Даррелл. Тетралогия (СИ)

Впрочем, разошлись мы миром, бойцы даже намекнули, что не против будут присоединиться ко мне весной, когда мы вернемся в эти края. Может и вернемся, было бы куда. Наемники, кажется, еще не до конца осознали, что в мире скоро начнется такой бедлам, что летние войны покажутся нам цветочками. Европа, да и остальной мир будет тонуть в крови до тех пор, пока в этой бочке с пауками, в которую превратилась планета, не останутся лишь самые сильные особи.
Сборы и подготовка к походу как обычно не заняли много времени. Каждый человек в отряде знал, что и как делать. Не прошло и пары часов после того, как я озвучил свое решение, а лошади уже были нагружены, палаточный лагерь собран, оружие проверено, а народ готов совершить марш бросок. Путь нам предстоял неблизкий и не самый приятный. Одно дело – бежать по полям и лесам Европы, где и дорог масса, и в деревни по пути можно заскочить, и другое – двигаться на север. Да уж, действительно хорошо было бы успеть до снегов. От морозов и метелей даже магия порой не спасает.
Галицкое княжество наш отряд покинул спустя несколько дней. В основном скорость ограничивали лошади. Если бы не эти четвероногие создания, несущие на спине вещи людей, мы бы двигались в два, а то и три раза быстрее. Магия позволяла преодолевать подготовленному человеку за день больше сотни километров, выдержала бы обувь, а вот заставить лошадей бежать столько, да еще и с грузом, вряд ли получится.
Помимо прочего, начались проблемы с провизией. Цены на продукты в стране, где только‑только затихла война взлетели до небес. Крестьяне прятали еду и прятались сами, едва замечая отряд наемников, и винить их в этом вряд ли стоило.
К счастью, жадные до серебра и золота люди никогда не переводились, поэтому даже в таких сложных условиях мы находили у кого можно обменять металл на еду. Как‑то раз Маркус, правда, едва не сжег наглого мужичка, предлагавшего нам одну говяжью ногу по цене целой коровы, но это уже мелочи. Наемника я успокоил, а цену в итоге сбил вдвое, пусть денег у нас хватало, транжирить их явно не стоило.
Еще одной проблемой стали Галицкие дворяне. Елагин, когда собирал войско, сумел привлечь под свои знамена далеко не всех аристократов княжества. Некоторая их часть по каким‑то причинам осталась дома, надеясь самостоятельно отбиться от вражеских поползновений, ну либо просто не захотели присоединиться к князю. Так или иначе, но видеть на своих землях чужаков они не желали. Наемников, сражавшихся на стороне Елагина, почти не было, так что дворяне прекрасно понимали, откуда мы тут нарисовались.
Чтобы не нарываться, нам приходилось двигаться широкими дугами, обходя потенциально опасные места, где властвовали наиболее сильные дворянские роды Галицкого княжества. Не то, чтобы я сильно переживал о возможной драке, просто не хотелось терять время. Однако, мои желания это одно, а реальность другое – полностью избежать неприятностей не удалось.
На третий день пути дозорные, что двигались чуть впереди, заметили конный отряд, который, впрочем, быстро исчез из поля видимости, а спустя несколько часов дорогу нам перегородила группа вооруженных людей численностью тридцать человек во главе с очень важным и богатым, судя по одежде, господином, рядом с которым замерли еще несколько дворян, но уже поменьше рангом.
Будет драка. Ну не верилось мне, что эти люди решили встать на единственной нормальной дороге в округе для простого обмена любезностями. Либо хотят, чтобы мы заплатили за проход, либо чтобы сложили тут головы, либо и то, и то сразу. В принципе, можно было сходу раскатать этих самоуверенных аристократов, вставших у нас на пути, но мне хотелось послушать, что скажет их лидер. Не доходя до потенциальных противников с десяток метров, я активировал щиты и приказал бойцам остановиться.
– Кто вы такие, и что забыли на наших землях? – крикнул молодой мужчина, стоявший в центре.
– Наемники, – ответил я, – идем на север. Не переживайте, надолго мы тут не задержимся.
– Ну это мы еще посмотрим, – громко усмехнулся человек, которого я посчитал за главного, – вы идете по моим землям, и кажется мне, что идете из столицы нашего славного княжества, а в мешках, что тащат ваши лошади, лежат вещи, которые вам не принадлежат.
 
– Крестится надо, когда кажется.
– Что ты там несешь, чернь? Ты хоть понимаешь с кем говоришь? Я – граф Григоре Барбу!
Наверное, это имя должно было мне что‑то сказать или хотя бы произвести впечатление, но к несчастью Григоре, я о нем слышал впервые.
– Что ж тебя, граф, возле Галицына тогда не было? И вообще, ты чего такой смелый? Не боишься, что за нами по пятам идет войско Орлова?
– Ваш Орлов сдох, – будто выплюнул слова Барбу, – и тебя, молокосос, некому будет защитить.
– Командир, а чего ты с ним лясы точишь? – спросил меня Маркус, стоявший рядом.
– Да ты чего, – усмехнулся я, – у нас же тут целый граф, как можно его игнорировать? Эй, Барба или как там тебя, ты слышишь?
Кажется, графу мое обращение очень не понравилось. Он покраснел, надулся, как жаба и атаковал меня чередой мощных заклинаний, которые рассыпались, уткнувшись в защиту, поставленную мной ранее.
Силен. Не зря его провоцировал, теперь стало понятно, что он может мне противопоставить. В принципе, будь на моем месте, например, Маркус, боюсь, атаку он бы не выдержал, но я не Маркус – за последний год мои силы выросли, и выросли значительно.
Кажется, граф был удивлен, а еще сильнее он удивился, когда я, не прекращая отражать его атаку, ударил в ответ. Бил в Барбу, но заряд отразился от его защиты и ударил в одного из людей, стоявших рядом с графом. Воронка, напитанная энергией под завязку, с легкостью преодолела все щиты, которые поставил мужчина, и прожгла ему грудь насквозь, а следом в дело вступили наемники.
Честно говоря, я так и не понял, на что рассчитывал граф, останавливая мой отряд. Да нас было едва ли не в три раза меньше чем их, и серьезной силой мы не выглядели, но среди наемников редко встречаются неодаренные, и даже дюжина воинов представляет из себя серьезную угрозу. Видимо Барбу рассчитывал на собственную мощь. В принципе, могло выгореть, но ему не повезло нарваться на меня.
Слаженный удар наемников практически ополовинил численность наших противников, большая часть которых магией или не владела, или владела посредственно. Крики раненых заполнили осенний воздух. Огонь, вода, молнии, вспышки щитов, отражающих заклинания и во всем этом, продолжали противостояние два человека: я и граф Барбу.
Дворянин, после того, как погиб его человек, усилил нажим, подключив к простейшим энергетическим заклинаниям что‑то более хитрое. Вместе с потоком льда, ударившего откуда‑то сбоку, по моим ногам стеганул хлыст сжатого воздуха, а сверху навалился конструкт, предназначенный для уничтожения щитов. Надо отдать должное графу – оперировать сразу тремя магическими конструктами мог далеко не каждый, да и защиту такая совместная атака должна была как минимум ослабить, однако я не стал рисковать и просто ушел в сторону, сбивая прицел графа. Моего контроля хватало, чтобы не стоять столбом и постоянно маневрировать, готовя при этом ответный подарок.
Пока я удерживал на себе внимание Барбу, мои бойцы разделались с людьми графа и теперь с интересом наблюдали за схваткой. Наверное, правильнее было бы отдать им приказ атаковать дворянина, но я этого не делал. Когда мне еще выпадет возможность – вот так вот сойтись один на один в поединке с достойным противником? Тренировки с Маркусом мне уже ничего особо не давали. Пусть во владении мечом наемник был на голову выше меня, с магией все обстояло наоборот. К тому же мне даже нравилось это ощущение опасности. Оно будоражило кровь и заставляло чувствовать себя по настоящему живым. Кажется, я становлюсь адреналиновым наркоманом.
 
Последняя мысль меня моментально отрезвила. Какого хрена со мной происходит? Завершив каст очередной воронки, я совместил ее с вакуумным взрывом и послал оба заклинания в сторону противника, а затем приправил все это дело потоком ледяных игл. Шансов у графа практически не было. Через пару секунд щит Барбу лопнул и его уже мертвое тело упало на грязную осеннюю дорогу.