Лик смерти

Так продолжалось еще несколько минут. Когда все закончилось, Варгас тяжело дышал, истекая потом. Он был явно возбужден, я заметила, что у него оттопырились джинсы.
Девочка рыдала в голос. Сделав пару неуверенных шагов, Варгас вспомнил о своей первоначальной цели. Он откинул с глаз прядь седых волос и вновь одарил камеру своей гадкой лукавой улыбкой.
— Как видишь, я помню все.
Девочка зарыдала еще громче.
— А ну заткнись, сука! — прорычал Варгас, недовольный, что его перебивают.
Она зажала руками рот, чтобы сдержать рыдания.
— Думаю, мистер Сам знаешь кто, ты дашь Хосе денег за его воспоминания. — Он вновь лукаво улыбнулся. — Ну давай, посмотри еще раз! Я знаю, ты хочешь! Хосе помнит, ты от подобного кайф ловил. Посмотри снова и подумай, что скажешь Хосе, когда встретишься с ним. Adios. — Варгас взглянул на рыдавшую девочку, потер промежность и улыбнулся в камеру.
И вновь монитор стал абсолютно черным.
— Да-а, — произнесла я.
— Мистер Сам знаешь кто. Вот от кого все идет. Итак, мы выяснили, что Варгас шантажировал человека, который сам был не прочь помахать палкой, — сказал Алан.
— Трансформация поведения, — дал профессиональное заключение Джеймс, — унизительные пытки в сочетании с принудительным повторением раболепных фраз.
— Он бьет по ступням, чтобы не оставить следов на теле и не снизить стоимость жертвы, — добавил Алан.
— Слишком много схожего, — сказала я. — У Незнакомца такие же шрамы. И это не совпадение. С целью усилить воздействие Варгас предпринял шантаж с участием другого человека (девочки), что может указывать и на сексуальное насилие.
— Если наш преступник такой же, как и Варгас, я бы с ним не церемонился, — покачал головой Алан. Его лицо вдруг сделалось непреклонным. — Этот человек не заслуживает ничего, кроме смерти.
Никто и не спорил.
— Я тщательно изучила жесткий диск, — сказала Келли. — Я надеялась, Варгас зашифровал информацию и переслал на другой компьютер. Увы! — Келли покачала головой. — Полагаю, он зашифровал свои файлы, переписал на диск и отправил тому, кого шантажировал.
— Похоже, мы возвращаемся к проблеме торговли людьми, — заметила я. — Барри сказал, что мы можем заняться этим. И как ни странно, здесь, в Калифорнии. Вот ориентир, которого мы должны придерживаться. — Я потерла лицо и прошла вперед. — Ну ладно, а что мы имеем еще?
— Ключевые изменения в поведении преступника, — сказал Джеймс. — После расправы с Лэнгстромами он принял меры, чтобы не оставить улик. А теперь он действует открыто. Почему?
— Мало ли почему, — прогремел Алан. — Может, он болен, умирает, и у него времени осталось всего ничего. А может, ему теперь нелегко выяснить личности людей, которых он задумал убить. Любопытное стечение обстоятельств: все происходит именно тогда, когда Варгас замышляет свой шантаж. Тайное вдруг становится явным.
— И указывает на конец игры, — сказала я. — Преступник знает, что мы его ищем. Не просто знает — он сам, можно сказать, нас на след навел. Он понимает: осталось недолго.
— И что ж нам теперь делать, моя сладкая?
Я задумалась. Мы могли бы действовать в разных направлениях. Так мы скорее добьемся результатов.
— Пора разделиться и действовать. Алан, я хочу, чтобы ты занялся Лэнгстромами. Собери о них всю информацию, какую только сможешь: обстоятельства смерти, биографические данные. Выясни, что там за дед такой. Если меня не обманывает интуиция, это очень важно. Позвони Барри, если возникнут проблемы с местными властями.
— Понял.
— Джеймс, я хочу, чтобы ты поработал над двумя проблемами. Во-первых, поищи информацию об убийствах поэта и студента-философа. Используй базу данных о насильственных преступлениях, совершенных в пределах всей страны. Попытайся установить личности погибших.
— Хорошо, а во-вторых?
И я рассказала ему о программе, найденной в компьютере Майкла Кингсли.
— Проверь, как обстоят дела, посмотри, не нуждаются ли разработчики в помощи. И еще, нам необходимо переговорить у меня в кабинете.
— Хорошо.
Джеймс не спросил о теме разговора. Он знал, что мы вместе должны тщательно проанализировать психическое состояние Незнакомца, единственное, в чем мы с Джеймсом можем прийти к соглашению.
 
— А я? — спросила Келли.
— Позвони Барри и спроси, как обстоят дела с художником, который должен сделать эскиз татуировки. Кроме того, узнай, насколько он продвинулся в установлении личности русской девочки.
— Что-нибудь еще?
— Пока нет. Пожалуй, это все.
Алан, Джеймс и Келли отправились по своим делам. А я зашла в кабинет и закрыла дверь. Мне было необходимо встретиться с заместителем директора ФБР Джонсом и выяснить, что он знает о Варгасе. Однако, принимая во внимание все, о чем я прочла нынче ночью, возникла еще одна проблема, которой требовалось заняться в первую очередь. Я набрала номер Томми. Он ответил после второго звонка.
— Привет!
— Привет, — ответила я и улыбнулась. — Мне нужна твоя профессиональная помощь.
— И какая?
— Мне нужен телохранитель.
— Для тебя?
— Нет, для жертвы, о которой я тебе рассказывала, для шестнадцатилетней девочки по имени Сара Лэнгстром.
Томми задумался.
— Известно, кто за ней охотится?
— Пока нет.
— Ты в курсе, когда он будет действовать?
— Нет, в том-то и дело. Скорей всего девочка пострадала за грехи родственника, которого уже нет на свете.
Томми помолчал.
— Сам я не смогу. Ты знаешь, я обязательно взялся бы, будь это в моих силах, но сейчас я в центре кое-каких событий.
— Понимаю.
Я не расспрашивала Томми ни о «центре», ни о «событиях». Его способность преуменьшать и замалчивать факты сродни искусству. Откуда мне было знать, что в эту самую минуту его машина окружена вооруженными преступниками?
— Неужели у вас некого к ней приставить?
— Для общего наблюдения людей хватает. Но я хочу, чтобы с ней постоянно находился профессиональный телохранитель. Я уломаю начальство. ФБР все оплатит.
— Понял! Ну, кое-кто у меня есть. Женщина. Она может все. Но…
Мне послышались нотки сомнения в его голосе.
— Что? — спросила я.
— Да так, просто слухи…
— О ней?
— Ну да…
— Например?
— Говорят, она кое-кого убила.
— И кого же? — спросила я, помолчав.
— Людей, которых необходимо было убрать правительству Соединенных Штатов… Якобы. Если ты веришь в эту чушь.
Я задумалась.
— Томми, а ты-то какого о ней мнения?
— Она человек надежный, будет стоять насмерть. Ты можешь ей доверять.
В задумчивости я протерла глаза и вздохнула:
— Отлично. Дай ей мой телефон.
— Обязательно.
— Ты знаешь столько интересных людей, Томми.
— Как и ты.
Я вновь улыбнулась:
— Да, как и я.
— Мне нужно идти.
— Конечно: ты сейчас в центре кое-каких событий. Я позвоню тебе позже.
Томми отключился. А я сидела и размышляла, как может выглядеть «надежный человек, который будет стоять насмерть».
Внезапный стук в дверь прервал ход моих мыслей.
Показалась голова Джеймса.
— Ты готова?
Я взглянула на часы. «Джонс подождет».
— Да, давай потолкуем о нашем психе.
  
Глава 31 
 
Джеймс вошел и закрыл за собой дверь. «Только ты и я, мой неприветливый друг».
Джеймс, этот мизантроп Джеймс, обладал тем же даром, что и я. Отсутствие такта, грубость (как человек он был полным дерьмом, честное слово) — ничто не имело значения, когда мы оставались наедине и пытались влезть в шкуру преступника. Джеймс видел, как я, слышал, как я, чувствовал и понимал, как я.
— Ты меня обошел, Джеймс. Прочитал весь дневник. Ты получил мой факс?
— Да.
— Ну и что ты об этом думаешь?
Джеймс уставился на стену поверх моей головы.
— Мне кажется, в данном случае месть действительно мотив. Видео с Варгасом, послания на стенах — в частности, упоминание о правосудии — все это вполне подходит. Однако, прочитав дневник, я почувствовал, что преступник начал смешивать парадигмы.