Вампиры любят жару(ЛП)

Ночь там, за палубными фонарями, была черной тенью, миром теней. Большинство из них были неподвижными – хижины, шезлонги и пляжные зонтики, которые все еще были на улице. Но некоторые тени двигались, когда пары спускались на пляж для уединения, отметила она. А потом ее глаза остановились на одной темной фигуре среди всех остальных, и Джесс почувствовала, как страх подскочил в ее груди. Это был мужчина, что неудивительно; их было около дюжины на пляже, большинство с партнерами, но некоторые в одиночку. Этот, однако, выделялся довольно отчетливой фигурой, а затем к нему присоединилась вторая фигура.
– Джесс?
Неохотно повернув голову, она вопросительно посмотрела на Раффаэле.
– С тобой все в порядке? – спросил он. – Ты перестала двигаться ... и побледнела, – добавил он, нахмурившись.
Джесс заколебалась, а затем снова повернулась, чтобы посмотреть на пляж, ища двух мужчин, которых, как ей показалось, она видела в первый раз, но их уже не было. «Значит ли это, что Васко и Кристо никогда там не были? Или что они были там и скрылась? Потому что именно его она и заметила там, на пляже. Невозможно было ошибиться в шляпе Васко, и она была совершенно уверена, что второй фигурой был Кристо».
– Что ты увидела?
Джесс обернулась и увидела, что он осматривает пляж, его прищуренные глаза изучали темные тени и людей. Когда он снова повернулся к ней, на его лице было мрачное беспокойство.
– Что ты увидела? – повторил он жестким голосом.
Джесс открыла рот, чтобы ответить, но вдруг не смогла вспомнить, что она видела. Нахмурившись от смущения, она снова посмотрела на пляж и покачала головой. – Ничего особенного. Вздохнув, она повернулась к нему и заставила себя улыбнуться. – А теперь я, пожалуй, присяду.
– Конечно. – Продолжая держать ее за руку, Раффаэле обнял ее и повел обратно к столу между танцующими парами. Джесс не упустила иронии в том, что он прижал ее ближе, чтобы проводить к их столику, чем когда они танцевали. Она также не пропустила реакцию своего тела на близость с Раффаэле. Но потом они оказались за столом, и он отпустил ее и отодвинул стул.
– Все в порядке? – спросил Санто, глядя на них обоих.
Джесс выдавила из себя улыбку. – Конечно. Я просто проголодалась, – заверила она его и потянулась за вином, с удивлением обнаружив, что бокал пуст. Она и не заметила, что выпила все.
– Я закажу тебе еще, – пробормотал Раффаэле, поворачиваясь, чтобы найти официантку.
Джесс открыла рот, чтобы попросить его заказать ей чай со льдом, но он уже привлек внимание официантки и указал на ее стакан. Пожав плечами, она оставила все как есть. «Два стакана ей не повредят», – подумала она, глядя на еду на столе. Там все еще было много еды. Однако, как ни странно, аппетит у нее пропал. Но теперь соус был на месте, заметила она, и так как Заниполо заказал его только из-за нее, она почувствовала, что должна съесть хотя бы немного, и поэтому придвинула одну из мисок поближе, чтобы окунуть картошку фри.
– Итак, – сказал Заниполо через мгновение, – ты знаешь, что мы работаем на строительную компанию нашей семьи. А чем ты занимаешься?
– О. – Джесс слабо улыбнулась, а затем остановилась, чтобы поблагодарить официантку, когда та подошла и поставила бокал вина рядом с ней. Как только женщина ушла, она сказала: – У меня есть два неполных рабочих места.
– Два? – с интересом спросил Раффаэле, макая жаркое в соус и отправляя его в рот.
Джесс кивнула, жуя и глотая, а затем сделала глоток вина, прежде чем объяснить: – Я все еще студентка, что отчасти портит часы, которые я могу работать, но мои работодатели идут мне на встречу.
– А что ты изучаешь? – спросил Раффаэле, взяв еще одну жареную картошку, и обмакнул ее, прежде чем съесть.
Джесс сглотнула и снова взяла свой бокал, но просто держала его, отвечая на вопрос: – Ну, первоначально моей специальностью была психология, и я планировала стать клиническим психологом. Но сейчас у меня двойная специальность – психология и история. Вместо этого я решила преподавать историю.
 
– Почему? – с интересом спросил Раффаэле. – Тебе не понравилась психология?
– Понравилась. Мне это очень нравилось, – заверила его Джесс, а затем призналась с кривой усмешкой, – и я была очень хороша в этом. Мои тестовые баллы всегда были в верхнем процентиле, часто даже сто процентов, и я получила степень магистра, – сделав паузу, она слегка поморщилась, а затем добавила: – Но книги полностью отличаются от реальности, и моя работа на полставки помогла убедиться, что я могла бы лучше работать в другой области.
Раффаэле с любопытством поднял брови. – А какая у тебя работа на полставки?
– Неполный рабочий день в консультационном центре, где я ... ну, я даю советы, – весело сказала она.
– А другая работа? – спросил Заниполо.
– Я разливаю напитки в местном баре ... – она иронично усмехнулась, а затем подняла свой бокал и улыбнулась им, прежде чем допить остатки своего напитка.
– Еще один? – спросил Раффаэле внимательно, увидев, как она поставила пустой бокал.
– Да, пожалуйста. Но на этот раз чай со льдом. Два – это мой предел для алкоголя. После этого я начинаю нервничать.
Кивнув, Раффаэле повернулся, чтобы найти официантку, и обнаружил, что смотрит на грудь женщины. Очевидно, она подошла посмотреть, не нужно ли им чего-нибудь, и теперь стояла рядом с ним.
– Вам что-то нужно, sм? – радостно спросила женщина, когда Раффаэле резко перевел взгляд на ее лицо.
– Sн, – тут же ответил он, виновато улыбаясь. Немного повысив голос, чтобы его было слышно сквозь ропот толпы, он добавил: – Моя подруга хотела бы чаю со льдом, пожалуйста.
– Один холодный чай Лонг-Айленд, – сказала она с улыбкой. – Что-нибудь еще?
– Нет, это все, gracias.
Она весело кивнула и поспешила прочь, а Раффаэле повернулся к столу, когда Заниполо прокомментировал ее слова. – Итак, Джесс, консультант и бармен. Что касается работы, я не думаю, что ты могла бы выбрать из двух полярных противоположностей.
– Не совсем, – сказала Джесс с усмешкой и заверила их, – на самом деле, барменство – это просто больше консультаций, но с людьми, которые пьют и более честны и откровенны со своими проблемами.
Раффаэле слабо улыбнулся, но подумал, «как жаль, что они не могут сделать это с Санто – напоить его, чтобы он расслабился и обсудил свои проблемы». Ворчание Санто привлекло его внимание к тому факту, что его лысый кузен смотрел на него, прищурившись. Он, вероятно, слышал его мысли, понял Раффаэле и поморщился, но быстро переключил свое внимание обратно на Джесс, когда Заниполо спросил с весельем: – И консультирование людей, как трезвых, так и пьяных, убедило тебя, что ты не должна консультировать их?
– В общем, да, – призналась Джесс с кривой улыбкой. – Мне трудно отделить себя эмоционально от того, что я слышу. От их боли, – объяснила она, и выражение ее лица стало серьезным. – Клинический психолог должен оставаться объективным, чтобы помочь своему пациенту. Я не могу этого сделать.
– Должно быть, это было трудно, когда ты пришла к такому выводу. Я имею в виду, что все это время было потрачено впустую, чтобы потом переключиться на другое направление, – торжественно сказал Раффаэле.
– Не совсем, – ответила Джесс, снова улыбнувшись. – Я многое из этого извлекла.
Раффаэле наклонил голову, он знал, что смущение, ясно читалось на его лице. Это заставило ее улыбнуться еще шире.
– По правде говоря, я занималась психологией в основном для того, чтобы понять, как исправить себя, – призналась Джесс, а затем сказала более серьезно: – Я думаю, именно поэтому большинство психологов занимаются этим.
– Что исправить? – с удивлением спросил Раффаэле. – Мне кажется, ты в полном порядке.
– Ну, конечно. Сейчас. – Джесс добавила это сухим, как грязь, тоном. Затем она объяснила: – Консультирование в кампусе в значительной степени бесплатное, и профессора с удовольствием копаются в вашей голове, если вы специализируетесь на психологии, и вы им нравитесь. У меня было много консультаций на протяжении многих лет. Но я прошла через кошмарное детство. Все злоупотребления: физические, сексуальные и психические.