"Искажающие реальность" Компиляция. Книги 1-14 (СИ)
Когда я вышел из игры и добрёл до своего номера гостиницы на миелонской космической станции Касти-Утш III, единственным моим помыслом было без задних ног рухнуть на кровать. Вот только… в моём номере кто-то был! Я определил это по доносящимся из-за закрытой двери непонятным звукам — вроде кто-то кого-то там жрал, смачно хрустя разгрызаемыми костями и довольно при этом урча. Признаюсь, первая мысль мелькнула… как ни странно о Фокси, поскольку примерно с такими же звуками морф расправлялась с напавшими на нас миелонскими головорезами, ещё когда я только-только познакомился с «космической лисичкой».
Причём повод думать именно о морфе у меня имелся — буквально позавчера я беседовал с Фокси наедине и обсуждал проблему с выходом представителей её малочисленной расы из игры, искажающей реальность. Разговор получился обстоятельным и на редкость откровенным. Так, Фокси подтвердила, что характерный для живых игроков функционал у родившихся уже в игре морфов остался: в частности, имелось игровое меню и соответствующий пункт «Выйти из игры» в нём. Вот только никто из её знакомых, активировавших этот пункт, не вернулся потом в игру…
Причину этого никто не знал. Возможно, трудность или даже невозможность поддерживать нужный облик при резком изменении условий разоблачали представителей её расы, и морфов просто-напросто уничтожали. Но если проблема состояла только в этом, то как полновластный правитель Первой Директории я мог гарантировать морфам безопасность возле их вирткапсул. А как глава фракции имел возможность зачислить морфа в состав своей фракции и даже более-менее определить ему точку выхода в реальном мире. Не с точностью до конкретной вирткапсулы, к сожалению, но хотя бы с точностью до региона: Купол в Подмосковье, секретный научный центр в городке под Новосибирском, любой из двух центров в Германии, большой выбор дата-центров в Первой Директории магократического мира или… нет, про Убежище Сям тро VII я говорить всё же не стал.
Не считайте меня безрассудным. Ни на секунду я не забывал, что морфы — опасные хищники, потенциальные людоеды. Но в то же время понимал, что получившие новый дом после стольких веков погони и уничтожения немногочисленные выжившие представители этой расы буйствовать и устраивать кровавые охоты на людей не станут, а будут вести себя тише воды ниже травы. Да и зависимость от игры никто не отменял — малейшее нарушение, и возле вирт-капсулы нарушитель будет обезврежен. Такой контроль действовал как минимум до рождения уже нового поколения морфов, не привязанных к игре. Хотя и молодняк тоже можно было контролировать, я уже придумал несколько надёжных способов. Всё это честно и открыто было обсуждено с Фокси. Моя знакомая обещала поразмыслить над предложением, но скорее предполагала отрицательный ответ — давать в чьи-либо руки контроль над морфами и возможность уничтожения последних представителей своей расы она не желала.
Тогда я рассказал о предоставляющих подобные услуги платных сервисах, в частности на миелонской станции Касти-Утш III. Морф о таких сервисах, конечно же, давным-давно знала, вот только тоже относилась к ним с большой настороженностью. Я заверил, что сам воспользовался такой возможностью и благополучно перенёс физическое тело на космическую станцию. Фокси обещала подумать.
Здраво помыслив, я сообразил, что прибыть сюда на миелонскую станцию в реальный мир Фокси не смогла бы, тем более за столь короткий срок. Да и обострившееся с ростом Восприятия обоняние уже подсказало мне, что пахнет духами Валери и большой кошкой. Я открыл электронным ключом дверь и тихо зашёл. Сестрёнка встретила меня настороженным взглядом и предупреждающим рычанием, не подпуская к своей миске с остатками сухого корма.
Ух ты, миска для пантеры в моём номере. Неожиданно. Какие ещё открытия ждут меня дальше? Во встроенном шкафу нашёлся чужой чемодан, на вешалках женские вещи. В санузле же на полу стоял громадный лоток с наполнителем. Зашибись просто… Я направился в следующие комнаты. В большой гостиной изменений не заметил, зато в спальне на моей собственной кровати обнаружил спящую Валери в полупрозрачной ночнушке. Вот это новость!
Нет, будить девушку и требовать объяснений не стал, решив поговорить с ночной гостьей завтра уже на свежую голову. Выключил свет, вернулся в гостиную и, не раздеваясь, плюхнулся на диван. Мысли от всего происходящего разбегались, но усталость быстро взяла своё. Уже сквозь сон смутно помню, что огромная пантера запрыгнула ко мне на диван, долго меня обнюхивала и наконец пристроилась в ногах, довольно урча.
Проснулся я от странного ощущения, что за мной наблюдают. Повернул голову в сторону предполагаемого наблюдателя и обнаружил сидящую в кресле тайликанку. Если глаза меня не обманывали, единственным предметом одежды девушки было обвёрнутое вокруг туловища большое полотенце. Приятный запах ароматических масел и влажные волосы тайликанки подсказывали, что она только что из ванной.
— С добрым утром, Комар! Точнее, тут по местному времени поздний вечер.
Рядом со мной довольно потянулась и зевнула, раззявив зубастую пасть, огромная белоснежная Сестрёнка. Я скупо приветствовал Валери и присел на диване. Моё недовольство не прошло незамеченным для гостьи.
— Давай сразу объясню своё появление, чтобы не было вопросов, — предложила девушка и протянула мне небольшой скрученный в трубочку лист металлической фольги, на котором перфорацией были выбиты какие-то символы.
Я развернул фольгу, всмотрелся… и ничего не понял. Какие-то непонятные иероглифы. Незнакомый язык, хотя… схожие иероглифы я уже видел где-то. Да, точно! В игре, искажающей реальность, на моём закреплённом к шлему ИК-Визоре.
— Это язык Тайлакса, — подсказала Валери-Урла, при этом сильно нервничая. — Тут написано: «Заключённой № 88900341. Думаешь, смогла скрыться? Как бы не так! Никому не дано уйти от возмездия Тайлакса. Твоя мать Салая уже казнена за побег дочери. Следующая на очереди твоя сестра Динка. Затем наступит твой черёд». Нашла вчера эту записку у себя в гостиничном номере, была вставлена во флакон духов на столике. Причём входные двери оставались заперты.
Тревожная ситуация… Мы действительно не подумали о том, что новости галактики, где моего Комара показали на станции Касти-Утш III с миелонкой Айни и какой-то человеческой девушкой, могут смотреть и тюремщики с Тайлакса, и что они опознают беглянку. Валери же продолжила:
— Я сразу же вышла из номера, не взяв вообще никаких вещей, кроме разве что этой записки. Слишком уж хорошо знаю методы тайликанских спецслужб, а потому нисколько не сомневаюсь, что во многих моих вещах уже встроены миниатюрные следящие устройства или даже средства убийства. Куда было бежать в такой ситуации? Решила пойти к тебе, благо ключ у меня имелся. По дороге лишь корм для Сестрёнки приобрела и несколько самых необходимых предметов одежды для себя.
«Несколько предметов одежды», судя по всему, потребовали целый чемодан и заняли почти весь мой шкаф. Но я, конечно же, не стал придираться к словам — Валери и без того было плохо. Вместо этого спросил про Динку — моя спутница никогда не говорила, что у неё есть сестра.
— Моя младшая сестра Динка родилась на Зетте Жнеца III, как и я, но была похищена в раннем детстве. Затем я как-то встретила сестру в лагере контрабандистов. Она была служанкой-невольницей при Свободном Капитане женщине по имени Астарта. Той нравились огромные глаза девочки-невольницы, редкие за пределами Тайлакса, и капитанша держала Динку при себе. Я сумела освободить Динку из рабства *. Вот только… это трудно объяснить, Комар, но моя уже свободная сестра не смогла больше жить в суровом первобытном обществе Зетты Жнеца и сбежала обратно к Астарте. Это было лет пять назад. Где Динка находится сейчас, я понятия не имею. Скорее всего, продолжает летать по едва освоенному космосу с отрядом уголовников-контрабандистов Астарты. И если прелаты Тайлакса найдут её, моей сестре крышка.
Описанные события происходят в книге «Карантинный Мир» автора Михаила Атаманова.