(Не)покорная жена

– Хорошо, я расскажу свою историю, но поклянись, что и пальцем меня не тронешь, а главное, не расскажешь о нашем разговоре ни одной живой душе.
– Клянусь своей заблокированной магией, что не причиню вред Виктории Ламарк, узнав её секрет, – желтые всполохи окутали наши руки и исчезли.
Получается, что магия заблокирована да не до конца?
 
Глава 13. Тяжёлые воспоминания
 
Рассказ о себе начала чуть ли не с детства, Никита не сразу понял, что речь идёт о другом мире, но когда дошла очередь до дорогой иномарки, под капотом которой умещался не один десяток лошадей, его глаза округлились.
Он не перебивал, выслушал внимательно, когда я закончила, стало тихо.
Я приготовилась к чему угодно, но не ожидала, что Никита произнесёт следующие слова:
– Удивительная история. Получается, что магия притянула тебя в это тело для мести. Не переживай, я тебе помогу, – он улыбнулся. Я впервые видела на его лице такую холодную, не обещающую ничего хорошего улыбку. Хотя улыбки на его лице появлялись редко, только при виде детей.
Озноб прошёл по телу.
– Ты мне веришь? – я разжала кулаки, оказывается, пока переживала вновь свои приключения, напряглась словно струна.
– Такое трудно придумать, да и в твоей речи проскальзывают слова, которые не используются в деревенской, да и в столичной жизни. У меня нет другого выхода, как поверить. Это значит, что твой конь невероятно быстрый и сильный?
– Возможно, пока не проверяла, – пожала плечами.
– Хорошо, что на нём нет клейма, если объявится настоящий хозяин тела лошадиного, то предъявить ему нечего будет.
– Никита, а ты не знаешь, как мне вернуться домой, в свой мир? Может, в столице есть сильные маги? – спросила притихшего мужчину.
– Могу с уверенностью заявить, что шансов нет, – его сухие безэмоциональные слова убили во мне надежду. – Проводились исследования о перемещении между странами лишь по желанию, но ничего не вышло. У меня есть одно предположение, почему тебя притянуло, желание умирающей девушки было настолько сильно, что магия совершила невозможное. Так что, Виктория, придётся тебе обживаться в этом мире.
– Утешил, – с грустью посмотрела на собеседника, в душе образовывалась чёрная дыра, куда улетали мои мечты, надежды, семья. – Если мы решили откровенно поговорить, то у меня есть несколько вопросов. Каковы шансы, что ты меня отпустишь? Где твоя жена, мать детей?
Никита молчал целую минуту, прежде чем заговорить.
– Пока есть угроза моей жизни под обвалом, не отпущу, – мотнул головой он. – Я вдовец. Жены больше нет. Тяжелая была ночь, – он посмотрел в пустоту, вспоминая прошлое. – Нас предали, меня, короля, семьи, что стояли за ним.
– За кем? За королём? – нужно было понять, во что меня втянула магия.
– Да, за королём. После того, как дворец был занят, ко мне прибежала служанка, нашла меня в этом месиве, не побоялась. На моё поместье напали, ворота открыли предатели-слуги, и я, никого не предупредив, увел за собой отряд, но было поздно. Ворвавшись во двор, почувствовал, как меня скрутила сильная боль. Я сразу понял, что это такое. Моя магическая брачная татуировка рассыпалась в прах, на руке алело уродливое пятно. Бандиты даже тела не оставили, выкрали, словно в насмешку. В нашей спальне лежала белая меховая накидка со следами крови, моя жена часто её носила осенью и весной, когда становилось холодно.
Никита помрачнел.
– А дети? – мне хотелось дотронуться до его руки, утешить.
– Дети? – он словно не сразу понял, о чём я спросила, выныривая из воспоминаний. – Няня успела их спрятать в потайную нишу и наложить магический полог тишины.
– Но если твой король победил в борьбе за трон, почему ты тут?
– Я оставил его в тяжелый момент, подумал, что все недруги побеждены. Мой уход был роковой ошибкой. Один из них прятался на балках, под потолком. Хороший воин. У него был лишь один шанс, и он им воспользовался, метнул кинжал. Да только не рассчитал, что его величество уже был под защитой родовой королевской магии. Кинжал отлетел от защиты и вернулся к убийце, прикончив того. Его величество приказал повторно обыскать дворец. И в этот момент ему на ухо нашептали, что кое-кого из последователей и практически близких людей не оказалось на месте. Сгоряча, не разбираясь, первым приказом было поймать и допросить предателей, покинувших дворец без разрешения. А дальше ты и сама знаешь, блокировка магии, лишение состояния и ссылка. Но я ни о чём не жалею, даже оправдываться не стал. Да, виноват! Да и разбит был в тот момент, меня лишь мысль о детях держала на ногах.
 
– Соболезную, Никита.
Да, мне было жаль молодого мага, но жить в ссылке, становясь его женой, не собиралась.
Он поднял на меня глаза.
– Я понимаю, ужасная история с тобой приключилась, но ты поступаешь со мной не лучше, – вздохнув, продолжила: – Практически пленил, связав магическими обязательствами. Вы живёте в ужасных условиях, дети не доедают. Разве у тебя не было мысли отправить детей к родственникам, дедушкам или бабушкам? Тёти, дяди, должен хоть кто-то быть в живых.
– Королевский приказ даёт ясно понять, что дети будут жить со мной до момента совершеннолетия или до момента моей гибели.
– Отблагодарил, однако, его величество. Когда можно подать следующее прошение о помиловании?
– Несколько месяцев назад подавал, никакого ответа, сейчас только осенью.
– Отложим этот разговор, но хочу предупредить, Никита, что замуж за тебя не пойду! Может, по-хорошему отпустишь?
Он мотнул головой.
– У тебя бывают выходные? – он непонимающе на меня посмотрел. – Дни отдыха от шахты, – пояснила я.
– Раз в неделю, по субботам. А что?
– В лес пойдём, у меня есть книга с пометками, думаю, что моей предшественнице она досталась в наследство, там очень интересные записи. Нам необходимо найти как можно больше дорогих растений.
– Я не травник, не увижу их, – Никита посмотрел на книгу. – Простые растения могу как маг, а вот более редкие не получится.
– От тебя этого не требуется, – пробубнила я, сканируя взглядом сильное мужское тело. – Мне нужен защитник от диких зверей. Сумеешь?
Никита кивнул, улыбаясь уголками губ.
– Ты обратилась к нужному человеку.
На том и порешили.
А к разговору о свободе я ещё вернусь, главное – найти нужные аргументы.
 
Глава 14. Молочный зуб
 
Мы с детьми, не боясь, в сопровождении Вишневского ещё раз сходили в лес. Далеко забредать не стали, прогулялись вдоль опушки.
Повезло наткнуться на куст с чёрными ягодами. Маленькие зелёные листочки обрамляли кисточки с крупными, сверкающими на солнце плодами.
Дети не знали названия растения, да и никогда не натыкались на него. Полистав книгу, нашла описание. В душе надеялась, что они будут стоить дорого, раз детям это растение незнакомо, но ошиблась.
Ягоды были непригодны в пищу, ядовиты, но лекари-аптекари их покупали для своих нужд. В примечании от руки был совет собирать только самые крупные яркие плоды. Так как на сегодня каждая монетка на счету, предупредила детей, чтобы в рот ягоды не брали, и мы в шесть рук за пять минут обобрали куст. В нашем распоряжении было примерно тридцать ягодок, красивых да пузатых. За них я надеялась выручить две медные монеты. А что, полкило муки куплю.
Только мы развернулись и пошли дальше по опушке, как за спиной раздался звук поедания травы.
– Вишневский, – округлив глаза, смотрела, как мой конь объедает ядовитый куст. – Выплюнь, отравишься!
Попыталась оттолкнуть зверюгу от растения, но получила обратный эффект: Вишня, развернувшись ко мне широким задом, хлестанул длинным хвостом по плечу.
Урча и закатывая глаза от удовольствия, дал понять, что сам знает, что ему есть, а что не стоит.
– Отравишься, ко мне не приходи жаловаться, – буркнула в ответ, дожидаясь поодаль, когда тот насытится.
Пока четвероногий друг обрабатывал куст, мы с детьми, сев на пенёк, выпили воды и съели по блинчику.