Первый среди равных. Книга III (СИ)
— Сегодня будет длинный и опасный день, парни, — громко произнёс я. — И это только начало. Обещаю, каждому из вас теперь придётся работать и рисковать своей шкурой в десять раз больше, чем раньше. Но и оплачиваться всё будет, соответственно, больше. Знаю-знаю! — улыбнулся я, когда увидел, что некоторые из бойцов нахмурились. — Что все вы со мной по велению сердца. Но, согласитесь, лучше иметь в кошельке достаточно денег, чтобы, отмечая в Твери очередную нашу победу, абсолютно не напрягаясь, угостить ваших коллег из других родов, кому не так повезло с господином? — лица разгладились, бойцы заулыбались, раздались смешки, кое-кто выкрикнул что-то одобрительное. Я кивнул, удовлетворенный эффектом. — Одно могу сказать точно — в ближайшее время, мы все будем делать только ту работу, ради которой вы и пришли на службу моему роду. Охотиться на аномальных тварей и защищать границы владений Разумовских. И всё это благодаря вам. Вашим упорством и верностью проложен путь рода к возвращению своей силы и статуса. По машинам, бойцы! Пора приниматься за то, что вы умеете лучше всех в Российской Империи.
— Слава! — как один большой и хищный зверь прорычала в ответ дружина и парни бросились к машинам. Судя по тому, что не возникло никакой суеты, все экипажи уже были распределены. Аршавин не зря поднялся сегодня первым. Скорее всего, все мои вчерашние приказы уже были выполнены и перевыполнены.
Я направился к нашему вездеходу, возле которого уже стоял Серый. Бессменный водитель нашего экипажа приветственно мне кивнул и открыл дверь.
— Это ты брось, Серый, — рассмеялся я. — Мы в боевых условиях, а не на приёме.
— Простите, ваша светлость, — даже не подумал смутиться дружинник. — Положено так.
Я погрозил дружиннику пальцем и тот весело рассмеялся в ответ. Интересно, что даже мой прямой приказ не заставил его отказаться от странного проявления уважения. Пока я не забрался в машину, водитель так и не ушёл на своё место. Следом за мной в транспорт зашёл Аршавин и уселся напротив меня.
— Доброе утро, ваша светлость, — произнёс Ратай.
— Снаряжение? — задал вопрос я.
— Всё на месте, — кивнул на заднюю часть салона Аршавин. — По поводу того, о чём мы ночью говорили, Ярослав Константинович. С нашими я всё обсудил. Сообщения всем, кто заслуживает доверия, уже разослал. Антон на пути в Тверь. С ним отправил пару человек из его команды, чтобы помогали в процессе отбора. Пока порадовать нечем. Из всех откликнулось человек двести. Остальные или в столице или не могут прибыть в ближайшие дни.
— Нечем? — удивлённо посмотрел я на главу ближней дружины. — После того, как ты посреди ночи написал куче людей, которых не видел пять лет и которых сам уволил, целых две сотни готовы откликнуться прямо сегодня и ты говоришь, что тебе нечем меня порадовать? Да это отлично просто, Шатун!
— Этого всё равно мало, Ярослав Николаевич, — хмуро покачал головой Аршавин. — Может чуть облегчит ситуацию с патрулированием, но мы всё равно окажемся в тех же условиях, как были до вашего возвращения. Почти в тех же. На сто километров границы у нас всего две с половиной сотни людей и меньше десятка машин. В лучшем случае, сможем организовать патруль, но о полноценной защите речи вообще не идёт. Да и люди опять на износ работать будут.
— Не больше недели, — возразил я. Колонна машин тронулась с места и покатила к воротам. — А может и меньше. Не год и даже не месяц. Если не хватит тех, в ком ты полностью уверен, то доберём добровольцев из тверских бойцов. Там наверняка полно желающих поступить на службу в княжескую дружину.
— И полно желающих узнать, как на самом деле обстоят дела во владениях князя Разумовского. Ну, кроме тех, кто, без всякого злого умысла, вполне может угробиться сам и угробить товарищей, являясь рукожопом, — недовольно проворчал Ратай. — Но я постараюсь отобрать лучших из худших. Нам бы ещё человек двести-триста, чтобы перекрыть дыры на первое время…
— А вот это я и хотел обсудить, Николай Петрович, — кивнул я. — У меня для тебя и твоих ветеранов будет отдельное задание. К сожалению, в патруле и охоте тебе вряд ли удастся принять участие в ближайшее время.
— А как тогда? — не понял Аршавин. — У нас каждый человек на счету. Если меня, да ещё и всех ветеранов вычеркнуть, то совсем кисло может получиться. Только разве что нас разменять на кого. Но тогда в десять раз больше просить надо.
Я невольно улыбнулся рассуждениям Ратая. Он даже не подумал меня отговаривать или настаивать на своём. Уже начал привыкать, что нужно доверять своему князю. Просто делился своими мыслями на этот счёт.
— Примерно так и получится, Николай Петрович, — ответил я. — Помните, мы как-то разговаривали на тему обучения людей граф Старковского?
— Помню, ваша светлость, — тут же кивнул Ратай и задумчиво посмотрел на меня. — Вот только мне сейчас совсем не вариант ехать к соседу, чтобы тренировать его ребят. Даже если он потом нам в помощь кого-то выделит. Вы уж простите, но лучше тогда на наших новобранцев время и силы потратить, Ярослав Константинович.
— Ехать не придется, Николай Петрович, — покачал головой я. — Только что разговаривал с Иваном Николаевичем и он готов отправить к нам пять сотен своих бойцов для недельного курса в боевых условиях. Лагерь, предварительно, я решил расположить в Сумани. Но сначала нам нужно осмотреть место. А вам за это время нужно подготовить список всего необходимого для проживания пяти сотен человек в почти разрушенном поселении. С нас инструкторы и проживание. Чему и как учить определиться нужно уже сейчас. Я Старковскому сказал, что будет полноценная работа на границе аномалии.
— Так… Так это… — шевеля бровями и пытаясь подобрать слова, произнёс Ратай. — Если честно, у меня просто слов нет, ваша светлость. Вы нам на целую неделю жизнь в сто раз облегчили. Если ребят Ивана Николаевича разбить на два десятка групп, то получится по двадцать пять человек. По одному из старичков в качестве инструктора на каждую. С общей координацией и совместными лекциями я справлюсь без проблем. Не привыкать. Тогда получается, что каждый отряд будет вести один из наших и на обороне старой части владения это никак не скажется. Жаль, что всего на неделю договорились.
— Это первая группа, — улыбнулся я. — Если всё хорошо пройдёт, то будет и вторая. А потом сможем часть границы для соседских бойцов выделить. Пусть под руководством твоих ребят делом полезным занимаются. И всем выгодно.
— И всем выгодно… — немного растерянно повторил мои слова Аршавин.
Колонна постепенно уменьшалась. Мы ехали последними и я видел, как-то одна, то другая машина сворачивают с натоптанного просёлка и исчезает в лесу. Давно осталась позади граница нашей старой территории. Дружинники чётко следовали приказам Ратая и распределялись вдоль границы. Сейчас от такого патруля особой пользы не было, но с монстрами первого ранга ребятам справиться по силам. Может даже второго. Главной их задачей было обнаружение крупных и опасных тварей. Если всё пройдёт нормально, то к вечеру начнём охоту.
Сумань располагалась на дальнем конце владений Разумовских. Почти в углу между аномалией и изначальной границей с Антиповыми. Это позволяло качественно контролировать два важных направления и я был намерен восстановить прежний порядок. По сути, Сумань была военным городком со своими порядками. Если Себыкино всегда считался промышленным центром владений рода, то Сумань являлась тренировочной базой и кузницей кадров для ближней дружины. А потому и строилась она иначе.
Когда мы вырулили из леса, я ожидаемо увидел почти уничтоженный посёлок. Тут удивляться было нечему. Ряды длинных казарм и редкие отдельные строения за обветшалой бетонной стеной выглядели крайне печально. Серый остановился на возвышении, чтобы мы могли нормально осмотреть посёлок. Я перебрался поближе к водителю и первым заметил отблеск на крыше одного из зданий, успев сильно толкнуть дружинника в плечо. А потом раздался выстрел и на лобовом стекле напротив головы Серого разбежалась ветвистая трещина.