Даррелл. Тетралогия (СИ)

Светящееся облачко, появившееся передо мной, озадачило и испугало врагов. Понимая, что их может ждать, они попытались сбежать, но тщетно. «Светлячок» оказался быстрее. Облако ярких точек, как песчаная буря, накрыло убегающих людей, уничтожив каждого, до кого смогло дотянуться. С людей заживо сдирало куски мяса, не оставляя им ни малейших шансов на выживание. Даже самые сильные маги смогли продержаться лишь несколько секунд, прежде чем их тела превратились в кровоточащие обрубки.
После применения заклинания я отходил минут пять, и дело тут было не в магическом истощении, вовсе нет. Я пытался побороть желание броситься вдогонку за редкими счастливчиками, которым удалось избежать смерти. Желание добить их буквально разрывало душу.
Маркус и Айвин, что находились рядом, мое состояние видели и, слава Милосердной матери, не подпускали ко мне людей, дожидаясь пока я приду в себя. О последствиях использования изначальной магии они знали.
– Что, совсем хреново? – когда я немного успокоился, спросил Маркус.
– Уже лучше, – вытирая пот со лба, сказал я.
– Может не надо их было самому убивать? У нас тут три сотни магов. Раскатали бы их, как тетка моя блины, да и делу край.
– Думаешь, я не понимаю?! – прорычал я.
– Спокойно, спокойно, – поднял руки Маркус.
– Извини, – я несколько раз глубоко вздохнул, – эта магия бьет по мозгам сильнее любого пойла. Если такие нападения будут каждый день происходить, боюсь, это может печально кончится.
– Ты все выдержишь, – пробасил Айвин.
– Надеюсь.
К моей радости нападения с юга на какое‑то время прекратились. Август мы встретили в тишине и спокойствии, но тут пришла другая напасть – беженцы. Весть о том, что на севере нет войны, разошлась по разоренной войной Европе. К нам и раньше‑то шли люди, а в последнее время их стало невероятно много. Целыми поселениями люди рвались на север, убегая от разрушений, голода, смерти, и что делать с этими несчастными, я не представлял.
Прокормить такую прорву людей ни наше, ни соседние княжества были просто не в состоянии, а лето тем временем подходило к концу. Своих бы запасов хватило на зиму.
Я закрыл границы. Решение это далось тяжело, но другого выхода не было. На всех дорогах, ведущих в княжество, встали отряды военных, не пускающие в страну беженцев. Также солдаты патрулировали границы, отлавливая беглецов, пытающихся пробраться к нам через леса и тайные тропы. Наверняка у кого‑то получалось, но основную массу людей мы отсекли. Ну не было у нас возможности обеспечить их едой, и все это прекрасно понимали.
В таком осадном режиме мы прожили весь август. Я потихоньку экспериментировал с изначальной магией, стараясь не впадать в крайности, офицеры тренировали новые заклинания, солдаты патрулировали границы, и все шло по накатанной, однако к концу лета произошла встреча, которая очень многое изменила. Со мной захотел увидеться брат Рейно.
Новость принесли бойцы, дежурившие на границе княжества. По их словам, к пограничному кордону, перекрывшему дорогу, подошла группа людей, в которых некоторые солдаты не без труда узнали жрецов Четырех. Разумеется, пропускать их никто не собирался, но люди утверждали, что у них есть личное сообщение для меня, и сообщение это несет брат Рейно, которого князь Даррелл знает лично. Именно князь. Почему‑то жрецы назвали меня так.
Офицер, командующий отрядом, решил на всякий случай оповестить вышестоящее начальство о гостях, те в свою очередь сообщили новость Маркусу, ну а он уже пришел ко мне. Я в это время находился в военном лагере неподалеку от границы.
– Брат Рейно, говоришь, – произнес я, пытаясь сообразить, с чего это вдруг настоятель храма на воде решил почтить нас своим присутствием. – Жрецы сообщили, с какой целью прибыли?
– Не‑а, – ответил Маркус, с большим удовольствием откусив кусок зеленого еще яблока, – сказали только, что это очень важно.
Мы с другом находились в шатре, принадлежащим ранее Флорису. Никаких переживаний по поводу экспроприации княжеского имущества я не испытывал и не захотел менять временное жилище прежнего правителя страны на что‑либо другое. Меня оно полностью устраивало как функционалом, так и удобством. Я даже мебель оставил старую, ограничившись лишь заменой подушек, матрасов и прочей мелочевки.
 
Маркус, сидя на кресле, одно за другим поглощал яблоки и с интересом наблюдал за тем, как я хожу по шатру, размышляя, что может принести мне встреча со служителями Четырех. С одной стороны, эти люди неоднократно пытались меня убить: покушение в интернате, нападение в гостинице, драка с Альфредом во дворце Галицына, но с другой – а какого хрена им надо от меня сейчас? Они же не самоубийцы, чтобы просто так вот прийти ко мне для светской беседы?
– Думаешь, снова попытаются тебя прикончить? – Маркус ковырялся в зубах, пытаясь вытащить оттуда застрявшую яблочную кожуру. – Если есть сомнения, то пошли они тогда к Пятому.
– Хотели бы прикончить, прислали бы убийц. Своими руками жрецы редко работают, насколько я знаю.
– Тогда вообще проблем не вижу. Поговоришь с Рейно, если что‑то не понравится, мы его с палачом познакомим. У нас, кстати, есть палач? Я что‑то даже не в курсе.
– Могу тебя на эту должность поставить, – ответил я.
– Не, я слишком образованный для такой работы.
– Короче, образованный, – усмехнулся я, – Отдай людям приказ, чтобы Рейно пропустили через границу. Думаю, ты прав, встретиться с ним все‑таки необходимо.
– А так я уже.
– Что уже?
– Даррелл, я слишком хорошо тебя знаю. Когда ты отказывался от разговоров, пусть даже и с врагами? Рейно уже в лагере под охраной целого взвода магов.
– Маркус, – я посмотрел в глаза друга, – не делай так больше.
– А кто мне недавно говорил, чтобы я научился принимать решения самостоятельно? – нахмурился мужчина. – Ну? Даррелл, невозможно контролировать все. Я обеспечил максимальную безопасность. Этот Рейно без разрешения даже воздух испортить не сможет.
– Хрен с тобой, Маркус, – я медленно выдохнул, постаравшись успокоиться, – но еще раз повторяю, все, что касается церковников, должно происходить только с моего разрешения. Ты понял?
– Понял, командир.
– Вот и хорошо. Ладно, посмотрим, что мне хочет предложить брат в белом.
* * *
Брат Рейно с предыдущей нашей встречи сильно поменялся. Исчезли его светлые одеяния, волосы выглядели не столь ухоженно, да и в целом он выглядел как уставший путник. Единственное, наверное, что не изменилось – голос жреца. Хорошо поставленный, громкий, но при этом приятный голос.
– Здравствуй Даррелл, – поприветствовал меня Рейно, – рад видеть тебя в добром здравии.
Встреча проходила все в том же шатре. Жреца в сопровождении десятка магов привел ко мне Айвин, и сейчас северянин с интересом ожидал продолжения беседы. Маркус, кстати, находился тут же. Вдвоем они следили за каждым движением церковника, готовые в любую секунду прикончить его.
– Это такая шутка? – спросил я. – Рейно, ваш человек попытался меня убить, между прочим.
– Знаю, но я был против такого решения.
– Ну разумеется.
– Ты можешь мне не верить, это твое право, но я говорю правду.
– Даже если и так, это ничего не меняет. Зачем ты пришел?
– Это разговор не для всех, ты же понимаешь?
– Он касается дел церкви?
– В том числе, – медленно кивнул жрец.
Помолчав несколько секунд, я взглянул на Айвина:
– Свяжите его и подождите снаружи.
– Ну вот, – картинно вздохнул Маркус, – а я‑то надеялся, что таинственный Даррелл, наконец откроет нам свои секреты. Жизнь так несправедлива.
 
– Не паясничай, – скривился Айвин.
Северянин вышел из шатра, и спустя пару минут вернулся, держа в руках длинную веревку. Совместными с Маркусом усилиями они связали жреца так плотно, что он даже шевелиться не мог, и посадили его на кресло. Рейно не сопротивлялся, стоически перенося невзгоды.