Чисто шведские убийства. Отпуск в раю
И Кристина сделала радио погромче.
«Я больше американка, чем шведка, — послышался голос Джесси. — Закон “будь как все” и шведская завистливость — не для меня».
Винстон, очень придирчиво подходивший к выбору телепрограмм, до вчерашнего вечера ничего не слышал о Джесси Андерсон. Но она, вероятно, пользовалась большой популярностью, раз П-1 разрешает ей изрекать банальности в своем эфире.
— А каким боком здесь Ян-Эрик Шёхольм?
— Они с Альфредо живут ближе всех к стройке, — объяснила Кристина. — У них красивый старый дом в прибрежном лесу, прямо на границе с болотным лугом. До начала застройки они жили уединенно, и до пляжа им было метров двести-триста, но когда рядом с границей их участка появилась ограда, дорога к морю стала занимать больше времени. Ян-Эрик, который и так ходит с трудом, воспринял происходящее как личное оскорбление. — Кристина указала на очередной съезд. — Вот здесь направо, а потом прямо километров пять.
«Успеха может добиться любой, — произнесла из динамиков Джесси. — Главное — целеустремленность».
— Из-за конфликта между нашими знакомыми возникла некоторая напряженность. Так что мы с Поппе стараемся соблюдать нейтралитет, — продолжала Кристина. — Вот почему мы пригласили на праздник, так сказать, обе стороны.
— Но так как ты домоголик, тебе ужасно хочется взглянуть на виллу, и благодаря мне ты неожиданно получила возможность съездить туда, — подытожил Винстон. — Именно поэтому тебе и хотелось, чтобы я вчера изобразил заинтересованность. А Поппе нельзя было подключить?
— Нет, я не решаюсь его просить, — сказала Кристина, но развивать тему не стала. — К тому же меня интересует не только вилла сама по себе. Когда прошлой весной протесты и вал гневных писем в газеты достигли пика, Джесси сделала очень умный ход. Она к тому времени уже пронюхала, что совет Йислёвсхаммара давно хочет купить у знаменитого местного художника скульптуру и установить ее в центре поселка. Но у совета не хватало денег, поэтому скульптуру купила Джесси. Смонтировала ее в доме, предназначенном к показу, и пообещала передать ее в дар поселку, когда виллы будут проданы. Громадный рыболовный крючок, отлитый из латуни. The Hook.
— Умно. И что, кто-нибудь уже клюнул?
— Остряк. — Кристина слегка улыбнулась. — Вообще-то да, несколько газет опубликовали лучезарные репортажи. Многие стали относиться к проекту гораздо лучше.
— Но Джесси, похоже, далеко не всех убедила.
— Не всех. Ян-Эрик с Альфредо и еще кое-кто, как ты вчера заметил, всё еще в стане врагов.
— Ясно. — Винстон поразмыслил. — Значит, мы направляемся прямо в осиное гнездо. Что мне, по-твоему, надо делать, когда мы приедем?
Винстону меньше всего хотелось разыгрывать спектакль. Весь его актерский опыт сводился к роли задней части верблюда на детсадовском рождественском утреннике, и он не питал иллюзий насчет своих способностей к перевоплощению.
— Просто ходи по дому, время от времени пригубливай предложенное шампанское и делай вид, что тебе деньги девать некуда, — объяснила Кристина. — Ты и так выглядишь как британский лорд, который ошибся дверью, так что тебе это будет несложно. Ну кто в разгар лета носит костюм-тройку и галстук?
Винстон проигнорировал комментарий — как всегда, когда Кристина отпускала замечания насчет его манеры одеваться.
Кристина достала из сумочки сложенный вдвое лист бумаги и развернула его. Джесси в динамиках продолжала свою сагу об успехе.
— Я захватила проспект, чтобы лорд Питер Головокружительный знал, что его ждет. Вот слушай: «Йислёвсттранд — не просто жилье; это стиль жизни. В доме, выстроенном на склоне холма, имеются лестница и внутренний балкон, который словно парит над пространствами гостиной. Продуманная архитектура позволит вам жить в гармонии с природой. Благодаря большим стеклянным вставкам границы между внешним и внутренним стираются и морской свет струится по полу итальянского мрамора. Всего несколько минут босиком — и вы в саду, через который можно выйти на роскошный пляж с мелким песком».
Кристина читала с таким выражением, что Винстон не сдержал улыбки.
— Перевод с риелторского на шведский нужен? — спросила Кристина. — Вот здесь налево, и мы почти приехали.
Винстон свернул с шоссе, и машина покатила между полей. Потом начался прибрежный лесок со стройными соснами.
По радио Джесси продолжала изрекать банальности:
«Великим мечтам в Швеции тесно. Но я хочу все изменить. Проект за проектом, стройка за стройкой».
Они миновали фахверковый дом, притаившийся между деревьев. На деревянной табличке у ворот значилось «Вилла Шёхольм». Рядом с табличкой разместился большой плакат:
«Нет осквернению Йислёвсхаммара!»
— Здесь живут Ян-Эрик и Альфредо, — констатировал Винстон.
— Отлично, Холмс! Может быть, из тебя и выйдет полицейский.
В ответ на шутку бывшей жены Винстон театрально вздохнул. Ему не хватало ее подколок больше, чем он готов был признать.
— Кстати о профессии, — сказал он. — Что бы ты как психолог сказала о Яне-Эрике Шёхольме?
Кристина рассмеялась.
— А, старая игра. Ну ладно. Я тебя сюда затащила, и будет справедливо, если я подыграю.
Она пару секунд поразмыслила.
— Ян-Эрик считает себя великой личностью. Нарцисс, но неопасный.
— Вчера мне так не показалось.
— Да ну, ты же не думал, что он всерьез собирается поколотить Джесси тростью? Ян-Эрик безобиден, как котенок. Просто любит разыгрывать драмы и быть в центре внимания.
— А Альфредо? — Винстон и сам не знал, почему спросил.
Кристина склонила голову к плечу.
— Хороший вопрос. Альфредо понять сложнее. Он держится на заднем плане, но я вполне уверена, что от него ничего не ускользает. К тому же у него есть какая-то неприятная способность возникать из ниоткуда. Ты заметил? Альфредо — человек со своими тайнами. Не исключено, что темными.
Машина выехала из леса и подкатила к разворотной площадке. Полоска берега и море остались внизу. Здесь, подальше от воды, небо было более хмурым, с моря дул ветер.
Возле разворотной площадки высилась ограда с колючей проволокой и внушительными автоматическими воротами.
Винстон подвел машину к домофону и нажал на кнопку.
— Джесси Андерсон, — отозвался голос из динамика.
— Здравствуйте, это Петер Винстон.
— Добро пожаловать, Питер! Поставьте свою машину рядом с моей!
Послышался короткий писк, и ворота медленно поехали вверх. Винстон припарковал машину перед домом, рядом с белым «Порше»-кабриолетом — вероятно, машиной Джесси. Джесси в динамиках магнитолы уже заканчивала свою передачу, и от этого возникало немного странное чувство, будто она находится в двух местах одновременно.
«Ну что же, пора заканчивать, скоро придет время прощаться. Но как говаривал один из моих любимых арти…»
Винстон заглушил мотор, и голос оборвался на полуслове.
Рот у Кристины открылся, едва они вошли на участок:
— Вот это домик! Петер, хочу здесь жить.
— Сказала женщина, которая и так уже живет в замке, — поддразнил ее Винстон. Сам он был настроен куда менее восторженно. Несмотря на море, высокие небеса и идиллический рыбацкий поселок, видневшийся на берегу поодаль, это место казалось ему голым и неприветливым. Неприятное чувство, невнятно терзавшее Винстона, усилилось, когда он увидел ограду, колючую проволоку и бетонный фасад.
Винстон нажал кнопку звонка, но ничего не произошло. Может, звонок еще не подключили? Он постучал. Снова ничего. Кристина нажала на дверную ручку, и дверь отворилась.
В глубине дома слышался голос Джесси.
Винстон с Кристиной вошли в просторный холл. На столе стояли две бутылки шампанского и бокалы — и использованные, и чистые. Рядом лежал планшет с каким-то списком. Винстон увидел свою фамилию в самом низу; его имя снова написали неправильно.
— Не очень-то радушно нас встречают, — проворчала Кристина, поправляя Винстону галстук.
Голос Джесси эхом отдавался по всему дому, он исходил как будто отовсюду одновременно. Винстон не сразу сообразил, что это, наверное, встроенные в потолок динамики, из которых звучит окончание радиопередачи.