Даррелл. Тетралогия (СИ)

Двигались молча, постоянно погоняя лошадей. Князь не без помощи лекарей уверенно держался в седле, но впечатление это было обманчивым – чтобы оставаться в сознании, Флорису приходилось постоянно принимать какие‑то лекарства. То и дело князь прикладывался к фляге с лечебным настоем, густо смешанным со стимулятором.
До вечера нам удалось преодолеть весьма приличное расстояние, однако о ночевке не шло и речи. Даже когда небо усыпало звездами, а темнота начала мешать движению, мы продолжали мчаться к месту силы, не жалея ни себя ни лошадей. Хорошо хоть взяли их с запасом, меняя периодически скакунов.
Луч света, созданный одним из людей князя, позволял худо‑бедно ориентироваться в пространстве, и ближе к середине ночи мы приблизились к густому хвойному лесу. Дальше пешком. Спрыгнув с изнуренных лошадей, мы оставили с ними нескольких человек и углубились в чащу. По какой‑то причине места силы предпочитали прятаться в таких вот потаенных уголках, скрытых от посторонних глаз лесными великанами, хотя не исключаю, что это именно деревья стараются расти поблизости от бездымного пламени, питаясь от него энергией или чем‑то подобным.
Идти пришлось довольно долго. Около часа мы продирались сквозь поваленные стволы, густые кустарники и прочную, как стальная проволока, паутину. Хуже всего приходилось князю. Держался на ногах он с некоторым трудом, и лишь помощь верных людей не давала ему упасть, однако Флорис ни единым словом не показал, как ему тяжело.
Не знаю, как люди князя ориентировались в этом лесу, но спустя час мы все‑таки оказались в нужном месте. Круг деревьев, небольшая полянка, яркое бездымное пламя, похожее на сотни цветных лент, переплетенных между собой. Место силы, вот мы и встретились вновь.
Как только вышли к огню, Флорис потребовал, чтобы люди покинули поляну. Ритуал не был предназначен для глаз посторонних.
– Подойди к месту силы, – хрипло произнес князь, когда мы остались вдвоем, – и, как будешь готов, войди в пламя. Не бойся, оно не причинит тебе вреда.
– Что дальше?
– Поймешь. Я направлю и подскажу. Не тяни время, нам дорога каждая минута.
В словах Флориса была своя правда, нам действительно дорога была каждая минута. Оставив шпагу на земле, я несколько раз глубоко вздохнул и сделал шаг к огню. Пусть мне уже приходилось соприкасаться с магическим пламенем, разум не покидало волнение.
Расстояние до огня неумолимо сокращалось, я шагал вперед, ощущая, как вокруг меня звенит магия. Раньше такого не было, странное и завораживающее ощущение, я буквально купался в потоках силы, и с каждой секундой ее становилось все больше. Замерев на мгновение перед магическим пламенем, я сделал финальный шаг.
В тот же миг реальный мир исчез, сменившись на нечто иное. Огонь, что раньше плясал в одной точке, разросся, заняв все видимое пространство. Вокруг, куда ни глянь, плясали языки пламени. Они пульсировали в такт моего сердца то увеличиваясь в размерах, что, становясь совсем крошечными. Где я? Когда‑то я долгое время осваивался в водном мире, затем мне покорился астрал, а теперь огненная реальность? Или это просто еще один слой нашей вселенной? Не знаю.
– Ты слышишь меня? – послышался знакомый голос князя. Как такового источника звука не было, слова будто звучали у меня в голове.
– Где ты?
– Я остался в месте силы, но буду твоим проводником. Что ты видишь?
– Огонь. Море огня, он окружает меня, но почему‑то не слепит и не обжигает. Я будто оказался кроне горящей звезды.
– О чем ты? Какие еще горящие звезды?
Забылся. Я опять забылся. Этот человек вряд ли знает, что такое термоядерный синтез и космос в целом.
– Не обращай внимания, – ответил я.
– Найди нить.
– Как она выглядит?
– Для каждого по‑своему, я ее видел, как каменную дорожку, лежащую под ногами, но для тебя она может оказаться совершенно иной.
Взглянув под ноги, я попытался отыскать хоть что‑нибудь, напоминающую дорогу, но не увидел ничего, кроме играющих в салки языков пламени. Салки? Да, огонь куда‑то целенаправленно двигался. Вокруг меня царил бушующий хаос, но среди этой мешанины имелось некое подобие течения или ручейка, который убегал вдаль.
 
– Огненный ручей, – произнес я.
– Отлично, иди по нему.
– И что я увижу в конце?
– Себя.
«Ну себя, так себя» – подумал я, и шагнул вслед за пылающим ручейком. Неизвестно что именно подразумевал князь под этим словом. Может здесь скрывается какая‑то иносказательная метафора, или это просто фигура речи.
Сюрприз, но говоря, что я увижу себя, князь именно это и имел ввиду. Шагая сквозь пламя, я в какой‑то момент заметил человеческую фигуру. Именно к ней вел меня огонь. Худощавый юноша, с бледным уставшим лицом смотрел на меня, не мигая. Его одежда полностью повторяла мою, а губы были искривлены в еле заметной усмешке. Неужели я именно так выгляжу со стороны? Пугающий тип. Веяло от него какой‑то иррациональной опасностью. Он стоял передо мной, будто восставший из мертвых вампир, что ищет себе свежую кровь.
Мой двойник молчал, застыв подобно манекену, однако я был полностью уверен – он видит меня, видит и о чем‑то думает.
– Князь, – тихо пробормотал я, – что дальше? Меня этот тип пугает.
– Подойди к нему.
– Ты уверен?
– Да, – в голосе князя послышалось недовольство.
«Ох и загонишь ты меня в могилу, старый хрыч» – подумал я, но сделал так, как он сказал. Глупо было бы сейчас идти на попятную.
Моя молчаливая копия невозмутимо смотрела на мое приближение, и чем ближе я подходил, тем больше деталей замечал. Да что там деталей, с худощавой фигурой юноши по какой‑то причине начали происходить метаморфозы. Он постепенно становился шире в плечах, волосы на его голове потемнели, а черты лица стали более грубыми, и в них я вновь увидел себя, но не сегодняшнего, а прошлого – человека, который погиб больше четырех лет назад.
В этом странном фантоме боролись друг с другом две личности, и ни одна не могла взять верх, а я стоял и завороженно смотрел на это противостояние и лишь после очередного окрика князя вплотную приблизился к Дарреллу‑Сергею, а в следующий момент какая‑то сила буквально разорвала меня на куски, если можно так выразиться.
Мое сознание превратилось в мельтешащую кашу из несвязных мыслей, обрывков воспоминаний и противоречащих друг другу эмоций. Я не мог осмысленно рассуждать, не мог ощущать тело и по сути представлял из себя безумца, лишенного цельной личности. По крайней мере, именно так мне чуть позже вспоминалось, а во всем этом хаосе, как единственная реальная вещь плавала фраза князя: «лишь бы не умер».
Время исчезло, исчезло пространство. Меня окружало первозданное ничто. Рождались и умирали частицы, люди, вселенные, а я, как наблюдатель, лишенный собственного «я», смотрел за этим, не способный ни на что повлиять. Пропали эмоции, пропало все, из чего состояло мое сознание, но лишь затем, чтобы чуть позже собрать его заново.
Сперва забрезжила яркая, как первый луч солнца, мысль: «кто я?», затем пришел ответ и неясные воспоминания о двух прожитых жизнях. Постепенно воспоминаний становилось все больше, они росли как снежный ком, чтобы в один прекрасный момент погрести под собой и в ослепляющей вспышке собрать воедино мою личность.
Под взрывы сверхновых меня выкинуло в реальность.
* * *
– Ты помнишь, кто я? – надо мной склонилось хмурое лицо, освещаемое отблесками пламени.
– Князь Флорис – правитель княжества Турсен.
– Слава Милосердной матери, все получилось.
 
– А могло не получится?
– Бывает, люди сходят с ума.
– Замечательная перспектива, – скривился я, поднимаясь на ноги, – что вообще произошло в том огненном мире? И как я туда попал?
– Попал благодаря мне. Человек, прошедший когда‑то ритуал, может стать проводником для других, а что происходило с тобой, вряд ли кто‑то в состоянии ответить. Перерождение, возможно. Или освобождение от оков. Как хочешь, так и называй. Ты чувствуешь какие‑то изменения в себе?