моего подбородка. — Постарайся двигаться поменьше. Ты еще не полностью восстановилась.
Глубокое раскаяние в его взгляде заставило меня почувствовать себя виноватой. Я едва не призналась ему, как далека я была от выздоровления, но сдержалась. Он собирался взвалить всю вину на себя, если я не сменю тему.
— Я, должно быть, выгляжу отвратительно… — прокляла сама себя, когда Джо поморщился, решив, что я имела в виду запекшуюся на теле кровь и свои шрамы. — Я имею в виду, что не мылась довольно долго, — шмыгнула носом и поджала губы. — И я воняю.
— Ты пахнешь не хуже, чем когда мы тренируемся, — Джо рассмеялся.
Смех Джо был самым приятным звуком, который я когда-либо слышала. Я хотела услышать его еще раз, но мне было слишком больно, чтобы начать рассказывать анекдоты. Вместо этого, я решила найти способ, заставить мужчину почувствовал себя нужным. Мне было предельно ясно, что окажись я на месте Джо, то наблюдать за его страданиями стало бы для меня адом. Сердцебиение отдавалось в моих ноющих ранах, которые казались сшитыми тончайшими нитями. Все, чего я на самом деле хотела — это спать, что подкинуло мне отличную идею.
 
— Джо.
Я осторожно наклонила голову, чтобы иметь возможность смотреть на него, оставаясь неподвижной.
— Да?
Прижавшись ближе, Джо взял меня за руку.
— Я действительно устала, — облизала губы.
Джо кивнул, отпустил мою руку и поднялся на ноги.
— Знаю, но ты должна поесть. Так что давай я что-нибудь тебе принесу, — он направился к столу, а затем вернулся с тарелкой и небольшим стаканом. — Съешь пару ложек и немного попей, так ты быстрее поправишься.
Мужчина зачерпнул ложкой немного каши, буквально на самый кончик ложки, и, прежде чем я успела возразить, затолкнул ее мне в рот. Подобное кормление заставило меня почувствовать себя ребенком, но я знала, что не в состоянии накормить себя сама. Даже с закрытым ртом, я все равно испытывала боль, так как кожу вокруг ран на лице стягивало.
Скривившись, я проглотила невкусную еду, от которой на глаза навернулись слезы, а затем взяла стакан, который протянул мне Джо, и, сделав глоток сладкого молочного ликера, ощутила ореховый привкус.
— Спасибо, но я хотела сказать, что… — я глубоко вдохнула, в попытке скрыть, насколько больно мне было говорить.
Джо позволил мне сделать еще один глоток, нежно поглаживая по волосам.
— Ш-ш-ш. Помолчи, Лидия. Просто поешь, а потом отдохни. Это займет какое-то время, но тебе станет лучше, — его слова звучали так, будто от них мне станет легче так же, как и ему, если он произнесет их вслух.
— Да, но мне нужна твоя помощь. Просто… — я замерла и медленно вдохнула, чтобы свести боль к минимуму. — Поговори со мной. Расскажи мне о своем прошлом или… — я закрыла глаза, борясь со слезами.
Когда я открыла глаза, то увидела сомнение и сочувствие на лице Джо. Нахмурив брови, он помолчал некоторое время, а затем улыбнулся и кивнул.
— Как на счет того, что я расскажу тебе сказку?
Я улыбнулась. Тело дернулось. Боже, это было больно.
— Только не о Гензеле и Гретель. Эта мне никогда не нравилась.
Казалось, Джо был доволен моим примером. Теперь я поняла, что любое воспоминание, каким бы расплывчатым и неясным оно не было, даже если это касалось сказки, приободряло нас обоих. Это означало, что возможно, только возможно, наступит момент, когда я все вспомню.
— Предполагаю, что это означает, никаких других историй с оттенками каннибализма, — сказал он, понимая, почему я сочла эту сказку такой неприятной. С задумчивым выражением лица, Джо уселся на край постели, и откинулся назад, прижавшись к стене. — Как на счет «Укрощение строптивой»?
Я показала ему язык, от чего мужчина расхохотался.
Я моргнула, когда кое-что пришло мне в голову.
— Мне нравится Шекспир, — сделав судорожный вдох, я облизала губы. — Но не все его произведения.
Он кивнул.
— Ты помнишь «Ромео и Джульетту»? — я закусила губу, и мужчина пожал плечами. — Ну, это одно из наиболее известных его произведений. Я расскажу тебе о нем. Возможно, это освежит твою память, но, так как я никудышный рассказчик, то почти уверен, что ты мгновенно уснешь.
Мне захотелось улыбнуться и рассмеяться, но я удержалась от этого. Позволив своему телу расслабиться, я посмотрела на Джо, взгляд которого стал рассеянным, как будто мужчина задумался над тем, с чего начать.
— Что ж, давным-давно… — он подмигнул мне, и я поняла, что мои глаза засияли в ответ, потому что Джо показался мне гораздо спокойнее, когда продолжил говорить, — в Вероне правили две семьи — Монтекки и Капулетти. Главы каждого из домов были влиятельными людьми, кем-то вроде лидеров разных политических партий. Их мужчины считали друг друга врагами, а все по тому, что враждовали их семьи. Однажды, когда двое из них встретились на улице, то подрались из-за какой-то мелочи. Впервые об этом упоминается, когда один укусил другого за большой палец. Я лишь могу предположить, что в то время укусить кого-то за большой палец было равносильно тому, что показать средний палец в наше время.