(Не) случайный малыш от босса (СИ)

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Кажется, происходит то, чего я так боялась…
— А ты плавать не собираешься? — спрашивает Громов и почему-то не спешит заходить в воду.
— Чт-то? А… да… собираюсь, конечно, — натянуто улыбаюсь, стягивая с себя платье.
Наверное, со стороны это выглядит странно, что мы с Юлей в практически одинаковых купальниках… Хотя с чего бы они были одинаковые?! Да мой кажется скафандром по сравнению с ее! Но этот чертов красный цвет…
Под прямым взглядом Громова появляется желание прикрыться. И кстати, меня он рассматривает значительно дотошнее, чем это было с женой брата!
— Может хватит?
— Хватит, что?
— Смотреть так в упор! Ты что завис? — шиплю, смущённо оглядываясь по сторонам.
— Просто хотел сказать, что у тебя классный купальник. Особенно цвет, — слишком удовлетворенно улыбается этот гад. А я сразу же жалею, что купила именно этот чёртов красный! И главное переодеться же даже не во что, потому что они у меня все такие! Идиотка… О чём я вообще думала…
— Мы плавать будем или нет? — ворчу и приближаюсь к Громову, который как раз стоит рядом со ступеньками. Только вот не учитываю того, что пол мокрый, и мои босые ноги мгновенно едут по нему.
Успеваю только руками взмахнуть, как курица, и уже представляю встречу с плиткой, но неожиданно чувствую теплые руки Матвея у себя на талии. А в следующую секунду мое тело прижимается к его грудной клетке.
— Не ударилась? — бегло оглядывает меня, крепче прижимая к себе. От чего по телу снова стелется предательский табун мурашек. И сейчас, стоя перед Матвеем в одном купальнике, это определённо не получится скрыть.
— Нет, — зачем-то перехожу на шёпот. Поднимаю взгляд вверх, вижу ярко зелёные глаза Матвея прямо перед собой и понимаю, что меня самым настоящим образом накрывает.
— Вы чего там застряли?! — недовольно кричит Юля, и Матвей тут же от меня отстраняется… но не отпускает. Вместо этого берет за руку и первым заходит в бассейн, а потом и мне помогает это сделать.
Впервые я по настоящему понимаю, что значит выражение “вода, как парное молоко”. Это реально так! Сначала чувствую, как переполняет восторг, а потом ощущаю как Громов обхватывает меня за талию.
— Что-то мне подсказывает, что если я тебя отпущу, то с тобой обязательно опять что-то случится.
— Вообще-то я умею плавать…
— Ты и ходить умеешь. Но это не мешало тебе секунду назад размахивать руками, пока у тебя ноги в стороны разъезжались, — усмехается. А я только сейчас обращаю внимание на то, что всё это время он поглаживает мои живот большими пальцами.
Только вот отреагировать как-то или ответить не успеваю, потому что неожиданно нас накрывает водяными брызгами. Протерев лицо, понимаю, что это Юля решила таким образом напомнить о себе. Стоит в нескольких метрах от нас вся такая счастливая, а у меня появляется дикое желание окунуть эту лживую стерву в воду с головой.
— Юль, что за детский сад? — недовольно спрашивает Громов, протерев лицо от воды.
— Ну ты что, шуток не понимаешь, Матюш? — мурлычет эта зараза и, эффектно развернувшись, ныряет в воду. Только и виден ее плоский зад.
— Матюша?! — хмыкаю и ловлю на себе недовольный взгляд Громова. Не любит, чтобы его так называли? Или дело в том, что так его зовет именно Юля?
Вместо ответа Громов ныряет под воду и, активно работая руками, переплывает бассейн. Плавает он конечно так, будто всю жизнь только этим и занимался. Мне до его техники далеко, даже выделываться не стану. Так что просто спокойно плыву на середину бассейна, хватаюсь за водяной матрас и расслабляюсь. В конце концов, я сюда именно для этого и прилетела.
Пока Костя выходит из воды и направляется в бар за напитками, Стерва Юля не теряет времени даром. Вижу, как она подплывает к Матвею и что-то ему говорит. В принципе, я могу также включить ревность и облить эту сучку водой, но это реально пахнет детским садом.
Нет уж, у нас мозгов побольше. Так что мы пойдём другим путём.
 
Плыву к ступенькам и, пока осторожно пытаюсь вылезти, вижу, как в воду заходит незнакомый молодой брюнет.
— Простите, молодой человек, а вы мне не поможете? — спрашиваю по-английски и при этом мило улыбаюсь.
— Конечно! — мужик широко улыбается, демонстрируя белоснежные виниры, которые слепят мне глаза, и подает свою руку.
Хватаюсь за нее без раздумий, но успеваю сделать только шаг, когда неожиданно рядом появляется недовольный Громов и перехватывает меня за запястье.
— Руку свою убрал от моей жены, — чеканит по слогам на грозном английском.
Жены? Ну надо же, как необычно. Да мы, Матвей Викторович, ревнуем как-никак? А это уже интересно…
***********************************************************************************************************
 Глава 26 
Глава 26
Мужик с винирами хмурится, но благоразумно в разборку не влезает, а просто уходит, даже не оглядываясь.
— И что это только что было? — шиплю, как только мы остаёмся одни.
— Ты у меня спрашиваешь?! Это ты мне скажи, что за номера ты здесь выкидываешь!
— Вообще не понимаю о чём ты, — хлопаю глазами с лицом полной дуры. — Этот милый молодой человек просто мне помог, пока ты, кстати, мурлыкал с Юлей!
На последних словах всё-таки не выдерживаю и выкрикиваю их уже со злостью. Вырываю свою руку из его пальцев и со всей грацией на которую только способно моё тело, выхожу из бассейна.
Но видимо я и грациозность понятия вообще не совместимые. Потому что на плитке я снова подскальзываюсь, а Громов снова меня ловит.
Точнее просто в два счёта подхватывает на руки, так, словно я вообще ничего не вешу.
— Помогать тебе могу только я, — чеканит и выносит меня из бассейна.
Осторожно укладывает на лежак, сам садится рядом и рассматривает меня с ног до головы. Так пристально, что мне начинает казаться, будто я голая, и появляется непреодолимое желание прикрыться.
— Жаль, что я не всегда могу дождаться твоей помощи, — говорю твердо, насколько это вообще возможно под его прямым взглядом.
— Почему? Я же рядом.
— Ты то рядом, но за твоей спиной всегда Юля, — выдавливаю ядовитым тоном, и именно в это время она приближается к нам.
— У вас что-то случилось? — спрашивает эта зараза. Уверена, она весь отпуск планирует наступать Матвею на пятки.
— Все хорошо, — Громов приподнимается на ноги, и подает мне руку. — Пойдем в номер, Марин. Наплавались уже.
Даже спорить не хочу. У меня самой всё желание отрезало. Эта стерва проклятая всё настроение испоганила. Нет, я знала, конечно, что здесь на Мальдивах она перейдет к активным действиям. Собственно для этого она нас и пригласила к ним присоединиться. Но делать это перед носом собственного мужа, это уже просто за гранью любой аморальности.
В номер мы с Матвеем возвращаемся молча. Как-то вдруг внезапно такая усталость накатывает. То ли от испорченного настроения, то ли потому что перелёт всё же действительно был довольно утомительным. Ещё смена часовых поясов… В общем организму однозначно нужен отдых.
Сразу направляюсь в душ и переодеваюсь в шорты и топ. Мокрые волосы неприятно липнут к лицу, но сушить их нет ни сил, ни желания.
Когда возвращаюсь в гостиную, Матвей сидит на диване и просматривает что-то в телефоне.
— Я спать, — говорю тихо и, не дожидаясь ответа, иду в спальню.
Вот тут хорошее настроение понемногу начинает возвращаться. Особенно в тот момент, когда я смотрю на огромную двуспальную кровать.
Ты ж моя хорошая. Прям предвкушаю, как развалюсь на ней в позе звезды и бессовестно задрыхну.
И таки да, мои предчувствия меня не обманули. Когда раздеваюсь и ложусь, чуть не мурлычу от удовольствия. Райское наслаждение определённо начинается из этой точки, потому что на этой постели спать, всё равно, что на мягком облачке.