На войне как на войне (СИ)

Настя со своими друзьями переписывалась минут десять и наконец сказала:
— Обещали быть к утру, но у них условие: трое парней воюют без балды, а Юлька все время без помех с нашей стороны собирает для их группы фишки. Так сойдет?
— Вполне, — согласился Горыныч. — Что-то сменщики не торопятся. Может они уже ушли?
— Вряд ли — у них при пересменке обычно потрахушки происходят, вот и задерживаются, — усмехнулась Настя. — А вот, кстати, и они, удовлетворенные.
Тройка сборщиков вышла с полуострова и направилась к лежбищу сторожа под большой елью, что собственно и было сторожевым постом. Он и сейчас лежал на этом месте, только в виде трупа. Такая картина сборщиков совсем не побеспокоила: то ли это было привычное состояние для данного сторожа, когда он был в отключке по причине глубокого сна, то ли они все еще не отошли от плотских утех и активно это обсуждали, размахивая руками. Поэтому не стало удивлением то, что все трое, подойдя к сторожу вплотную, тут же прилегли рядом в виде трупов. Двоих приголубил Роман своим слонобоем, а на третьем размялись Лена с Настей.
— Это что у тебя за шмалер такой, мать вашу?! — восхищенно пробормотал Карим, выпученными глазами разглядывая Цербер.
— Трехголовый Цербер, — ответил Роман, с довольным видом показывая своего друга.
— А можно мне с него разок шмальнуть? — возбужденно протянула ручки Настя.
— Помацать пожалуйста, а стрельнуть Система не позволит, — обломал девушку Ромка, передавая ей трехстволку. — Из него только я могу стрелять. Для этого надо регистрироваться.
— Это как? — спросил Карим. 
— Надо иметь собственный вес не меньше сотни и поднять с груди штангу весом в 120 кг, — пояснил Горыныч.
— Вот же блин! Толкнуть я столько смогу, а с личным весом полный писец, — ругнулся Карим. — Во мне никогда не было больше 85.
— А может систему устроит собственный вес вместе со снарягой? — задумался Егорыч. — Боец ведь не голый стреляет, а в броне, которая может весить прилично. Надо будет попробовать такой вариант взвешивания при регистрации.
— Да-а-а, а мне значит только в ручках подержать, — горестно вздохнула Настя.
— На тренировочном полигоне в Центре мы все из него стреляли, — заметила Галина. — Может и тебе еще повезет, если мы туда как-нить попадем.
— Буду надеяться, — сказала Настя, водрузив Цербера на плечо и разглядывая мир через его прицел. — Круто. Тебе, Роман, наверное, после стрельбы из него даже секс не нужен…
— Так вот почему ты, девчуля, так расстраиваешься, увидев нашу убервафлю, — подколол Горыныч Настю под всеобщий хохот. — То ли ты на Ромку глаз положила, то ли тебе заменитель мужика нужен.
— Э, э, э — вы о чем подумали?! Я же просто так ляпнула, без глубокого смысла! — опешила девушка. — А вы уже тут сразу начали всяческие комбинации рисовать!
— Ладно, что там у нас с трофеями? — отсмеявшись, спросил командир у Галины, казначея и завхоза группы в едином лице.
— А неплохие у них тут урожаи, — воскликнула Галина, увидев прибавку на счету, когда со сборщиков сняли трофеи. — Может нам начать специализироваться на грабеже бандитских сборщиков?
— Неплохая мысль — обложить данью мафию! — ухмыльнулся довольный Карим. — Я слышал сегодня о появлении наглых новичков, но не подозревал о ТАКОЙ наглости!
— Да уж, всегда мечтала попасть в такую группу! — хихикнула Настя.
— Девочки, идите разберитесь со сборщицами, а я с мальчиками буду изучать перешеек на предмет строительства дотов, — велел Горыныч.
Через полчаса Лена с Настей привели с собой двух девушек в обычной гражданской одежде.
— Знакомьтесь, это Света и Люда, рабыни у финской банды, — будничным тоном сказала Настя. — Убивать их как-то рука не поднимается, так как они практически на нуле, то есть, убить их — значит, обнулить.
— Это как вы в Зоне ухитрились в рабыни попасть? — удивился Горыныч, на что девушки не ответили, потупив взгляд.
 
— Говорят, что в рабстве оказались еще на гражданке, а потом их заставили оцифроваться, чтобы в Зоне обслуживать банду, — пояснила Настя за пленниц.
— Охренеть! — выругался Егорыч. — Сбежать пытались?
— Да, но ваш главный бандит вернул нас обратно чуркам, — ответила Света. — И предупредил, что так будет на любом участке этой линии фронта.
— Системе жаловаться пытались?
— Горыныч, они практически все время на нуле — у них на счету только по паре сотен очков, — пояснила Настя. — Один удар кулаком, и они на том свете.
— С нами останетесь? На нас работать будете?
— Да! Конечно! — ответили сразу обе.
— Есть какие-то Системные механизмы, которыми вас держат?
— Нет, только членство в группе, — ответила Света.
— Ладно, выходите из банды, принимайте приглашение в нашу группу, и, Галя, купи им опцию «оприходование трофеев на месте», после чего пусть возвращаются к сбору фишек.
— Их покормить надо — у них усталость высокая, — сказала Галя.
— Корми. Девчата, у вас есть старший, кому вы в сборе фишек подчиняетесь?
— Мухаммад — он сторожит это место.
— Подожди, а какой по национальности состав у вашей банды?
— Почти все — мусульмане из Северной Африки.
— Твою ж ты мать! А мы их еще финиками называем.
— Ну вообще-то все правильно, Горыныч, — вспомни, где финики растут! — ухмыльнулся Карим, после чего все рассмеялись.
— А финны в вашем лагере вообще есть?
— Есть, но больше арабы и черные.
— Теперь понятно, почему они такие тупые в бою, — осознал дед. — Ладно, девчата, идите на пастбище, собирайте фишки. Настя, иди наверно с ними, введи их в курс дела, пока бродить будете. Ну и сама выспроси у них все, что нам поможет в войне против этих моджахедов, а потом возвращайся сюда.
На перешейке в самом узком месте обнаружилась пара холмов, чем-то напоминающих двугорбого верблюда, улегшегося поперек перешейка от берега до берега. И дополнительным бонусом было то, что перед этими холмами со стороны большой земли перешеек еще не начинал сильно расширяться, а метров сто или чуть больше шел ровным и плоским коридором с серьезным понижением в высоте и только потом берега расходились в разные стороны, формируя небольшой подъем. Это создавало некоторые проблемы для наступающих, не давая им возможности вести обстрел горбов верблюда широким фронтом. К тому же тем, кто станет атаковать эти горбы, придется все время бежать немного в подъем, что прилично снижает скорость. Да и залечь непосредственно перед холмами, спрятавшись в какой-нибудь ямке или за вросшим в землю валуном, не было возможности. Естественно, на верхушках горбов и было решено сделать два дота, чтобы по максимуму использовать преимущества местности.
— Нам нужно вырыть на верхушках холмов окопы под четыре бойницы каждый, — объяснял Горыныч «гражданским». — Интервал между бойницами по одному метру. Рядом со стрелковыми окопами надо сделать окопы для метания гранат. Передний бруствер всех окопов выложить камнями в несколько рядов, причем щели между крупными камнями надо заложить мелкими так, чтобы у прилетающих гранат не было возможности зацепиться за что-нибудь. Пусть отскакивают и катятся обратно. 
Стрелковые окопы должны иметь двускатную крышу, сделанную из щитов, уложенных внахлест, как черепица — это защита от гранат. Я сейчас размечу на земле места для окопов и, Карим и Рома, начинайте копать. Лена и Галя, а также Настя, когда вернется, — собирайте в округе небольшие камни и равномерно разбрасывайте по перешейку перед холмами, чтобы замедлить скорость штурмовиков перед окопами. Чем ближе к холмам, тем гуще должны лежать камни. Дальше 35-40 метров отсюда камни уже разбрасывать не надо — там стрельба все равно неэффективна. А я пойду искать жерди для каркаса крыш.
Когда Горыныч притащил на перешеек несколько жердей, на холмах уже вовсю кипела работа. Кариму и Роману приходилось активно махать ломом и киркой, так как в Карелии в земле очень много камней, но это оказалось даже в плюс — меньше приходилось собирать камни по окрестностям. Настя уже присоединилась к сбору камней и в групповом чате просвещала всех о местных особенностях Карельского фронта: