Красавица для Чудовища (СИ)

— Тебе что-нибудь приготовить? — тихо спросила женщина.
— Тамара Васильевна, — сузив глаза, поинтересовался я. — Что происходит?
— Ничего, Мишенька, — отнекивалась она, раскладывая посуду. — Радуюсь, что ты здоров.
— Вы чем-то недовольны, — констатировал я. Она не умела лгать. — Могу узнать — чем?
Женщина громко выдохнула, с грохотом опуская кастрюлю на столешницу, стоя спиной ко мне. Я разместился на барном стуле, наливая себе прохладной воды из графина.
— Я не вправе давать тебе советы, или же, осуждать тебя, — мягко проговорила она с обидой. — Но сынок, я уже много лет работаю на вашу семью. Мы друг другу не чужие. Твое чудесное возвращение и для меня радостное событие, — добавила она, оборачиваясь. — Но почему ты так жесток по отношению к Настеньке?
— Вам известна причина, — доходчиво объяснил я, глядя ей прямо в глаза. Перед другими работниками я бы точно не стал оправдываться, но Тамара Васильевна действительно была мне ближе других. — Я еду в Цюрих, хочу поговорить с ней, — придвинув себе к чашку чая, который приготовила мне кухарка, поделился я.
— Ты вернешь девочку домой? — глаза женщины засияли. Анастасия на самом деле успела околдовать всех жителей этого дома в короткий срок.
И меня, похоже, в том числе.
— Не будем об этом, — не желая вступать в перипетии с кухаркой, отмахнулся я, делая глоток горячего чая.
В такую жару это было не самым лучшим решением, отчего меня сразу же бросило в жар, а на коже выступила испарина. Тамара Васильевна покачала головой, нервно вздыхая и что-то бормоча себе под нос.
— Она так за тебя переживала! — вскрикнула женщина, разбрасываясь нравоучениями. — Чуть малыша не потеряла из-за сумасшедшей сестрицы, — говорила женщина.
Она пыталась меня пристыдить, но я и без того чувствовал себя отвратительно. После ее слов, вообще едва сдержался, сжимая ладонь в кулак под столом. Была бы возможность, собственными руками уничтожил бы эту суку, которая сейчас сидела в тюрьме.
— Твоего, между прочим, — добавила она, цокая. — Что, девке молодой ребенка заделал и — в кусты, как типичный мужик?
— Пожалуйста, хватит, — прошептал я, прикрывая глаза от душевной боли.
И встав со стула, покинул кухню как последний трус, не желающий смотреть правде в глаза. Не стоило задавать лишних вопросов кухарке, ведь после полученных ответов, я стал ощущать себя законченным ничтожеством.
Я много думал. Из полусонного состояния меня вырвала трель мобильного телефона, которую, я даже не сразу услышал. Приняв нужную позу в кресле, ответил на звонок, а то привык в последние дни, практически лежать на нем, отчего у меня постоянно затекала шея.
— У тебя вылет через два часа, — деловито, перед фактом поставила Оля. — Купила билет на ближайший рейс, — я со спокойствием выдохнул, получив нужную информацию. — И забронировала «Хилтон» на три дня, как ты и просил.
— Это близко к их дому?
— Нет, — ответила она и я сразу же отреагировал негативно. — Но к их дому ближе остальных.
И я положил трубку, предварительно поблагодарив свою подругу. Прикрыв глаза, снова разлегся в кресле на несколько минут перед отъездом в Шереметьево. Побочный эффект от таблеток, или же, от моей странной жизни, но теперь меня стало часто тянуть ко сну во второй половине дня.
Опаздывать из-за жутких пробок мне не хотелось, поэтому, не взирая на свое разбитое состояние, направился к себе в комнату за чемоданом.
— Сергей, — передав чемодан водителю и охраннику в одном лице, обратился я. — Через пять минут выезжаем.
Тамара Васильевна, не дав мне опомниться, крепко прижалась к моей груди, гладя меня по спине по-матерински.
— Удачи тебе, сынок, — ласково протянула она и мне стало легче. Наверное, мне были необходимы подобные слова поддержки. — Пусть у вас все разрешится.
Улыбнулся кухарке и попрощавшись с остальными работниками, вышел из дома. Наш рейс задержали почти на час, что значило, что в Цюрих я прибыл бы затемно. Меньше всего хотелось терять свое время в чужом городе, когда у меня было много дел на родине.
 
Роберт был предупрежден о моем прилете, правда, судя по тону его голоса, он был этим совсем недоволен. Плевать. Я решал свои дела не с ним, а с Настей.
Почти три часа в полете прошли очень быстро. Заскучав, уставший от ядовитых мыслей и стучащего сердца перед приближением этой пакостной встречи с Анастасией, я вытащил из сумки ноутбук. Интересно, мне удалось бы поговорить с девушкой уже сегодня?
Хорошо, что я нигде не менял пароли, и продолжать работу на устройстве мне не составило труда. Сразу же открыл электронную почту: ворох входящих сообщений я не мог вычистить за все эти дни. Много сообщений улетало в папку спам, но долистав до начала лета, я заметил одинокое, датирующееся июлем этого года, сразу бросившееся мне в глаза по аватарке в маленьком кружочке у имени адресата, сообщение. Сердце забилось снова как от приступа, и я нажал на иконку дрожащими пальцами, со страхом вчитываясь в сообщение.
«Миш, уже столько времени прошло, но я все еще жду, когда ты ко мне вернешься. Ты же обещал, помнишь? Звонки и сообщения до тебя не доходят, поэтому пишу сюда. У нас с тобой будет мальчик, представляешь? Я так растерялась, когда узнала. Мне так жаль, что тебя не было рядом со мной. Мы с нашим сыночком тебя очень любим и ждем. Настя», — и девушка указала свой новый номер в самом конце письма.
Но я уже не смотрел на эти цифры. Я вообще ничего перед собой не видел, бездумно глядя в одну точку перед собой как обезумевший. Мальчик. У меня будет сын? Эта девчонка ждет от меня… сына? Мои руки задрожали, а в горле сиюсекундно пересохло от нехватки воздуха.
Мои глаза увлажнились, и я сразу же отвернулся к иллюминатору, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Борясь с приступом удушья, смотрел на темное, ночное небо, окутанное туманом и облаками. У меня будет сын. Я всегда мечтал об этом, еще до того, как умерла моя любимая дочь. Мечтал, что когда-нибудь, у меня обязательно родится еще и сын, но после смерти Ксюши, это казалось несбыточной мечтой.
— Вы… в порядке? — ко мне обратилась взволнованная стюардесса. Видимо, я выглядел очень плохо, раз это не скрылось от глаз девушки. Отрицательно помотал головой, протирая влажные глаза. — Будете воды? — согласно кивнул, и девушка передала мне пластиковый стакан.
Глубоко вздохнув, сделал глоток холодной воды, едва не выронив стакан из дрожащих рук. Поставив его в отсек для напитков, сразу же переписал номер Насти в свою телефонную книгу. Подумал, что именно поэтому я и не смог до нее дозвониться в тот день, когда восстановил все контакты. Улыбнулся, и покачал головой. Я ведь мог и не увидеть этого сообщения, если бы сейчас от скуки, граничащей с тревогой, не решил расчистить входящую почту.
У меня ведь тоже был новый номер, прежний, восстановить мне не удалось из-за бюрократических заморочек, на которые я никак не мог выделить время.
Нервно отсчитывал минуты до того, как самолет бы пошел на посадку. Вопросы оставались все теми же: что мне сказать Насте? Я твердо решил забрать своего сына с собой домой, в этом не было ни капли сомнений, и никто бы не смог меня убедить в обратном. Готов был пойти в суд, биться до последнего, но обратно в Москву я вернулся бы только со своим ребенком. Другого варианта не было, и я готов был дождаться родов, прибывая все это время в Цюрихе.
Из аэропорта мы сразу же отправились в отель. Правда, на отдых времени не было, и уже по дороге в город, я первым же делом набрал Роберту.
— Алло, — послышалось в трубке.
— Это Михаил, — без приветствий и прочих правил приличия, заявил я. Мужчина тихо ругнулся себе под нос, но я сделал вид, словно этого не заметил. — Я в Цюрихе. Мне нужно поговорить с Анастасией.
Собственно, я мог напрямую позвонить девушке, минуя этих псевдо-телохранителей, яро препятствующих нашей встрече. Возможно, именно так бы я и поступил, если бы Роберт бросил трубку и решил не продолжать со мной диалог.