В интересах государства. Аудиториум, часть 2 (СИ)

И дело здесь было даже не в том, что Корф сожрал бы меня с потрохами, провали я вступительные. Аудиториум, несмотря на всю свою зловещесть, действительно мог дать мне путевку в жизнь.
Особо рассчитывать на семью мне пока что не приходилось. Ирка… Ирка была слишком юна, чтобы стать мне верной боевой подругой. Да и слишком тесное сближение с ней могло подставить ее под удар. Ведь я еще понятия не имел, какой информацией поделится Зуров. А превращать невинную девушку в мишень для Радаманта или Тайного отделения мне совершенно не хотелось.
Поэтому пока думаем в первую очередь о себе. Насколько это возможно.
Адлерберг довела меня до КПП и поклонилась на прощание.
– Буду рада увидеться с вами в стенах Аудиториума, Михаил Николаевич, – церемонно произнесла она, а затем внезапно задорно улыбнулась. – Быть может, даже непосредственно поучаствую в вашем образовании.
– Жду с нетерпением, – вежливо ответил я. – До свидания, Юлия Ивановна.
Пройдя через вахту, я выбрался на волю и наконец-то вдохнул полной грудью. Но не успел насладиться долгожданной волей, как что-то налетело на меня, едва не сбив с ног.
– Миша! Мишенька!
Вот уж кого не ожидал!
Оля – моя сестренка – бросилась мне на шею и заключила в неожиданно крепкие для ее хрупкой комплекции объятия.
– Оленька! – улыбнулся я, обнимая ее в ответ. – Вот так сюрприз. Все же приехала?
– Я же обещала, – она отстранилась и с беспокойством на меня взглянула. – Ну как? Сдал? Есть результаты?
– Прошел! Все три прошел!
Сестра издала победный клич и снова обняла меня. Потянувшись к моему уху, она прошептала:
– Здесь отец. Сообщи ему лично. Он будет очень тобой горд. И еще – они с бабушкой что-то затевают.
– В смысле?
– Не знаю. Шептались утром, я не успела толком подслушать. Что-то насчет тебя и Штоффов.
Кажется, я понимал, о чем шла речь. В таком случае у меня было две новости для старших представителей семейства – хорошая и плохая.
Оля оторвалась от меня, наспех пригладила выбившиеся из прически светлые кудряшки и взяла меня под руку.
– Идем, расскажешь отцу.
Патриарх рода Соколовых коротал время в обществе Матильды. Баронесса и отец пили кофе и о чем-то оживленно беседовали. Заметив нас с сестрой, наставница кивнула в нашу сторону.
– Здравствуй, отец, – слегка поклонился я, следуя этикету на людях. – Рад, что вы смогли вырваться.
Матильда нервно потушила сигариллу.
– Михаил, не томи. Как прошло?
– Рекомендован к зачислению, – широко улыбнулся я и поклонился наставнице. – Спасибо, Матильда Карловна. Без вашего участия это было бы невозможно.
Матильда искренне улыбнулась и раскинула руки в стороны.
– Иди сюда, обниму. Ты молодец, Михаил. Значит, сегодня вы проходили сразу два испытания?
– Да. Но я не помню, что было на третьем. Как и ожидалось.
– И черт с ним, – отмахнулась наставница и выпустила меня из объятий. – Главное – все закончилось.
– А Ирэн?
– Еще не вышла. Ждем.
Я кивнул, и в этот момент отец подозвал меня к себе.
– Михаил, пройдемся? У меня затекли ноги. Составь мне компанию.
Значит, хотел поговорить наедине. Ну, желание Патриарха – закон. Оля, считав намек, осталась с Матильдой, а мы сошли с парковки и двинулись по узкой дорожке через редкий лесок.
– Поздравляю, сын, – сказал отец. – Я очень тобой горд. Давно Соколовых не видели в Аудиториуме, и я счастлив, что представитель нашего рода туда вернулся.
– Вы не будете разочарованы, – коротко ответил я.
– Не сомневаюсь. Что с Ириной Алексеевной?
– Не выйдет. Она была готова принять предложение, но Матильда оказалась против и решила вопрос самостоятельно. Она добилась помощи императора.
К моему удивлению, отец воспринял новости хладнокровно.
– Ну что ж, следовало ожидать, что Матильда Карловна попытается любой ценой сохранить независимость своего рода. А что сама Ирина?
– Я ей симпатичен. Но не настолько, чтобы идти под венец сейчас.
– Выходит, момент упущен. В Аудиториуме вам будет не до того. А за время обучения может случиться столько всего, что этот вопрос может потерять актуальность.
 
– Значит, так тому и быть, отец, – твердо сказал я. – И Осколок, и богатство, и статус можно получить другими способами. И, говоря откровенно, я предпочитаю заслужить все это своими действиями и талантами, а не женитьбой на знатной красотке. Такой исход уязвил бы мою гордость.
– Сейчас не самое подходящее время, чтобы потакать своей гордости, Михаил, – вздохнул Патриарх. – Наши дела идут скверно.
– Я читал, что вы продали большой земельный надел. Все настолько плохо?
– Часть этих денег пошла, чтобы инвестировать в развивающиеся предприятия. Часть – на образование и подготовку Оленьки к выходам в свет. Она рано или поздно нас покинет, но я хочу устроить ее судьбу с максимальной выгодой для нее. А для этого придется вкладываться уже на ранних этапах – модистки, наряды, взятки, чтобы получить приглашения на лучшие балы и званые вечера…
Я с готовностью кивнул.
– Понимаю. Оля заслуживает лучшего. Но понимаю, что это дорого.
– И еще часть денег уйдет на тебя. Некоторую сумму я собираюсь передать Матильде Карловне в качестве компенсации затрат на твое проживание в Лебяжьем. Она ничего от нас не требовала, но это вопрос чести.
– Согласен.
– И еще определенная сумма отправится на твой счет для твоей жизни в Аудиториуме. Одежда, книги, сопутствующие расходы… У тебя и без того будут трудности с вливанием в то общество, и я не хочу, чтобы тебя считали еще и бедняком.
Я резко остановился, и отец удивленно обернулся.
– В чем дело, Михаил?
– Это… Просто это неожиданно, отец. Не думал, что ты станешь меня поддерживать.
– Михаил, я не устану повторять, что для нас ты наследник и потомок нашего Рода. Пусть твой дух призван из иного мира, но ты – наш. Ты – свой. И ты согласился нам помочь, принес себя в жертву ради нашего блага. Поэтому, конечно, мы будем тебя поддерживать и постараемся помогать по мере возможностей. Жаль лишь, что этих возможностей у меня пока немного.
– Со временем это изменится. Я буду над этим работать. Твоя помощь очень ценна для меня.
– Просто постарайся сделать то, что нужно Корфу, освободись от него как можно быстрее – и дальше будет проще. Увы, пока он не получит того, чего от тебя ожидает, ты останешься от него зависим.
– Знаю, пап.
Отец вывел меня к берегу узкой речки – довольно запущенному, но при этом здесь прослеживались следы цивилизации: сколоченные из досок скамейки, выложенные камнями кострища… Словно местные из окрестных деревень приходили сюда отдыхать.
– Теперь я вас оставлю, – сказал отец.
– Эээ… С кем?
Патриарх указал в сторону берега, и, присмотревшись, я увидел одиноко сидящую на скамейке фигуру в черном кожаном плаще. Корф.
– Он-то здесь зачем? – прошипел я.
Отец пожал плечами.
– Я всего лишь выполняю его просьбу – привести тебя к нему после экзаменов. А сейчас я пойду – нужно пригласить Штоффов на ужин в честь твоего поступления.
Не дождавшись моих возражений, отец повернулся и зашагал в сторону леса. Я же, плотнее затянув шарф на шее, направился прямиком к Пистолетычу.
– Судя по всему сдал, – вместо приветствия сказал Корф и похлопал по свободному месту на скамейке возле себя. – Присаживайся, Михаил.
– За нами могут следить. Встречаться здесь неразумно.
– Садись, Михаил. Здесь слежки нет.
Неодобрительно качнув головой, я все же устроился на самом краешке скамейки.
– Зачем вы приехали?
– Поздравить. И сообщить условия нашей сделки, – Корф обернулся ко мне, и я заметил свежую царапину на его щеке. Видимо, ночь прошла бурно. – Ты ведь хотел знать, что должен делать для меня в Аудиториуме?
   
Глава 5
 
– Почему вы уверены, что за нами нет слежки? – осторожно оглянувшись, спросил я.