Чисто шведские убийства. Отпуск в раю

Эспинг пошарила по стене и щелкнула выключателем, но свет не загорелся. Тогда она достала мобильный телефон и дрожащими пальцами включила фонарик.
Сердце замерло в груди.
Под щитком, привалившись спиной к стене, полулежал Фредрик Урдаль. Правая рука вытянута вверх, глаза открыты, на лице застыла страдальческая гримаса.
Фредрик был мертв.
Мертв до мозга костей.
  
Глава 32
 
Винстон гнал машину с такой скоростью, с какой только решался ездить по незнакомым дорогам, не обращая внимания даже на камешки гравийного покрытия, угрожающе щелкавшие по брызговикам его обожаемого «Сааба».
Полицейский, дежуривший возле заграждения, узнал его и, кивнув в знак приветствия, поднял сине-белую ленту.
Эспинг стояла перед торпом, прислонившись к капоту патрульной машины. Лицо бледное, на плечах непромокаемая куртка на пару размеров больше.
Рядом стоял темно-синий «Фольксваген» — фургон экспертов.
— Он на подвальной лестнице, — сказала Эспинг. — Тира Бурен уже там работает. Вот бахилы, если вам нужно.
Винстон, к великому удивлению Эспинг, не торопился осматривать место преступления. В руках у него был пластиковый пакет; выражение лица добрее, чем она привыкла.
— Как вы? — мягко спросил он.
— Нормально. Просто легкий шок.
— В первый раз видите труп на службе, да? В смысле — не считая Джесси Андерсон?
Эспинг кивнула.
— Ну, привыкнете. Хотите чаю?
Винстон достал из пакета термос. Эспинг благодарно приняла стаканчик; она осознала, что Винстон, должно быть, привез термос для нее. От этого — или от чая? — у нее потеплело в груди.
— Фредрик Урдаль был в воскресенье на берегу, — начала она. — Отпечатки шин совпали. Это его тень на записи с камеры. Он убил Джесси.
И она изложила Винстону всё, вплоть до момента, когда она обнаружила труп на лестнице.
— Я попятилась, вышла тем же путем, что вошла, и закрыла дверь. Эл-Йо не отвечал. Я оставила ему голосовое сообщение и позвонила техникам. Мне повезло, Тира оказалась поблизости, на другом вызове.
Дверь открылась, и из дома вышла Тира Бурен, одетая в белый комбинезон; на ногах у нее были какие-то черные пинетки. На груди висел большой фотоаппарат. Едва Тира увидела Винстона, как тут же расплылась в улыбке.
— Э, да это же наш столичный житель!
— Что нам известно? — перебила ее Эспинг.
— Жертва умерла часов восемь назад, не меньше, — начала Бурен. — Остановка сердца вследствие удара током, это пока обоснованное предположение — причина смерти будет окончательно установлена, как всегда, только после вскрытия.
Бурен взялась за фотоаппарат.
— Я осмотрела щиток. Урдаль не то чтобы безупречно проложил проводку. Например, не установил устройство защитного отключения. Наверняка он успел в этом раскаяться.
Она подняла фотоаппарат так, чтобы Винстону с Эспинг было видно снимки. Сначала — скорчившегося трупа Урдаля, потом — щитка.
— Влез в незащищенную электрическую цепь, а рубильник при этом был включен, — продолжила Бурен. — Мышечный спазм, резкая остановка сердца. Гейм овер!
— Значит, несчастный случай? — спросил Винстон.
— На первый взгляд — без сомнения. Может, зайдем взглянуть?
Винстон повернулся к Эспинг.
— Если хотите, подождите здесь. Вы все равно там уже были.
Эспинг допила чай и сняла куртку.
— Все нормально. Но — спасибо.
Бурен выдала им бахилы и проводила через прихожую к двери, ведущей в подвал. Тело Фредрика Урдаля так и лежало под щитком, там, где его нашла Эспинг. Она подавила дрожь.
— А вот это немного странно, — заметила Бурен. — Опытный электрик работает рядом с рубильником — и не замечает, что ток включен?
— И к тому же он человек, который проходит свидетелем по делу об убийстве, — прибавила Эспинг. Она оглянулась через плечо, но труп, кажется, ничем не заинтересовал Винстона — к великому удивлению Эспинг.
Едва войдя в прихожую, Винстон понял: что-то не так. Он присел на корточки и включил фонарик в мобильном телефоне. Пристроив телефон так, чтобы луч лег на половицы, Винстон удовлетворено щелкнул языком. Он оказался прав.
 
— Что там? — заинтересовалась Эспинг.
— Ничего. На это я и рассчитывал.
— Как это?
Эспинг и Бурен являли собой два вопросительных знака.
— Несколько лет назад мы расследовали одно дело, в Эльвсбю, — объяснил Винстон. — Охотника обнаружили в старой избушке застреленным из его собственного ружья. Все указывало на самоубийство. Но потом мы поняли, что кое-что не вяжется. В избушку год никто не заходил. На полу скопилась пыль, там должно было быть полно следов жертвы. Но пол выглядел так же, как здесь.
Винстон жестом велел Эспинг и Бурен опуститься на корточки и указал на освещенные половицы.
Пол был покрыт строительной пылью, камешками и следами обуви. Но участок в метр длиной — между входной дверью и дверью подвала — выглядел совершенно иначе. В свете фонарика виднелись всего два отпечатка подошвы.
— Это от ваших сапог, Эспинг, — констатировал Винстон. — Вы вошли, обнаружили Фредрика и вышли. Но на этом участке пола видны только ваши следы, хотя ночью шел дождь. Этот участок чистый потому, что кто-то протер его тряпкой по направлению к входной двери. По грязи видно.
И он указал на узкую полоску из пыли и камешков, забившихся под порог.
— Он прав. — Бурен явно впечатлилась. — Кто-то прибрал за собой. Постарался убедить нас в том, что смерть Урдаля — несчастный случай.
— То есть это убийство? — спросила Эспинг.
— Без сомнения, — ответил Винстон. — Хотя я не очень понимаю, как убийце удалось заставить Фредрика сунуть руку в щиток и схватиться за медный кабель.
— Может, Фредрик был без сознания? Или под наркотиками? — предположила Эспинг.
— Не исключено, — ответила Бурен. — Мы нашли полбутылки воды, возьмем пробы из нее. Но мы говорим о крепком мужике под девяносто кило весом. Чтобы поднять такой вес к щитку, нужна недюжинная сила.
— Или тут действовал не один человек, — вставила Эспинг.
— Верно, — кивнула Бурен. — Но это и для двух мужчин нелегкая работа, особенно если не хочешь сам умереть от разряда. Кстати, я хотела еще кое-что вам показать.
Бурен продемонстрировала следователям два прозрачных пакета для вещдоков.
— При жертве были два мобильных телефона. Оба замкнуло, когда через них прошел ток.
Эспинг и Винстон изучили содержимое пакетов, из которых исходил отчетливый запах жженого пластика.
Потертый смартфон в прорезиненном чехле Винстон помнил по первому визиту. А вот второй телефон оказался значительно меньше и дороже.
— Классическая одноразовая трубка — дешевая, с предоплаченной картой, такие покупают для звонков, о которых никто не должен знать, — пояснила Бурен. — Урдаль женат?
— Когда-то был, — сказала Эспинг.
— Тогда это не для звонков любовнице. Остается только криминал.
— А можно узнать, кому он звонил? — спросил Винстон.
Бурен покачала головой.
— Пока трубка в таком состоянии — нет. Надо сначала узнать номер. Можно запросить информацию с вышки, но проверять все данные — это адская работа, и не факт, что она что-то даст.
— Попробовать все-таки надо, — сказал Винстон. — А еще стоит заглянуть на квартиру Урдаля.
— Вот это, — эксперт протянула им ключи, — нашлось в одном из карманов на его рабочем поясе.
— Поезжайте за мной, — сказала Эспинг Винстону. — Я покажу.
Квартира Урдаля, как Эспинг и подозревала еще до того, как заглянула в окошко сегодня утром, являла собой печальное зрелище.
В гостиной обнаружилась неприбранная односпальная кровать, стереосистема, игровая приставка и американское кресло, походившее на пухлый шезлонг. Окно занавешено двумя полотенцами — вероятно, чтобы не бликовал экран огромного телевизора, висевшего на стене. Везде громоздились картонные коробки, в каких перевозят вещи при переезде, рядом с гостиной приютилась полная немытых тарелок кухонька и крохотная ванная. И над всем этим висел затхлый запах сигаретного дыма, дешевого пива и одиночества.