Кареглазая моя (ЛП)

своими богатенькими дружками, как я по ошибке приняла его за наемного работника. И
начнутся смешки у меня за спиной. Ехидные шуточки. Оскорбления.
Желая проложить между нами расстояние в милю, я пробормотала:
– Если позволите… – повернулась и пошагала прочь как можно быстрее, разве что не
пустилась наутек.
– Эй, – услышала я голос Джо, который в два шага догнал меня. Он прихватил свою
аппаратуру и перекинул ее через плечо. – Погодите. Что это вы так испугались?
– Я не испугалась, – возразила я, спеша к павильону на бетонном основании с деревянной
крышей. – Мне некогда.
Он легко приноровился к моему шагу.
– Погодите минутку. Давайте начнем сначала.
– Мистер Тревис… – вздохнула я и застыла как вкопанная, когда до меня дошло, кто он
такой. – Господи, – расстроено вымолвила я, закрыв на секунду глаза. – Вы же ведь один
из этих Тревисов.
Джо обогнал меня и загородил дорогу, взгляд его выражал шутливое недоумение.
– Смотря что вы подразумеваете под «этими».
– Нефтяные деньги, частные самолеты, яхты, особняки. Эти.
– У меня нет особняка. Всего лишь потрепанная халупа в Шестом округе.
– И все-таки вы один из них, – настаивала я. – Ваш отец ведь Черчилль Тревис?
Тень пробежала по его лицу.
– Был.
Слишком поздно я вспомнила, что приблизительно полгода назад патриарх семьи
скончался от внезапного сердечного приступа. Пресса широко освещала похороны, во всех
подробностях муссируя жизнь и достижения Черчилля Тревиса, который нажил свое
огромное состояние на спекуляциях и растущих капиталовложениях, по большей части в
области энергетики. Он был заметной фигурой в восьмидесятых и девяностых годах,
частым гостем деловых и финансовых передач на телевидении. Черчилль Тревис и его
наследники для Техаса то же самое, что королевская семья.
– Я… сожалею о вашей потере, – неловко сказала я.
– Спасибо.
Последовала настороженная пауза. Я прямо-таки ощущала на себе его взгляд, столь же
осязаемый, как луч солнца.
– Послушайте, мистер Тревис…
– Джо.
– Джо, – повторила я. – Я не на шутку занята. Эта свадьба - большое мероприятие. Прямо
сейчас мне нужно проследить за устройством места церемонии, украшением шатра
площадью в восемь тысяч квадратных футов, проведением торжественного приема на
четыреста человек с танцами под оркестр и поздней вечеринки после. Поэтому прошу
прощения за недоразумение, но…
– Не за что извиняться, – любезно ответил он. – Мне стоило бы раньше сказать, но трудно
вставить хоть слово. – В уголках рта играло веселье. – Так что либо мне нужно увеличить
скорость, либо вам замедлить темп. – Несмотря на напряжение, в котором пребывала, я не
смогла удержаться от улыбки. – Так что нечего так уж стесняться Тревисов, – продолжил
он. – Уж поверьте, те, кто нас знает, совсем не испытывают почтения к моей семье. –
Секунду Джо изучал меня. – Куда вы сейчас направляетесь?
– В павильон, – ответила я, кивая на деревянную конструкцию за бассейном.
– Позвольте вас проводить. – Видя, что я колеблюсь, добавил: – На случай, если
наткнетесь на другого скорпиона. Или еще на какую опасную тварь. Тарантулов там,
ящериц… Я расчищу вам путь.
В голове у меня промелькнуло, что этот тип, наверно, способен с ходу очаровать любую
змею.
– Здесь не до такой степени опасно, – заметила я.
– Я вам нужен, – уверенно заявил он.
Мы вместе пошли к месту церемонии через тенистую дубовую рощицу. Белый шелковый
шатёр вдалеке на изумрудном газоне смотрелся словно огромное облако, спустившееся
отдохнуть. Невесть сколько драгоценной влаги потратили на этот чудесный зеленый оазис, раскатанный и уложенный лишь пару дней назад. А завтра всё до последней нежной
травинки нужно будет убрать.
"Звездная пыль" – усадьба с особняком хозяев, несколькими гостевыми домиками и
другими строениями, хлевом и манежем – была рабочим ранчо в четыре тысячи акров.
Моя студия арендовала его у владельцев – супружеской пары – на время их
двухнедельного круиза. Они согласились при условии, что к их возвращению ранчо будет
 
в точно таком же виде, как до свадьбы.
– Давно вы этим занимаетесь? – спросил Джо.
– Организацией свадеб? Мы с Софией, моей сестрой, основали дело три года назад. До
этого я работала в сфере модного дизайна для свадеб в Нью-Йорке.
– Должно быть, вы хороши в своем деле, коли вас наняли на свадьбу Слоун Кендрик.
Джуди и Рэй согласились бы только на лучшее.
Кендрики владели сетью ломбардов от Люббока до Галвестона. Рэй Кендрик, бывший
участник родео с лицом как печеное яблоко, выложил круглый миллион на свадьбу
единственной дочери. Если сегодня у нас всё пройдёт как надо, кто знает, сколько видных
клиентов нам удастся заполучить.
– Спасибо, – поблагодарила я. – У нас хорошая команда. Моя сестра горазда на выдумки.
– А вы?
– Я отвечаю за деловую сторону. И я главный координатор. Забочусь о том, чтобы всё до
мельчайшей детали идеально сходилось.
Мы дошли до павильона, где трио агентов из фирмы, сдающей вещи в аренду,
устанавливали белые стулья. Порывшись в сумке, я отыскала металлическую рулетку. В
несколько профессиональных движений измерила расстояние между веревками, которые
натянули, чтобы выровнять стулья.
– Проход должен быть шириной шесть футов, – сообщила я агентам. – Передвиньте
веревку, пожалуйста.
– Здесь шесть футов, – возразил один из них.
– Пять футов и десять дюймов.
Агент бросил на меня долгий страдальческий взгляд.
– Неужели не хватит?
– Шесть футов, – настойчиво повторила я и со щелчком свернула рулетку.
– Чем вы занимаетесь, когда не работаете? – спросил позади меня Джо.
Я повернулась к нему.
– Я всегда работаю.
– Всегда? – скептически переспросил он.
– Конечно, когда дело окончательно встанет на ноги, я сбавлю темп. А сейчас… – Я
пожала плечами.
Кажется, я никак не могла все втиснуть в один день. Е-мейлы, телефонные звонки, планы, которые нужно осуществить, распоряжения, которые нужно заставить выполнить.
– Всем требуется какое-нибудь хобби.
– А у вас какое?
– Рыбалка, когда выпадает минутка. Охота, в зависимости от сезона. Время от времени
делаю фотографии из благотворительности.
– Какой благотворительности?
– Защита местных животных. Хорошее фото на веб-сайте, которое поможет приютить
какого-нибудь пса. – Джо помолчал. – Может, когда-нибудь вы захотите…
– К сожалению… простите. – Я услышала из пучины сумки мелодию сотового,
повторяющего пять нот «Вот идет невеста». Нашла телефон и увидела номер сестры.
– Я звонила заводчику голубей, он не отвечает, – сообщила София, когда я откликнулась. –
Он никак не согласовал с нами, из какого контейнера мы хотим выпускать птиц.
– Ты оставила ему сообщение? – уточнила я.
– Пять сообщений. А вдруг что-то не так? Что, если он заболел?
– Он не заболел, – заверила я.
– Может, подхватил птичий грипп от своих голубей.
– У него не дикие голуби. А белые ручные, они не болеют птичьим гриппом.
– Ты уверена?
– Позвони ему через пару часов еще раз, – успокаивающе посоветовала я. – Сейчас только
семь. Может, он еще не проснулся.
– А вдруг он опоздал на посадку?
– Он будет здесь, – заверила я. – Слишком рано, чтобы бить тревогу, София.
– И когда же мне позволено бить тревогу?
– Тебе и не позволено, – возразила я. – Это только мое дело. Дай знать, если к десяти до
него не достучишься.
– Ладно.
Я отправила телефон обратно в сумку и бросила на Джо любопытный взгляд.
– Так что вы там говорили о защите братьев меньших?
Он смотрел на меня с высоты своего роста. Большие пальцы в карманах, а вес Джо