Продана замуж (СИ)

На что я только надеялась, когда маме позвонила? Ей вообще плевать. Я знаю её характер и больное отношение к деньгам, но хотя бы в этой ситуации я рассчитывала на поддержку. Сейчас уже был явный перебор. Больше я терпеть не буду её установок! Она больна. Теперь я в этом убедилась бесповоротно. Алкоголь погубил её мозг окончательно.
Если Карим скажет мне прыгать с обрыва, то я буду прыгать, пока ему не надоест смотреть, а мама будет стоять рядом и хлопать в ладоши. Вот как сильно она его обожает! И его денежки.
Ненавижу их всех! Как же сильно ненавижу. До трясучки.
Я продолжаю кружить по территории комнаты, отчаянно прокручиваю в голове разные мысли, которые могли бы мне помочь. Беру телефон, набираю номер Лизы. Сестрёнка отвечает быстро.
— Софа! Привет, ну как ты? как прошел медовый месяц! Ты наверно такая счастливая, — радостно тараторит сестра, а у меня ком поперек горла застрял. Слёзы меня душат, как яд жгут лицо.
— Ненавижу его! — кричу, накрывая рот ладонью. — Я всё для него пыталась сделать, а он…
Не могу говорить.
Я разрыдалась.
— Боже, малышка! Что случилось? Он больно тебе сделал? Бил тебя?
— Нет. Хуже…
— Так, успокойся и все мне расскажи, — строго просит.
— Расскажу, — утираю слёзы. — Только наедине. Рядом никого нет?
Пауза.
Хлопок двери.
— Нет, я в комнате закрылась.
— Я просто не знаю к кому обратиться. У меня никого нет. С мамой я пыталась разговаривать, она мне в душу плюнула и сказала, чтобы я смирилась.
— Так что произошло?
— Карим… — сглатываю. — Он собирается взять вторую жену.
— Ох. Мама! Это плохо. Это очень-очень плохо.
— Я понять ничего не могу, понимаешь! Я старалась быть послушной. Я ласково с ним себя вела. Была покорной, молчаливой, как ты мне и советовала. Я даже добровольно ему в постели удовольствие доставила, а он… Он сегодня заявил, что хочет женится еще раз. Сказал, что так надо.
— Видимо это по договоренности опять. А может и по… любви. У вас ведь брак договорной. Ой, прости, не слушай меня! Забудь, что я сказала!
Это еще хуже. То есть он женился на одной из-за выгоды, а на второй по любви.
— Не хочу так жить… не хочу. Это дико для меня.
— Любишь его, да?
— С ума сошла? Я… — тяжело вздыхаю.
Я не знаю, что ответить. Не могу разобраться в чувствах.
Да, я полюбила чудовище, и сама не знаю почему.
Это изнутри идёт. Тяга к черноглазому подонку.
Он околдовал меня. Я не могу это объяснить!
Наверно, чёртовому сердцу не прикажешь.
Я просто знаю, я верю, что Карим другой. Но почему-то не может стать теплее. Есть причина. Какая? Я не знаю, не могу это выяснить, хоть и стараюсь.
— Поняла. Всё-таки любишь. Влюбилась. Но дай угадаю… Не можешь найти этому объяснение.
— Ты мысли мои п-прочитала что ли?
— Нет, сестрёнка, просто у меня также было. Ибрагим хотел взять вторую жену… Я об этом никому не говорила. Но я его всё-таки отговорила. Потому что забеременела. Наверно лишь это стало тому препятствием. Но не знаю надолго ли.
— С ума сойти. Я не знала… Сочувствую.
— Так или иначе, но я приму волю мужа. Мне несложно. Меня к этому готовили, и я сама была готова. Не понимаю, почему ты не можешь смириться с волей мужа? Да это горько. Но он так захотел. Он будет содержать вас в равноправии. И делить постель вы будете по очереди.
— Хватит, Лиза! Всё. Я не хочу об этом разговаривать. Да что с вами не так?
— Это с тобой что не так? Нас одинаково воспитывали. Почему ты сопротивляешься? Что, лучше бы в семье алкоголика какого-нибудь деревенского родилась? Я ничего не пойму!
— Лучше бы… — носом шмыгаю, вытирая слёзы рукавом платья.
— Уф, — сестра тяжело дыхнула в трубку. — Кстати, я вот что хотела тебе сказать… Мишу отец отпустил. Только это секрет!
— Что? Правда? — солнечное сплетение резко сдавило от волнения и радости одновременно.
— Да! Только я тебе ничего не говорила. Я разговор подслушала его и охранника.
— Лизочка, миленькая! Пообещай мне кое-что! Это очень важно!
— Не нравится мне твой хитрый тон.
— Пожалуйста! Ты же моя сестра. Дай Мише мой номер. Прошу!
 
— Ну уж нет. Ты что! Если отец узнает, знаешь, как мне влетит?
— Они ничего не сделают беременной. Да и отец ничего не узнает. Хотя бы минуту! Я хочу с ним поговорить.
— Ну ладно. Я попробую. Но ничего не обещаю.
— Спасибо большое! — шепчу.
— Я попробую. А ты пообещай, что это будет всего лишь разговор. Не более.
— Обещаю.
А сама пальцы за спиной скрещиваю.
* * *
Проходит несколько дней. Я сижу в своей комнате и не выхожу оттуда. Карим уехал по делам. В командировку. Нехорошие мысли лезут в голову и доводят меня до сумасшествия. Вот-вот, я сорвусь. Вед мне кажется, что он поехал к этой Александре решать вопрос по поводу свадьбы.
Ну что за мерзавец! Ненавижу его! Но почему-то думаю о нем постоянно и невероятно сильно ревную. Иначе как объяснить свои мысли, своё настроение и эти проклятые слезы?
От Миши нет вестей. Лиза меня обманула. Дала ложные надежды, чтобы я совсем уже не раскисла, превратившись в овощ. Стоило мне только об этом подумать, как вдруг зазвонил телефон, а на экране высветился незнакомый номер.
Я быстро ответила на вызов, приложив динамик к уху.
— София…
— Миша! — я радостно воскликнула, узнав знакомый голос. — Неужели это ты? Ты получил послание от Лизы?
— Да, получил. Она номер твой дала.
— Боже! Это ты! Ну как ты?
— Я нормально, — парень откашлялся. Его голос жутко хриплый. — Меня больше волнует вопрос как ты?
Я не хотела рыдать. Это случилось само по себе. Просто не смогла сдержаться. Ведь в голове снова и снова звучит речь Асадова.
“Я хочу взять вторую жену. Её зову Александра. Мы скоро поженимся”.
— Плохо! Очень плохо. Прости… — почти задыхаюсь.
Очень подозрительно, но я стала слишком часто плакать в последнее время. И сплю часами. Чувствую ужасную усталость. Будто сутками вагоны с камнями разгружаю. Это идиотское состояние накрыло меня после того, как я узнала о шокирующей новости о намерении мужа жениться во второй раз.
— Говори! — твердо приказывает Михаил. — Этот сукин сын тебя бьёт? Унижает?
— Нет. Он хочет… он хочет взять ещё одну жену.
— Пиздец!
— Ой.
Никогда не слышала, как Миша матерится.
Я почти телефон из рук выронила.
— Я не оставлю тебя этому чудовищу, поняла!
— Нет что ты… Не надо! Что ты задумал? — паника бьёт по телу хуже кнута.
— Я заберу тебя. Опять. И в этот раз нам никто не помешает. В этот раз я более тщательно продумаю план. В тот раз все вышло спонтанно.
— Нет, я боюсь, очень боюсь! Ты что! А если не выйдет… Это безумие. Асадов никогда меня не отпустит. Он меня из-под земли достанет.
— Спокойно. Все получится. Я не позволю никому обидеть тебя. Так, как ты живешь с этим… ублюдком — хуже рабства.
Прикусываю губу.
Нет, не это я хотела. Просто хотела узнать, как у него дела. Мы долго не общались, а его так вообще в плену держали.
Выходит, что я опять Мишу подставляю, навлекая на него беду повторно. Но он сам упёрся как баран.
Любит же… И это его выбор.
А вдруг в этот раз получится?
— Значит так, Софи, жди моего звонка. Я все хорошо обдумаю и свяжусь с тобой. Скажу, что нужно сделать.
— Нет, Миша, — отчаянно сопротивляюсь.
— Это не обсуждается. Ты хочешь избавится от роли безвольной игрушки, рабыни чудовища?
— Хочу.
Хочу принадлежать лишь одному человеку, а не делить постель с кем-то ещё. Или вообще будем все втроем спать, когда новая жёнушка Асадова явится на пороге? Черт знает, что у них там на уме.
 
— Хорошо. Тогда жди звонка. А где Асадов сейчас?
— Уехал на важную встречу. На несколько дней в другой город.
— Прекрасно. Сама судьба дает нам шанс. Значит сделаем это до его возвращения.
Миша отключился.