"Искажающие реальность" Компиляция. Книги 1-14 (СИ)
– Я не есть обычный пленник! Меня нельзя так относишься! – снова завела Минн-О Ла-Фин старую пластинку, но я привычно проигнорировал все эти причитания и продолжил:
– Ты очень много знаешь и представляешь большую ценность для моей фракции, так что я отдам тебя следователям для проведения самого досконального допроса. Информация в твоей голове стоит дорого, куда как больше жалких трёх тысяч кристаллов!
Девушка снова принялась пробовать путы на прочность и даже попыталась сильно стукнуться затылком о металлический пол. Я запоздало сообразил, зачем Второй Легион привязывал пленников именно лицом вниз – чтобы они не смогли убить себя, проломив затылок о твёрдый предмет. Перевязывать буйную девушку-картографа было уже поздно, да и опасно, так что я просто подстелил ей под голову снятое ранее с самой же пленницы нижнее бельё и пригрозил:
– Убить себя ты всё равно не сможешь – у меня имеется аптечка, так что я тебя вылечу. А если не прекратишь дёргаться или попытаешься откусить себе язык, всуну тебе в рот кляп из твоих же ажурных трусиков. Ну что, сделать это? Или ты пообещаешь вести себя смирно?
Минн-О Ла-Финн молчала и лишь гневно зыркала на меня, но когда я потянулся за её одеждой и принялся скручивать кляп из ткани, всполошилась и быстро затараторила:
– Хорошо, Комар, я обещать не вырывайся, не калека и не убивайся. Слово принцесса!
Я отставил приготовления и отсел обратно на ящик, поправив покатившийся фонарик. Так уж совершенно случайно вышло, что яркий луч направился совсем на другую часть женского тела. Девушка безуспешно попыталась свести ноги, а затем на пепельно-серых щеках Минн-О проступил румянец стыдливости и смущения.
– Комар, зачем ты позорить я? Военный секрет я не знать, ценный большой только как принцесса. Если внучка будет стыд позор то Тумор-Анху Ла-Фин лишай я титул. И нет больше ценность.
Это было справедливым замечанием, да и не собирался я насмехаться над пленницей, лишь слегка поддразнивал за совершенно неуместную в её ситуации напыщенность. Поэтому я отвёл луч фонаря в сторону и даже предложил девушке вернуть ей нижнее бельё и вообще развязать, вместо этого оставив скованные за спиной наручниками запястья.
– Просто так? За бесплатно? Не за много тысяча кристаллы? – Минн-О Ла-Фин крайне удивилась моей неожиданной уступке, но отказываться конечно же не стала.
– Комар, ты поступай благородно. А рассказай, какой у ты есть титул у себя дом? Или ты звание старший военный?
Странный вопрос, я даже усмехнулся про себя. Неужели Минн-О Ла-Фин считает, что для проявления элементарной вежливости обязательно необходимо благородное происхождение или офицерское звание? Я честно ответил, что у меня на родине уже давно нет разделения на сословия и, хотя военная служба у нас в чести, но сам я пошёл скорее по научной части.
– Как же так быть? – искренне удивилась моя собеседница. – А я слышать от лэнг Тумор-Анху, что ты есть участник много-много военный турниры и побеждай всегда!
Откуда она могла это знать?! Далеко не все во фракции H3 знали о моём прошлом, так что услышать об этом от явного врага было крайне неожиданным. У меня сердце тревожно запрыгало в груди, но не от ощущения опасности, а скорее от предчувствия чего-то важного. Кажется, Минн-О Ла-Фин несколько увлеклась и проговорилась, выдав секретную информацию.
Но я постарался сделать вид, что ничего серьёзного не произошло, и сперва сменил тему разговора, а потом и вовсе попросил пленницу немного помолчать, так как мне нужно было сосредоточиться на работе. И вот длинноногая красавица со скованными за спиной руками молча сидела на ящике, зябко ёжась от холода в тонком нижнем белье, я же продолжал копаться в электрощитке.
Наконец, мне удалось найти нужное положение рубильников, и по всему парому загорелся свет.
Навык Электроника повышен до двадцать второго уровня!Навык Электроника повышен до двадцать третьего уровня!Отлично! Теперь можно было завести двигатели парома и продолжить путь к берегу. В этот момент пленница поинтересовалась, что я собираюсь дальше делать, и в частности конкретно с ней?
– Как подойдём ближе к берегу, я вызову по рации помощь. На берегу передам тебя руководству фракции для допроса, а потом уже дипломаты будут решать твою судьбу. Может, твой дед тебя снова выкупит, если договорится с моим начальством о цене. Но если не договорятся, тебя передадут гэкхо для дачи показаний о четырёх убийствах на пароме. У наших общих сюзеренов наверняка возникнет масса вопросов к твоей фракции, так что я даже не представляю, как вы будете выкручиваться…
Минн-О Ла-Фин резко вскочила с ящика и, повысив голос фактически до крика, принялась яростно доказывать:
– Мой народ тут не быть причастный! Это предложить мой лично слуга! Только он виноватый! Только он гэкхо наказать!
– Ага, так тебе и поверили! – откровенно не согласился я. – Соверши убийства сюзеренов два никому не известных бойца, все претензии гэкхо были бы только к ним, вашу фракцию задело бы лишь постольку-поскольку. Но так как во всём оказалась активно замешана «принцесса», причём родная внучка соправителя твоего народа, то не остаётся никаких сомнений, что это была спланированная и согласованная с твоим дедом операция.
– Нет! Не так! Лэнг Тумор-Анху Ла-Фин не участвовать! Это мой раб слуга предлагать хозяйка план мстить Комар, а я соглашаться! Ты был раньше позоришь благородный девушка, и я нужно быть мстить Комар по законы мой народ для сохранить честь!
– И что, отомстила? – усмехнулся я насмешливо. – У меня в инвентаре уже не помещаются раз за разом отбираемые у тебя предметы, а ты всё мстишь да мстишь… Думаешь, твой дед будет рад очередной «мести»? А на этот раз ты ещё и выставила уважаемого лэнга Тумора-Анху Ла-Фина пустозвоном, нарушившим своё слово.
– Как? Нет такого быть! – вот сейчас девушка-картограф реально испугалась, видимо даже угроза допроса людьми или гэкхо не страшила её настолько сильно, как возможный гнев сурового Мага-Псионика.
– Лэнг Тумор-Анху Ла-Фин в весьма пафосных словах и в присутствии большого количества гэкхо пообещал, что никто из вашей фракции не станет подстерегать меня на выходе из космопорта. Но за мной не просто следили, но даже проникли на паром и попытались так жестоко подставить перед сюзеренами. Чего тогда вообще стоят обещания лэнга твоей фракции, если им нельзя верить?! Когда гэкхо об этом узнают, репутация твоего деда просядет в их глазах очень и очень сильно…
Такого неприкрытого неподдельного ужаса в глазах Минн-О Ла-Фин я не видел ни разу, даже когда её атаковала похотливая гарпия. Девушка-картограф просто затряслась и произнесла с обречённостью в голосе:
– Когда дед авторитет пострадать, гнев старик быть ужасный… Я есть мог даже лишайся титул. Это позор хуже смерть.
Но тут я решил проявить великодушие и поспешил успокоить красивую благородную девушку, пусть даже и представительницу враждебной фракции:
– Минн-О, лично я поднимать эту тему в разговорах с гэкхо не собираюсь, так что, если ты сама не проболтаешься, ничего плохого с твоим титулом не случится. Мне ведь даже в какой-то мере приятно, что противостоит мне не простая воительница, а представительница правящей семьи… или кто уж ты там в вашей иерархии.
– Комар, – девушка аж задохнулась от переполняющих её эмоций и даже не сразу подобрала нужные слова, – я есть ненавидеть тебя сильно-сильно, как и столько же восхищайся ты благородство. Когда твой фракция скоро проиграть войну, я замолвить словечко за ты, чтобы взять к наша сторона! Твой сияй синий глаза быть красиво очень, ты быстро-быстро находить девушки моя родина и жить счастливый у наша!
Наверное, сама Минн-О Ла-Фин полагала, что говорит сейчас мне комплимент, хотя мне решительно не понравилась убеждённость собеседницы в скорой победе над моей фракцией.