Элита (СИ)

— Сука, сука, сука. Нам кабздец. А–ха–ха, мечтал заполучить контроль! Мечтал всё чувствовать! Мечтал, чтобы Урка сдох! Зашибись блин исполнение желаний… сука…
Тем временем, монстр обратил на них своё внимание. Спокойно и даже вальяжно, он подошёл к ползущей туше. А та, в своё время, продолжала ползти дальше и дальше. В сторону какого–то столба. Что это был за столб, и почему к нему так вёл зов, Максим не успел понять. Он лишь услышал хруст, а затем сознание померкло. Очнувшись, он увидел их в стороне от места последних событий, что он успел запомнить. Тело было изодрано, то, чего касался взгляд очнувшегося Урки, выглядело скверно. Отсутствовали обе ноги, одна по колено, вторая чуть выше. Так же разорван бок, из которого сочилась тёмная кровь. Помимо этих повреждений наверняка были и другие, но их Макс не видел так как взгляд Урки вновь был обращен на столб, и словно разрезанный на две части червь, они пусть лишь своей половинкой, но продолжали ползти в сторону этого несчастного «манка». Макс пребывал в полной апатии. Пусть он не чувствовал боли, но он чётко понимал, что они с Уркой доживают последние минуты. Почему, в принципе, их не доел владелец этого столба? Пожевал и как будто отвлёкся на более сладкие куски… у столба валялось несколько тел разной потрепанности, явно не все из них были живы. Ну, а все, кто ещё мог, ползли к нему, как к единственному вожделению. Почему, зачем? Эти вопросы, похоже, так и останутся без ответа.
Шли минуты, а Урка всё полз и полз. Вскоре, вместо пусть и дёрганых, но вполне успешных мышечных сокращений, их тело выдавало лишь судороги и дрожь. Они так и не доползли. До столба оставалось не больше пятнадцати метров, но у Урки не получалось преодолеть несколько кусков тел и рваной плоти. Кровь запеклась и не покидало тело симбиоза. Но и о регенерации не могло быть и речи. Не хватало Еды, организм был слаб. Шутка судьбы была в том, что Еды вокруг было более чем много, но тело никак на неё не реагировало. Тело рвалось и желало лишь подобраться к столбу… взирать на это отстраненно было противно. Макс опустил руки, или то, что было вместо них. Он не мог классифицировать своё «Я» как некий объект с привычными человеческими параметрами. В те моменты, когда он не был подключён к контролю телом, он был словно парящее нечто. Он мог видеть глазами их тела, слышать ушами, даже запахи и вкусы ощущать при необходимости. Но для этого нужно было, как бы, подключать своё «Я» к материальным структурам. Вот и сейчас, он взирал глазами тела, чувствовал запахи и даже вкус чего–то солоновато горького во рту. Слышал, как земля скрипит и шелестит под их тушей. Лишь тактильные ощущения он огородил от своего мира. Всё, что сейчас чувствовал монстр, это сильнейшая боль. Но даже она не могла остановить Зов. Тело перестало вибрировать, похоже сознание вновь померкнет. Возможно, в последний раз.
Спустя какое–то время сознание всё же вернулось к Урке. Очнулся и Макс. Он обнаружил их на том же месте что при отключке. Значит он ничего существенного не пропустил.
— Урр.
— Урка?
— Урррч.
— Ты что творишь? Нахера мы сюда попёрлись?
— Уррррррр. Урччк.
— Я тоже так подумал. Этот монстр как–то вас порабощает.
— Уррк.
— Выбираться! Ты серьёзно? А я блин думал мы тебе тут пару ищем!
— Урррк.
— У нас нет ног, мы сильно изранены, потеряли много крови, но это не главное. Ты не можешь ему сопротивляться…
— Урр.
— Не могу, меня не пускает наше тело. Я с трудом ногу отвоевал. Да что сейчас с неё толку!
— Уррч.
— А ты проницателен. Конечно, нас сожрут. Эйнштейн, блин.
— Уррк. Арч.
— Да не вопрос, давай мне управление…
— Урр.
— Годи.
— Ур.
— Вроде получилось, еб… Сука, как ты это терпишь?!
— Уррч.
— Так, контроль взять я могу, что делать будем?
— Уррр.
— Фу, сам жри всю эту мерность.
— Уррч. Арчим.
— Ааааа. Хер с тобой. Вырастил на свою голову мудака с мозгами. Хорошо, ты прав. На меня Зов не действует, а значит тебе контроль передавать нельзя ни при каких обстоятельствах. Блин я‑то, что так туплю…
 
— Уррч.
— Не время для иронии. Фух. Давай…
— Урч.
— Сука… Как жрать–то это? Мерзость…
Превозмогая боль и преодолевая собственную брезгливость, Макс начал активно подгребать переломанными лапами куски тухлятины, и поедать всё это почти целыми зубами. Хоть что–то в этой изломанной туше оставалось почти целым. Вкус почти не раздражал, то ли мясо не было столь тухлым, то ли вкусовые рецепторы Урки сильно деформированы паразитом. Но тошнотворных позывов не предвиделось. Поедая кусок за куском, Макс старался сильно не шуметь. Всё же привлекать к себе внимание сейчас не лучший вариант. Местный хозяин где–то тут, и возможно просто сейчас о них забыл. Но это не означало, что стоило ему о себе напоминать. Спустя какое–то время, раздумья Макса подтвердились. Огромный монстр промелькнул в двадцати метрах от них, и не сбавляя скорости куда–то умчался. Прислушиваясь к удаляющимся тихим шорохам, Макс не смог определить, как далеко от них убежал хозяин. Испытывать судьбу не хотелось совсем. Но и без Еды они не смогут запустить механизм регенерации. А значит не смогут отсюда по–тихому удрать. На это просто сил нет. Так и не расслышав что–либо, Макс продолжил трапезу. На этот раз достаточно длительную. Пришлось дважды подползать к очередным порциям.
— Урч.
— Да не вопрос, надо отдохнуть. Сейчас я кое чего ещё проверну, и отдохнём.
Пробираясь к очередным телам, Макс обнаружил в отдалении незначительном яму, туда он и направился для того, чтобы убраться от возможного взгляда местного босса. Яма была не глубокая и находилась в считанных метрах, но в текущем состоянии Макс преодолел это расстояние за двадцать с лишним минут. Переваливаясь через очередное тело, подцепил его культями и вместе с ним скатился в неглубокий овражек. Накрывшись им словно тёплым одеялом, Макс наконец закончил терзать и без того рваный организм. Этот рывок выкачал много сил, поэтому человек не удивился, когда сознание снова погасло.
Очнулся он глубокой ночью. Судя по всему, Урка также находился в состоянии беспамятства, так как никаких признаков активности он не подавал. Он был жив, каким–то чувством Макс это осознавал, но при этом, его монстр был явно очень слаб.
Спустя несколько продолжительных секунд, человек вновь взял тело под контроль. На этот раз всё прошло легко. Словно тело само ждало возвращения хоть какого–то хозяина. С контролем вернулась и боль. Но она тоже была несколько глуше. Что не могло не радовать. Прислушавшись к ощущениям, к звукам и шорохам, Макс решил, что вроде бы тихо, и приступил к очередному мерзкому пиршеству. Основательно покушав, его снова начало клонить в сон. Но на это раз он не ушёл в глубь сознания. А остался при полном контроле. Впервые он будет засыпать. Не выключаться внутри себя. А по–настоящему засыпать, как же хорошо владеть телом. Даже боль не пугала, и воспринималась как что–то необходимое, и пусть и не приятное, но вполне уместное.
Проснулся под утро. Не потому, что тело выспалось, а по причине близкого шороха. Внутренне подобравшись Максим вслушивался в сумеречную мглу, но минуты сменяли минуты, а шорохи и звуки, сливаясь в оркестр из хаотичных нот и инструментов. Чавканье, разрываемая плоть, шорох земли и завывания ветра. Да уж действительно оркестр. Оркестр смерти и боли. Где–то совсем рядом жрёт местный хозяин. Он почти не издаёт звуки при перемещении, но жует и хрустит костями вполне громко. Затаившись, Макс прождал почти полтора часа, пока монстр не закончит. Уже рассвело, и пора было и самому симбиозу вновь набить пузо. Урка по–прежнему был вне зоны доступа. Это было несколько странно, ведь когда он очнулся тот был вполне разговорчив. Прислушавшись, Максим не обнаружил поблизости никого, поэтому, набравшись смелости начал потихоньку поедать всё, что было съестного вокруг. Хорошенько перекусив, он решил провести осмотр конечностей. Нужно было понять с чем им предстоит совершать побег. И хоть немного проанализировать сроки пребывания в этом жутком месте. Правая рука пострадала достаточно сильно, и хоть шевелить ей было возможно, ни о какой нормальной моторике пока не могло быть и речи. Левая определенно была в более боевом состоянии. Там не хватало трёх пальцев и небольшой части предплечья. Похоже хозяин не добрался до неё. Вероятно, его что–то отвлекло. С ногами дела обстояли совсем скверно. В ближайшем будущем они с Уркой не ходоки. Будут передвигаться исключительно на карачках. На четырёх конечностях уподобившись животным. Рваная рана на боку запеклась, и похоже несмотря на отсутствие знатного куска, ничего сверх существенного не было задето. Органы, возможно, были вполне целы. Оставалось проверить голову, и вот тут Макса снова пробрал мороз. Ощупывая себя со стороны «опухоли», Макс обнаружил маленькую царапину. Не глубокую, но при этом достаточно хорошо пальпируемую. Вспомнив, что происходит с зомбаками, когда повреждался мешок, он пришёл к выводу что вероятно эта царапина была получена, когда он свалился в овраг. Поэтому Урка и не подаёт никаких активных признаков. Сосредоточение их силы — это опухоль на затылке. Но это же и их слабость. Если они выберутся. Макс знает в каком направлении теперь двигаться для того, чтобы захватить контроль над телом. Но не сейчас. Сейчас надо выбраться из этого супермаркета. Пока его единственный покупатель, не обратил на них внимание. Главное поправится, и изучить обстановку. Немного набраться сил и как только хозяин отдалится, сбежать. Однако, не понятно, где новые поступления монстров! Уже какое–то время Макс то и дело в сознании, но новых жаждущих прикоснутся к столбу паломников не наблюдалось. Причины такого спада активности паствы, выявились чуть позже. Хозяин в какой–то момент, огляделся, понял, что запасы свежего мяса подходят к концу. Подойдя к столбу, он начал как–то странно себя вести. Замер на месте и начал мелко вибрировать, раздувая щеки. Спустя пару десятков секунд, он изрыгнул на столб целый фонтан какой–то жидкости. Горьковатый привкус сильно ударил по обонянию Макса. Но не смотря на опасения, это вновь на него не подействовало. Даже будучи оператором их тела, он был абсолютно иммунен этому Зову. Вероятно поэтому он ничего не слышал. Зов был исключительно обонятельным. Спустя примерно тридцать минут его догадки подтвердились. К столбу устремились всё новые и новые монстры и зомби. Хозяин встречал их, кого–то сразу убивал, кого–то калечил. Кого–то поедал заживо. Теперь понятно почему он не доел Симбиоз. Вероятно их спасла другая жертва, на которую отвлёкся этот гурман. Временно позабыв о них. Что ж полноценным везением это окрестить язык не повернётся, но на спасителя неизвестный мертвяк, что отвлёк хозяина, явно претендовал. Всё новые и новые тела поступали к столу. Хозяин по–прежнему тихо передвигался, что безусловно нервировало, но в целом был достаточно занят своими делами. Пока Макс аккуратно, оглядываясь стаскивал очередное тело. И тихо в канаве лёжа на животе, объедал местного обжору.