Одаренный: адъютант (СИ)
Он принялся трясти мою руку.
А я уже проворачивал в голове варианты нашей с мэром беседы. Интуиция подсказывала — встреча будет интересной. Весьма интересной.
* * *На обратном пути Кустиков долго допытывал место моей остановки, пытаясь выяснить в какой гостинице я остановился. Я не сознавался, отшучиваясь. Но понимал, что будет устроена слежка. Нужно придумать, как от этой слежки отвязаться. И еще не скидывать со счетов то, что могут вновь отправить киберов, чтобы те убили меня.
Попросив остановить машину в самом людно месте, я быстро распрощался и вышел. Нужно было как можно скорей слиться с толпой.
Я нисколько не удивился, почувствовав за собой «хвост». Двое крепких ребят шли уверено, не скрываясь. И это плохой знак. Значит, разговор будет короткий. И закончится смертью. Эти парни хотят сделать то, что не удалось киберам. Самоуверенные ребята.
Я юркнул в закуток, вернулся обратно в точку высадки, ушел сильно влево. Но такой трюк не прошел. Преследователи оказались проворными и смогли каким-то чудом вновь увязаться за мной. Теперь шли они уже гораздо быстрей. А в руках у них появились пистолеты.
Значит, терпение кончилось у них. Поняли, что я их засек и теперь решили закончить эту беготню. Не боятся даже скопления людей. Черт! Дела плохи.
Я уже прикидывал, где буду вступать с противниками в схватку, как вдруг кто-то воскликнул:
— Александр!
Я бы непременно прибавил шагу, но та искренняя радость, что прозвучала в голосе, заставила меня остановиться.
С трудом верилось, что это мои преследователи так рады меня видеть.
— Александр! — ко мне сквозь толпу вышел толстый парнишка.
Лицо его мне было смутно знакомо — толстые маслянистые щеки, очки, все время спадающие на курносый нос.
Но я упорно не мог вспомнить кто это.
— Не узнал? — улыбнулся парень.
Я покачал головой.
— Это я, Сергей.
— Сергей?
— Сопля! Вспомнил? Ты меня от Крысы спас, когда он ко мне приставал.
Я напряг мозг. Ну конечно! В тот первый раз, когда я появился в Школе, был момент, когда я заступился за какого-то паренька. С той встречи и узнал ближе Крысу.
— Сопля! — произнес я, признав, наконец, в этом пареньке знакомого.
— Узнал!
— Ты какими ветрами тут? — спросил я, поглядывая в сторону.
Мои преследователи стояли через дорогу и идти в лоб не решались — ждали, когда я закончу разговор. Лишних свидетелей значит, убивать не хотят.
— Так я тут живу. Когда в Школу хожу, переезжаю в Москву. А основное поместье у меня тут.
— Постой, — припоминая кое-что из истории Сопли. — Ты же печатник.
— Верно. Дом Крыловых. Они сейчас почти все в Москве, но глава тут живет. Вот я и приезжаю проведывать его и заботиться — стар уже стал Петр Евгеньевич.
Сопля улыбнулся.
— Давай, я тебя с ним познакомлю?
— Что? Зачем? Нет, я пойду лучше.
— Да ладно тебе! — парень по-свойски хлопнул меня по плечу. — Александр, ты же ведь меня тогда реально спас от Крысы. Он бы все мои деньги отобрал, а мне платить нужно было за учебу, как раз шел в деканат, чтобы за квартал оплату внести, Представь, если бы он эти деньги у меня отобрал? Нет, я твой должник. Так что самое малое, что могу сделать — это пригласить в гости.
Я вдруг задумался. А почему, собственно, и нет? Это позволит оторваться от преследователей, или хотя бы задержать их и выиграть время.
— Ну так что, пойдем? — сказал Сопля. — Выпьем коньяку хорошего!
— Пошли. Давно хочу чего-нибудь выпить покрепче!
Мы сели в черный внедорожник и двинули прочь, оставляя преследователей позади. Я не сомневался, что они сейчас увяжутся в погоню. И проследят за мной до самого дома Крыловых. Но самое главное — я смогу выиграть время. И решить, как оторваться от назойливых людей.
Мы ехали все быстрей и быстрей, куда-то в сторону от центра города, а я все гадал — что же ждет там, в особняке Крыловых и не разменял ли я лишку, согласившись ехать с неожиданным спутником?
В голове все крутилась назойливая мысль — а не специально ли случилось эта неожиданная встреча с печатником дома Крыловых?
Сопля загадочно улыбался.
Глава 6. Мэр
Дом Крыловых оказался огромным особняком, пафосным, пестрящим. Колоны, широкая наружная лестница, угловые ризалиты с башнями, скульптурные рельефы. Практически дворец.
— Тут живет глава семейства, саамы старый из рода Крыловых, — пояснил Сопля, понизив громкость голоса до уважительного шепота. — Петр Евгеньевич начинал когда-то в Твери вести свои дела, быстро поднялся, потом переехал в столицу, там еще больше развился. Ты знаешь, наверное, его сына, Максима Петровича, который в Верхней Думе сидит.
Я знал. Высокий человек, и по должности, и по размерам. Руководит энергетическими направлениями бизнеса.
Я кивнул.
Петр Евгеньевич передал ему свои дела, а сам сюда вернулся. Говорит, тут тихо, спокойно. А я вот езжу навещать его на каникулы.
— Слушай, а ничего, что мы к нему вот так, без спроса? Неудобно как-то.
— Все нормально. Петр Евгеньевич хороший человек, он любит гостей.
Мы вышли из машины, зашли в дом.
Внутри оказалось все точно таким же, как и снаружи — пафос и ничего, кроме него. Огромные пятиметровые картины изображали хозяина дома в генеральском мундире и на коне, стоящим на горе и сидящим у камина. Множество картин и все с одним героем — Крыловым.
— Присаживайся, — сказал Сопля. — Сейчас я предупрежу Петра Евгеньевича, что у нас гости. Он скоро спуститься и мы все вместе чего-нибудь выпьем.
Я поблагодарил Соплю за приглашение и пока тот поднимался на второй этаж, рассмотрел интерьер более внимательно. Крылов-старший оказался любителем охоты, об этом говорили трофеи добытых им животных, которые он разместил по гостиной комнате. В углу стояло чучело кабана, на стене разместились головы рыси, марала, сайгака, волка, посреди комнаты лежала шкура медведя. Над камином висело два скрещенных ружья.
Я принялся осматривать фотографии, которых было не так много, как трофеев животных.
Спустился Сопля.
— А это кто? — спросил я, рассматривая фотографию, на которой был запечатлен Крылов старший с полноватым лысым мужчиной.
— Это Петр Евгеньевич со своим близким другом, — ответил Сопля. — С Виктором Ивановичем Воробьевым...
* * *«Твою мать!» — только и смог подумать я.
Сам лично в берлогу к медведю зашел! Ведь Воробьев — это же главный бандит, про которого говорила Мирослава. Именно он подмял под себя завод ее отца и владеет «Эл-сталью».
— У Крылова друг Воробьев? — произнес я, приглядываясь к ружьям, висящим над камином.
Интересно, они заряжены?
— Да, очень хорошие друзья, — наивно ответил Сопля, ничего еще не понимая. — Петр Евгеньевич спуститься. Едва он узнал, что к нам в гости зашел Пушкин, то непременно захотел повидать тебя!
— Сопля, слушай. Я тут вспомнил, что мне на самом деле некогда. Давай в следующий раз...
— Какие гости! — воскликнул вдруг старческий голос.
На лестнице показался пожилой мужчина в бархатном красном халате. Мужчина держал вправку, и было видно, что в прошлом он был заметной фигурой. Кажется, картины, на которых он был запечатлен, не врали.
Мужчина цепким взглядом оглядел нам, воскликнул:
— Неужели это Пушкин? Собственной персоной!
Хозяин спустился к нам, подошел ко мне.
— Наслышан от тебе.
Он пожал мне руку, рукопожатие получилось крепким, как тиски.
— И что же говорят? — холодно спросил я.
— Только самое хорошее. Газеты читаю, новости смотрю, Рейтинг изучаю. Там и про тебя пишут. Хорошо идешь вверх, прям, завидно. Сразу видно — есть в тебе стержень, — мужчина всполошился. — Ну чего же мы стоим, давайте присядем?