Чисто шведские убийства. Отпуск в раю

Она вывела на экран мобильного фотографию и продемонстрировала ее Винстону.
— Яблони надо опылять, а яблоневый цвет дает потрясающий мед. Так что мечта всех пчеловодов — поставить ульи во владениях Мортенсона, на Юнгфрупассет.
Эспинг увеличила угол фотографии, и стала видна табличка с номером пчеловода.
— Восемь-три-три, — прочитала она. — В-з-з. Это ульи Эл-Йо.
В Бэккастюган оба вернулись в отвратительном настроении. По дороге почти не разговаривали.
— Я назад, в участок. Поищу еще что-нибудь про Маргит Дюбблинг, — сказала Эспинг, открывая дверцу своей машины и садясь за руль. — Сегодня ждем протокол вскрытия и рапорты экспертов касательно Фредрика Урдаля. И, если успею, пробегусь по текстам Николовиуса, раз уж он наш главный подозреваемый, — ядовито заключила она.
— Хорошо, — пробормотал Винстон. — Дайте знать, если что-нибудь всплывет. Я сегодня ужинаю в замке, с семьей, но мобильный при мне.
Эспинг, не отвечая, хлопнула дверцей прямо у него перед носом и рванула машину с места.
Едва войдя в дом, Винстон позвонил Юнне Остерман.
— Здравствуйте, Петер!
— Вы сделали достоянием общественности тот факт, что мы интересуемся Николовиусом.
От злости Винстон даже забыл представиться.
— Да, и я сама дала вам эту информацию, когда рассказала про последнее послание. К тому же я — чисто из уважения — два дня ждала.
Винстон пытался совладать с гневом.
— Вы же понимаете, что публикация может затруднить поимку убийцы!
— Петер, я журналистка. Я пишу статьи и информирую общественность. А ловить убийц — это ваша работа.
Эспинг, кипя от бешенства, поехала прямиком в участок. Причины для злости у нее имелись. Во-первых, Винстон, несмотря на ее предупреждения, позволил Юнне облапошить себя. Во-вторых, ее хитрец-дядя пытался свести ее расследование на нет, давя на Эл-Йо. А тот факт, что дядя Клас вскоре станет единоличным владельцем Йислёвсстранда, вообще может сделать из нее заинтересованное лицо.
В кабинете Эл-Йо было тихо и пусто. В одном из соседних помещений Свенс и Эландер разбирались с заявлением в полицию.
— Два историка-любителя сцепились возле Камней Але [39]. Один накачивал другому велосипедную шину, а потом разгорелось нечто, что с некоторой натяжкой можно назвать дракой, — резюмировал Свенск. — Каждый год одно и то же. Погребальный монумент или солнечный календарь? Как будто туристам делать больше нечего, кроме как селфиться на фоне валунов.
— Задержанные есть? — обеспокоенно спросила Эспинг. Она была единственным следователем в этом участке, и, если кого-нибудь арестуют, ей придется бросить все, чем она сейчас занимается.
— Нет, — сказал Свенск, к ее великому облегчению. — Они какое-то время размахивали руками, но все закончилось распухшей губой в одном случае и погнутыми очками — в другом. Эландер прочитал этим господам мораль, и мы помогли им снова накачать шину. Но этим занудам все равно пришлось сделать заявление, так что вот… — Свенск, словно сдаваясь, махнул рукой. — Какое благородное дело — служить обществу! Защищать, помогать, восстанавливать справедливость. Кстати, как там расследование? Этот мозгоклюй из Стокгольма все еще стоит у тебя над душой?
Эспинг пожала плечами.
— Да, хотя Винстон в основном дает советы. Мы… — Она сделала короткую паузу. — Я… скоро раскрою это преступление.
— Да что ты! — Свенск и Эландер обменялись взглядами, смысл которых не укрылся от Эспинг.
— Ну, удачи, Шерлок, — сказал Свенск. — Дай знать, если у тебя вдруг возникнет нужда в двух простых констеблях.
И оба снова переглянулись — на этот раз еще и с ухмылкой.
Эспинг раздраженно захлопнула за собой дверь кабинета и включила компьютер. Свенск и Эландер — просто идиоты, твердила она себе. Не стоит принимать их издевки близко к сердцу.
Отчеты, которых она ждала, уже пришли, и она быстро просмотрела их.
 
Смерть Фредрика Урдаля, как и предполагала Бурен, с большой вероятностью наступила от остановки сердца, вызванной сильным электрическим разрядом. На правой руке, через которую пошел ток, остались ожоги. Фредрик не был в состоянии опьянения, в том числе наркотического; травмы черепа или иные повреждения, которые указывали бы на бессознательное состояние, отсутствовали.
Эспинг понимала, что ее версия о Маргит Дюбблинг не выдерживает критики. Если Маргит убийца, то как этой хрупкой старушке удалось сначала заставить Урдаля слушаться, а потом приподнять его и сунуть его правую руку в щиток?
Эспинг занялась отчетом экспертов, но и там ничего не обнаружила. Отпечатков пальцев на щитке не оказалось, а пол действительно был протерт, как и сказал Винстон. К тому же дождь, прошедший в ночь на пятницу, начисто смыл все следы, какие могли быть на разворотном кругу у дома.
Эспинг выругалась. Да, сегодня явно не ее день. Но она не собиралась сдаваться. Ответы где-то рядом, в этом она была уверена. И она их найдет. Хоть сама, хоть с помощью этой занозы в заднице, Винстона.
  
Глава 43
 
Винстон пребывал в отвратительном настроении, и ему совершенно не хотелось отправляться на семейный ужин с Поппе и Кристиной. Едкие, но справедливые комментарии Юнны Остерман и Эспинг всё еще жгли его огнем, и Винстон с гораздо большим удовольствием остался бы дома, зализывать раны. Но ему, разумеется, хотелось повидать Аманду и удостовериться, что она оправилась после падения с лошади.
Ужин в замке оказался, однако, приятнее, чем ожидал Винстон. Ужинали в просторной кухне, которую Кристина недавно отремонтировала. Белая скатерть, льняные салфетки. И фарфор наверняка вдвое старше самого Винстона.
Несмотря на каменные своды и толстые стены, здесь было уютно — может быть, оттого, что Поппе подал к фазану, которого сам добыл и приготовил, изысканное монтальбано.
— Там могло остаться немного дроби, так что жуйте осторожно, — пошутил хозяин.
Аманда пребывала в отличном настроении. Она провела день в кровати и успела посмотреть целый сезон «Голливудских жен» с Джесси Андерсон.
— В некоторых эпизодах появлялась Даниэлла Мудиг. Они с Джесси начинали ругаться при первой возможности, а если заглянуть в их соцсети, то сразу видно, что они с Джесси и правда не выносили друг друга, по-настоящему не выносили. Даниэлла писала про Джесси всякие гадости, даже выложила фотку с моего дня рождения, где Джесси скандалит с Яном-Эриком, и снабдила тегом #bitchfight. Погоди, сейчас покажу.
Аманда взяла мобильный телефон и нашла нужную фотографию: Джесси и Ян-Эрик в разгар ссоры, за секунду до вмешательства Винстона. Ян-Эрик занес трость над Джесси, лицо искажено от злости. На лице Джесси в основном изумление.
— Ну и зачем она это выложила? — спросила Кристина.
— Потому что ненавидела Джесси, я же говорю. Там целая подборка, проведи пальцем по экрану, и увидишь все, — объяснила Аманда Винстону.
Винстон стал просматривать фотографии. Он пытался припомнить, видел ли Даниэллу Мудиг во время ссоры. Судя по снимку, она стояла позади него, чуть сбоку, и фотографировала. Но Винстон не помнил, чтобы она там была. Может, кто-то сделал фотографии и переслал ей?
Винстон передал телефон Кристине, но та проявила к снимкам весьма умеренный интерес.
— Давайте поговорим о чем-нибудь другом? Мне эта жуткая история уже надоела.
После ужина Поппе отвел Винстона в сторону и предложил:
— Может, выпьем коньяку в библиотеке? У меня есть один, очень старый, ты должен попробовать.
Он проводил Винстона вверх по лестнице и дальше, в красивую библиотеку.
— Сигару? — спросил Поппе, протягивая Винстону пузатую рюмку с коньяком.
— Нет, спасибо.
— Ничего, если я закурю?
— Конечно. Ты у себя в замке.
Поппе рассмеялся и подошел к хьюмидору, стоявшему на столе у стены. Винстон решил пройтись по библиотеке.