"Искажающие реальность" Компиляция. Книги 1-14 (СИ)
И всё это могло погибнуть, если бы не моё вмешательство! Судьба планеты буквально висела на волоске, и лишь случившееся чудо помогло сохранить миллиарды жизней и саму историческую родину миелонцев. Кронг Кисси это понимала.
Когда катер опустился на крыше высоченной башни-шпиля из белого камня ровно в центре выстроившихся правильным каре сотен бойцов Первого Прайда, нас встретила сама правительница. В лёгком коротком синем платьице и всё в той же чёрной траурной маске, она казалась совсем крохотной на фоне собравшихся вокруг крупных гренадёров в белых тяжёлых доспехах. Едва я вышел из катера, щурясь от яркого света стоящего в зените местного светила, кронг Кисси подошла к трапу и, к немалому изумлению всех собравшихся, опустилась передо мной на колени.
— Миелонцам никогда не расплатиться с тобой, кунг Комар! Мало кого я могу назвать настоящим другом, но ты, человек, заслужил такое право. И знай, что пока я правлю Союзом Миелонских Прайдов, тебе будут обеспечены любая возможная поддержка и помощь!
Известность повышена до 167.
Авторитет повышен до 169!
Авторитет повышен до 170!
Подошедший помощник Великой повесил мне на шею фиолетовую ленту с выточенным в виде когтя крупным аметистом.
— Это древняя награда, за всю историю вручавшаяся лишь четыре раза. Обладатель её считается миелонцем по духу и получает право входить в наши святилища.
Кисси встала и указала когтистой лапкой на башенку на крыше.
— Лифт доставит нас на место. Всё уже готово к празднованию.
Уже в кабине скоростного лифта, куда мы вошли лишь втроём без телохранителей Великой, правительница сняла с мордашки чёрную маску и небрежно швырнула её на пол.
— В этом больше нет нужды. Если честно, никогда не любила дурочку лэнг Айви У-Мау и не понимала, что в ней такого находят остальные, кроме смазливой внешности и белой шерсти.
Моя подруга герд Айни неуверенно улыбнулась, хотя было видно, что миелонка шокирована признанием правительницы. Насколько я знал, для любого миелонца любая из трёх воплощений Великой Первой Самки — недостижимый идеал, олицетворение абсолютного совершенства во всём. Я же посмотрел на Кисси без маски и только сейчас заметил, что оба глаза у неё в порядке. Запоздало сообразил, что командующая объединённым флотом умирала и перерождалась, а значит залечила все свои травмы. Также я обратил внимание, что Великая снова осветлила тёмную шерсть на своей мордашке. Наверное, для миелонки это было важно.
А между тем лифт проскочил все надземные этажи и устремился под землю. Видя моё недоумение, Великая пояснила:
— Да, отмечать победу будем в подземном святилище, где нас никто не потревожит. Там нет связи с внешним миром, не работают никакие электронные приборы, даже некоторые навыки и игровые меню отключаются, вроде мини-карты или таймера времени. Это место используется для совершено секретных переговоров правителей, да ещё моя наставница Великая Проповедница лэнг Амиру У-Маяу иногда медитирует там и проводит эксперименты, изучая возможности своего разума. Но обычно всё же наставница проводит время в реальном святилище Великой Первой Самки, а не в его виртуальной копии, так что нашему общению лэнг Амиру не помешает.
Двери открылись. Мы прошли длинным прямым коридором и оказались в ярко освещённом зале. Тут был накрыт большой квадратный стол с бесчисленными миелонскими угощениями, вокруг стояли большие мягкие кресла, возле стены располагался целый стеллаж со всевозможными напитками. Я плюхнулся в ближайшее кресло, и словно по волшебству уже через десяток секунд в моей руке оказался бокал с пузырящимся белым вином.
— Четыре спальни, — Кисси лапкой с таким же бокалом вина указала на уходящий куда-то в темноту коридор, — там же уборная. Алкоголь, еда, музыка, курево и любые существующие в галактике азартные игры. В общем, тут есть всё, чтобы и поговорить без лишних ушей, и повеселиться, и расслабиться. А теперь слушайте главное правило этого места: здесь отрываемся без всяких запретов, но всё сказанное или случившееся здесь остаётся в этих стенах. Я всё-таки правительница великой расы и не могу портить себе репутацию.
— А ты собираешься её портить? — с весёлой усмешкой поинтересовалась герд Айни, с готовностью принимая из лап правительницы зажжённую палочку наркотического курева.
— Несомненно, подруга! — кронг Кисси тоже закурила, с блаженным видом закатив глаза и запустив струю оранжево-зелёного дыма в потолок. — Мне очень понравилось, как мы отрывались тогда на Касти-Утш III. Хотя наш друг Комар был слишком уж осторожным и правильным, да и напился слишком быстро. Надеюсь, здесь он будет более раскрепощённым, да и времени у нас гораздо больше. Кстати, насчёт времени…
Белая миелонка спрыгнула с кресла и подошла к какой-то панели на стене.
— Сколько нам нужно времени, чтобы отдохнуть? Пять умми хватит? Маловато, наверное…
— Ставь шесть, — предложила герд Айни, уже допившая вино и наполнившая свой бокал крепким бренди.
— Тогда уж восемь, что мелочиться? — кронг Кисси быстрым движением когтистых пальчиков нарисовала на панели вытянутый вертикально прямоугольник.
С металлическим лязгом закрылась толстенная дверь, преградив коридор к лифту. На этой двери не было ни замочной скважины, ни кодовой панели. Настенная панель тем временем утопилась в стену и закрылась глухой металлической крышкой. Путь наружу был отрезан. Одновременно с этим у меня пропала мини-карта, а пункт игрового меняю «Выйти из игры» стал неактивным.
— Всё, теперь восемь умми никто сюда не зайдёт, и никто отсюда не выйдет! И никаких новостей извне! — сообщила довольная кронг Кисси Мяу, возвращаясь к столу, присаживаясь рядом с Айни и принимая у подруги из лап дымящийся стик.
Всё это слишком уж напоминало ловушку: оставшийся на орбите планеты бесценный крейсер, отсутствующий по большей части экипаж, изолированный от связи с внешним миром и не имеющий возможности выйти из игры капитан. Конечно, перед уходом я дал указания искусственному интеллекту крейсера Паа Ум-Ум Паа, да и семёрка боевых дронов защищала звездолёт, но всё же…
— Боишься? Вспоминаешь про свой крейсер и думаешь, достаточно ли на нём охраны? — кронг Кисси смотрела на меня откровенно усмехалась. — Кстати, странно, что ты думаешь о своём звездолёте, а не о своей жизни. Казалось бы, один незаметный укол или яд в одном из сосудов, и проснёшься ты уже на пыточном столе кровавого короля триллов. А миллиард кристаллов… даже для правительницы великой космической расы это соблазнительная сумма.
Я вздрогнул, уж слишком серьёзно говорила кронг Кисси о таких жутких для меня перспективах. Внимательно наблюдающая за моей реакций белая миелонка довольно улыбнулась, показав острые зубки.
— Именно поэтому я и выбрала это место, человек. Нам нужно научиться друг другу доверять.
Доверять миелонке? После всего того, что она рассказывала о возможности предательства с её стороны и «гибкости» политики её расы? Ответ пришёл ментально и показал, что Ищущая Правду не только наблюдает за мной, но и читает мои мысли.
— Да. Доверять. Потому как миллиард кристаллов назначен и за мою голову, да и недругов у меня куда больше, чем у тебя, человек. И мне тоже нужно научиться кому-то доверять в этой жизни, потому как иначе можно сойти с ума. Открою большой секрет, человек. Точка моего возрождения находится в этом зале, и по сути моя жизнь полностью в твоей власти. Как и твоя в моей. Так что расслабься, ничего с твоим кораблём не случится. Празднуем, веселимся и… учимся доверять друг другу.
Двое суток в компании отмороженных глуповато хихикающих миелонок, метаболизм которых приспособлен быстро перерабатывать алкоголь? Причём одна из них способна с лёгкостью читать твои мысли, а вторая даже не скрывает, что желает затащить тебя в постель… Я тяжело вздохнул и окинул взглядом заставленный яствами стол. Без закуски тут нечего было и думать продержаться.
Глава 22. Единственная и непогрешимая
— А не хватятся тебя подданные? — поинтересовался я у Кисси, когда первые тревожные эмоции схлынули, и я спокойно ужинал в компании двух симпатичных миелонских девушек. — Не возникнет ли смута? Всё-таки важнейшее сражение закончилось совсем недавно, вся галактика шумит и обсуждает последствия, а новоявленная правительница исчезла непонятно куда на целых восемь умми.