Второй шанс. Книга вторая

— А на десерт, — продолжил с восторгом и преданностью взирающий на меня повар, — я приготовил Облачное пирожное!
Понятно, значит сегодня я обойдусь одним морским тартаром.
— Благодарю вас, — вежливо поблагодарила я.
— О, что вы, мадмуазель Асьен, не стоит. И я так же хотел бы попросить прощения за обед, который не вызвал у вас никакого аппетита. Увы, его готовил мой помощник, пока я был занят приготовлением столь утонченного десерта для вас.
Моя улыбка продержалась ровно до тех пор, пока повар не вышел из столовой.
А после, невзирая на скептический взгляд Каенара, я взялась за нож и вилку, и произнесла полагающееся: — Дивного аппетита.
— И вам, — задумчиво ответил кронпринц.
А затем, совершенно не интересуясь моим мнением, прямо по верх изысканного тартара, разместил половину вареной курицы, томленные в винном соусе грибы и лесную зелень.
— Но — я дар речи утратила.
— Что? поинтересовался Каенар. — Теперь не можешь выбрать, какой вилкой все это есть? Должен признать, этикет ты знаешь в совершенстве — выбрать нужную вилку из шести представленных, это впечатляет.
Лишь сейчас я обратила внимание на сервировку стола.
— А ко мне вопросы имеются? — приступая к еде, спросил кронпринц.
Что ж, вопросы действительно были.
— Ваш отец Все эти годы, вы знали, кем является ваш отец?
Каенар, прожевав мясо, запил все вином и ответил: — Естественно. Отец всегда был для меня самым близким и родным человеком. Он отчаянно стремился заменить мне и отца и мать и с младенчества уделял мне немало времени, к нарастающему недовольству усыновившей меня тети. Кроме нее никто ничего не знал.
Даже Эльтериану не было известно об этом Не удивительно, что Каенар обезумел, узнав о смерти императора.
— Отец сложный человек, — продолжил кронпринц, — но я всегда ценил то, что он предоставил мне свободу выбора и никогда не требовал от меня помощи в управлении государством. Однако, став старше, я постарался облегчить его бремя, взяв на себя управление войсками.
У меня не было слов.
— В дальнейшем, — Каенар отставил бокал с вином, — я планировал столь же преданно служить на благо империи, даже когда во главе нее встал бы Эльтериан. Но ситуация с тобой, заставила увидеть то, что я категорически отказывался замечать. Дядя был прав Эльтериан не тот человек, которому можно доверить власть. Ко всему прочему — он ненавидит отца. Почему-то раньше, я этого не понимал.
Кронпринц вернулся к трапезе, а я невольно сменила столовые приборы, взяв те, что предназначались для мясных блюд. Насмешливый взгляд Каенара не заставил изменить свой выбор.
— Выглядишь как одна из моих сестер, но твои манеры куда более изысканы, а красота совершенна, — констатировал Ангел Смерти. Еще вопросы?
Что ж, почему бы и нет.
— Асуры, — произнесла я.
Усмехнувшись, Каенар сообщил: — Род моей матери происходит из Нижнего мира. Ее домашним питомцем был иглор по прозвищу Сумми, от Сумрак. К сожалению, в момент, когда мою мать убивали, ее питомец был заперт в подземелье замка — отец беспокоился, что иглор причинит вред повитухе и лекарям. Лучше бы причинил
Вновь взявшись за бокал, Каенар махом допил все вино, но едва вернул бокал на стол, тот наполнился вновь.
— Иногда, — медленно сказал кронпринц, — отец проявляет недоверие там, где подобного делать не следует. Мне пришлось напомнить ему об этом, когда речь зашла о тебе.
Сменив приборы, я принялась за тартар — он был божественен на вкус.
— Мои люди обожают тебя, — вдруг сказал Каенар. — Они знают меня с детства, и им несложно было понять, что столь существенные изменения во мне произошли с твоей легкой руки. Но устроенное торжество в Серебряном дворце окончательно покорило их сердца. Во дворце Ридданов всегда было чисто, сегодня же все блестит. Заметила?
Осторожно кивнула.
— Управляющий надеется, что ты оценишь их старания, и следующий праздник проведешь в моем дворце.
— Серебряный дворец тоже ваш по праву, — заметила я.
— В таком случае не буду мешать тебе наслаждаться Облачным пирожным, — коварства Каенару было не занимать.
 
— Вы так добры, — нервно ответила я.
Однако поданная к ужину еда была восхитительна, и у меня появилась надежда на то, что столь талантливый повар не может приготовить ничего несъедобного.
— Едва ли меня можно назвать добрым, — парировал кронпринц. — Однако, с тех пор как я перестал принимать Белую Белладонну, мой характер определенно улучшился.
И в этой фразе прозвучал гнев и злость в первую очередь на себя. Похоже, его императорское высочество не мог простить себе того, что не замечал происходящего столько лет.
— Не стоит винить себя, — мягко сказала я. — Вы относились к принцу Эльтериану как к брату, и доверяли ему как члену своей семьи, не ваша вина, что он предал это доверие.
Кивнув, Каенар тихо подтвердил: — В том-то и проблема — я всегда относился к нему как к младшему брату. Прощал то, чего не простил бы более никому. Мирился с тем, с чем не следовало бы. И доверял, несмотря ни на что. Отец препятствовал нашему общению до академии, но в стенах ВАДа я предпринял все, чтобы быть рядом с братом.
И пока я молчала, с нескрываемым сожалением взирая на кронпринца, он легко сменил тему и произнес: — Я слышал, у тебя в Суассоне был жених?
Наивная Асьен из Суассона непременно ответила бы согласием, и расписала все дивные качества своего избранника. Бывшая принцесса погребенной под обломками империи была куда осторожнее в высказываниях.
— Я мало что помню о своей жизни до Суассона. Но в моей памяти отчетливо сохранилось лицо юноши, подавшего мне руку и спасшего от нападения в тот день, когда я попала в город. Можан не был моим женихом в полном смысле данного выражения, между нами никогда не было романтических чувств.
— Но его считали твоим женихом, — с нажимом напомнил Каенар.
О да, считали А теперь считают достойным болота и камня на шее.
— Это Суассон, — как можно безмятежнее ответила я, — на Юге империи в ходу ранние браки. Помолвка с другом позволила мне избежать этой незавидной участи.
— Другом? — переспросил Ангел Смерти, пристально вглядываясь в меня.
— Можан всегда был для меня лишь добрым другом, — с нажимом ответила я. — В ином случае, мы обвенчались бы в мои шестнадцать лет и уже воспитывали бы первого ребенка. На юге не приняты долгие ухаживания.
Взгляд Каенара переместился на мой утянутый корсетом живот, после он вновь взялся за бокал с вином.
— Да, было бы досадно, — отметил кронпринц.
И почти сразу спросил: — Между вами что-то было?
Уверенно встретив его пытливый взгляд, задала встречный вопрос: — Я беременна? Или уже стала матерью?
— Так сразу? удивился Каенар.
— На Юге не приняты долгие ухаживания, — напомнила о вышесказанном. — Горячая кровь южных мужчин диктует свои правила, и влюбленная пара крайне редко ограничивается лишь поцелуями. Весьма редко. Лично мне неизвестно ни об одном подобном случае.
— Хм, кажется, я недооценил Суассон. Вернемся?
— Лучше я съем Облачное пирожное, — мило улыбнулась в ответ.
Каенар ответил улыбкой на улыбку, и внезапно сообщил: — В Нижнем мире есть свой аналог десерта девушек — кровавый пудинг.
— Это название? — переспросила я.
— Нет, название звучит как-то весьма вычурно, а вот десерт, по сути — кровавый пудинг. Изготавливается из крови животных. Оригинальный вкус, должен признать.
О Нижнем мире я была наслышана, но вот одного не знала.
— А какие они, девушки Нижнего мира?
Немного поразмыслив, Каенар ответил: — Смелые. Открытые. Точно знают, чего хотят. Редко следуют правилам. Сражаются наравне с мужчинами, но порой бывают куда опаснее. Ценят свою свободу. И редко славятся красивыми лицами.
— Почему? — изумленно спросила.
Судя по внешности принца Темных гор, обитатели Нижнего мира были довольно красивыми.
Пожав плечами, кронпринц нехотя ответил: — Потому что красивое личико в Нижнем мире приносит не меньше проблем, чем в Небесной империи.