Александра. Клан (СИ)
— А читать, писать ты умеешь?
— Немного, — и сказано это было так печально.
— Расскажи о себе подробней, — попросила-приказала я. Совсем уже вживаюсь в роль. И как к этому относиться? Это же хорошо, наверное?
— Отца не помню, он воевал и умер, когда я ребенком совсем была. Через пару лет мама замуж за отчима вышла. Все было совсем неплохо — как везде. Отчим меня не любил, но и не обижал. Позже у мамы братика два родились, а на третий раз ребеночек умер, а мама в горячке слегла. Через десятину и ее не стало, вот тогда плохо и стало. Я за братиками следила, за порядком дома — так на улицу никто и не гнал. Ну а потом отчим новую жену нашел, а у той свои двое, да постарше. Стало кому за детьми смотреть, а я стала обузой. Вот и решили меня продать в рабство. Еще сказали, чтоб радовалась, что не просто на улицу выкинули и что с голоду не помру.
Больше ничего спрашивать не хотелось. Вот так, Саша, ощути, что называется, вкус жизни. А я уже и как-то притерпелась к рабству, вроде. Спокойней стала относиться… Ну по крайней мере не впадаю в ступор при виде рабов, а ночью кошмары не снятся. И вот снова… А ведь тут целый рынок! Большой-большой! Сколько там людей продают как скот? Тысячи? И это самый пограничный город, а что тогда делается в империях? Ведь все, абсолютно все, и мастер Вельнис, и командир, и даже Дайна с Имрой спокойно относятся к тому, что людей можно продавать и покупать. И ведь никаких прав или защиты! Совсем ничего! А что могут сделать люди с другими людьми, когда не только правовая, но и моральная сторона не сдерживает? Ведь это норма для всех. Ни родственники слова ни скажут, ни сосед осуждающе ни посмотрит.
Вот оно! Скорее не само рабство столь страшно, хотя и это тоже, как осознание того, что это обыденность. Повседневность. Нечто совершенно естественное для того мира и всех его жителей… Даже таких хороших, как мои переселенцы.
Сейчас в Мертвых землях нет рабов. Когда уничтожили клан, то и все рабы перестали таковыми быть. И они не стали «чистыми», они стали бывшими рабами, что еще хуже, чем клановые без клана. Они бежали со всеми. С теми, кто остался. Между полной неизвестностью, и неизвестностью со знакомыми прежде людьми, все-таки есть разница. А теперь в Мертвых землях все равны и если хочешь выжить, то работать надо всем.
Хочу назад в Мертвые земли! Там все ясно, понятно и как-то честнее что ли? Детей от в рабство не продают со славами: «Хоть с голоду не сдохнешь».
— Едут, — доложил Шейбан.
Я сразу села прямо — как учили.
— Не слишком ли быстро? С артефактом?
— Фарук дал знак, что все в порядке. Значит гномы расстарались.
Итак, пару минут и все решится! Ладошки вспотели. Я огляделась вокруг — Хишма безмятежно стоит у входа, Шейбан рядом с ней. Чара уже маячит в проходе, а Саира, в такой же растерянности, как и я, стоит у стеночки снова. Ее, конечно, можно было бы и успокоить — сказать, что заберу. Ну а если нет? Упрется этот жирный боров, и что тогда? Ведь может, еще как может! И легко рассуждать, что если его мои орки и прибьют, то мне ничего не будет… А вот и правда легко рассуждать — вообще бы не жалко было. Но, к сожалению, это не раб какой-нибудь, а целый клановый. Да еще и градоначальник целого города. Так что убить-то мы его можем, но проблем потом получим много. Это с его клан-лидером потом придется встречаться, врать много, золото платить, еще и должок повесят. А вот быть в долгах перед каким-то аристократом вообще не хочется. Я с ними и встречаться пока не хочу. Желательно пока официально этой их герой не стану.
Вот и что сейчас поделаешь? Придется откупаться и мириться с местной шишкой.
Чужих слуг или рабов — я не разглядела, Шейбан в кабинет не пустил. В итоге кованный и совсем немаленький сундучок — размером с чемодан для ручной клади, внесли ребята Стая.
— Ты была права, гера! В банке меня уже ждали, поэтому мы и управились так быстро! Признаться честно, я сам ни разу не видел клановый артефакт. Тем более начальный.
Фатис Минас заливался соловьем, а я пыталась понять, чего это он так разошелся? Вывод напрашивался один — не только хочу замириться. А значит — улыбаемся! Главное приветливо и без оскала. Кто бы мог подумать, что главный навык для выживания в другом мире — это лицемерие.
— Я тоже еще не видела начальный артефакт, — не будем уточнять, что я еще никакого не видела. Это было бы очень странно. Слишком.
— В таком случае приступим? Сейчас я извлеку артефакт из хранилища, да-да, из этого сундука. Хранилище из самого Фуантара! Легендарная древесина, которую можно встретить лишь в таком виде, — градоначальник нежно провел пальцами по крышке. Неуничтожимая магическая древесина — мне учитель про нее рассказывал. Я еще тогда подумала, что это сказка. Как из нее сундуки-то создали? Ответ прост — боги. И как бы скептически я к этому ни относилась, но уже начинаю допускать такую возможность. И слава тем самым богам, что эта древесина встречается лишь в этих сундуках, и что ее никак иначе использовать не могут.
— Далее мы проведем привязку… вы знакомы с ритуалом?
— Конечно, и я готова.
— Хорошо, всю бюрократию в свою очередь я возьму на себя.
— О! Я буду тебе очень благодарна, — намекнем ему, что не за бесплатно старается.
Фатир расплылся в довольной улыбке, значит все понял. Ну и ладушки. Я просто нутром чую, что больше подвоха от него ждать не следует. Как минимум в данный момент. Он даже стал походить на нормального человека, тут мой взгляд упал на Саиру, ну почти…
Артефакт представлял из себя здоровущую книгу и перстень печатку. Они взаимосвязаны, и как мне миллион раз повторял мой вредный дедуля, я должна взять перстень в левую руку, надрезать правую ладонь, что быстро и умеючи проделал Шейбан, и приложить эту ладонь к книге. Дальше остается только ждать.
Все происходило в гробовой тишине. Сейчас, в этот момент, вершится история. Это сразу после войны, в годы раздора и безвластия, кланы создавались и уничтожались часто. А позже лавочку прикрыли, говорят снова боги… но я думаю власть имущие. Так что теперешнее событие из ряда вон. Что я ощущаю? Как коленки трясутся и как капелька пота по позвоночнику скользит.
Книга светилась все ярче, напитываясь кровью, в какой-то момент вспыхнула особенно ярко и погасла. А я убрала полностью здоровую, даже без шрама, руку от книги и надела перстень на средний палец. Кольцо сжалось и плотно обхватило всю фалангу пальца. Перстень главы клана. Я и правда сделала это?
— Поздравляю тебя, гера!
Ах да, это же еще не конец. А жаль. Думала получу артефакт и все, дальше все будет легко и просто. А дальше осталось такое же, как и было. Надо все и всех собрать, переселенцев догнать, до города добраться, ритуал… и сразу настроение упало.
— Благодарю. Насколько мне известно, городу за артефакт ничего платить не надо? Тогда это лично тебе. За скорость, так сказать, — деньги у меня были. Не такая сумма, как хотели дать командир с мастером, но тоже неплохая. И по довольному лицу градоначальника я поняла — оценил.
— У меня к тебе есть еще одно дело, — окликнула я этого, не такого уж и глупого мужчину. Он внимательно следил как люди Стая пакуют книгу и не сразу отреагировал на мои слова.
— Конечно, гера! Что я могу еще для тебя сделать?
— Эта рабыня, — я кивнула на рабыню. Она так и простояла у стеночки все это время, а сейчас тоже жадно наблюдала за артефактом. Ну конечно! Местная легенда. Из разряда: «Однажды кто-то там нашел бесхозный артефакт и стал самым могучим, или богатым, или умным в мире» — варианты рознятся. Это только я, после знакомства с демоническим камушком, испытываю двоякие чувства. С одной стороны это, конечно, аналог наших компьютеров, а с другой стороны… очень уж эти артефакты пугающие. Как будто несут в себе намного больше, чем кажется. Но для местных это да — трепетный восторг.
— Продай ее мне, — решила говорить прямо. Мы вроде как решили задружиться, не так ли? Я внимательно следила за градоначальником, и заметила некое удовлетворение моими словами.