Одиннадцатая заповедь (СИ)
- Может, больше не представится случая поесть, - пояснил Дед, вскрывая банку с тушенкой. - Да и по сто грамм фронтовых нам сейчас совсем не повредит.
- Что-то тихо, - сказал Ярик. - Или мы всех положили? Я насчитал восемьдесят трупов, плюс снорки.
- Химера все еще здесь, - я показал на деревья за забором школы.
- Закрытых пространств химера не любит, в школу не полезет, - возразил Дед. - К тому же, она ранена. Но вот из школы мы выйти не сможем, пока ее не прикончим.
- Я смогу, - сказал я, решившись. Встретил вопросительный взгляд Деда, повторил: - Я смогу.
- Самоубийца! - усмехнулся Ярик.
- Нет. У меня есть артефакт. Он защитит от тварей. Здесь, - я положил ладонь на контейнер. - Не забудьте использовать его, если меня убьют.
- Пока от твоего артефакта никакого толку, - сказал Ярик. - Лезут и лезут эти страхоилы, и артефакт им не помеха.
- Для него еще время не пришло, - загадочно изрек Дед. - Давайте выпьем, сынки. За победу и за возвращение домой.
Мы чокнулись. Бренди ударил в голову сильнее обычного, вероятно, потому, что я устал и провел бессонную ночь. К тому же меня мутило от трупного смрада, пропитавшего воздух.
- Ты нашел, что искал? - спросил меня Дед.
- Да, нашел.
- То самое?
- Можно и так сказать. Но последний шаг я так и не сделал.
- Почему?
- Была причина. Может, я однажды об этом пожалею.
- Может, и так, - Дед помолчал, глянул на часы. - Два часа тридцать восемь минут. Время работает на нас.
- Сталкер сказал мне, что вертолет не улетит из Зоны, - решился я. - У вас в ноуте информация, которую не должен знать никто. Зона не позволит ее вывезти.
- Пугает, собака, - Дед зажег сигарету, смял пачку и выбросил в окно. - Курево кончилось. Наверное, это к лучшему, дольше проживу.
- На пять часов! - негромко предупредил Ярик.
Со стороны теплицы к школе приближалась огромная стая слепых псов. Просто громадная свора, я никогда не видел столько собак одновременно. Наверняка их было не меньше сотни. Псы забежали во двор и лавиной метнулись к крыльцу. Мгновение спустя раздался гулкий хлопок, а следом дружный вой и скулеж - псы попали в первую устроенную мной аномалию. Потом внизу, в вестибюле, будто молния шарахнула, это сработала моя "Электра". Ярик с пулеметом занял позицию справа, поджидая собак: я бросился на помощь Деду, полагая, что у него дробовик и МР5 и ему моя помощь может быть нужнее. Из-за баррикады нам было видно, как псы попали в "Воронку", которая всасывала их, как осенние листья и, разорвав, разбрасывала кровавые ошметки по всей лестнице. Зрелище был тем более кошмарное, что псы, как очумелые, лезли в аномалию: в результате получилась настоящая мясорубка. Лишь несколько перемазанных кровью своих товарок собак прорвались к нам, и Дед быстро уработал их из дробовика. Судя по тому, что Ярик дал лишь несколько коротких очередей, на противоположном конце перехода все прошло так же, как и у нас.
Залитые кровью и усеянные клочьями собачьих трупов лестницы выглядели чудовищно. Аномалии разрядились и исчезли, но свою работу они сделали - мы отбили еще одну атаку и выиграли десять минут. Теперь оставалось ждать нового хода Зоны.
Он последовал почти сразу. Из "зеленки" к школе вышла новая группа зомбированных, человек десять. Впереди шел военстал с пулеметом ПКМ. То ли слишком зоркий оказался зомбарь, то ли почуял нас, но из пулемета начал валить как Рэмбо, непрерывным огнем. Пули дождем влетали в окна, не давая высунуться, выбивали из стен осыпавшую нас пыль. Прочие зомбаки тоже открыли огонь, дружно и зло. Но магазины опустели, зомбированные остановились перезарядиться, и мы не могли не использовать такую возможность. Наша ответная стрельба оказалась куда как эффективнее: за пять секунд мы положили семерых, остальные трое все же успели доковылять до входа.
- Держите позицию! - Дед метнулся к баррикаде, перебрался через нее на лестницу.
Мычание и крики уже раздавались на первом этаже, а потом загрохотали автоматные очереди - недолго, всего одну секунду. Четыре гулких выстрела из дробовика положили стрельбе конец .
- Твари безмозглые! - проворчал Ярик. - Мы их уже почти сотню накрошили, а все лезут.
Дед вернулся через минуту. Прислонился к стене, прижал дробовик к груди и поднял забрало шлема. Лицо у него было бледное, осунувшееся, уставшее, отчего седина бороды и усов казались совершенно белоснежными. Он будто постарел на десять лет.
- Мне это начинает надоедать, - заявил подошедший Ярик. - Сколько еще?
- Два часа пять минут. Я вот думаю, сынки, что делать дальше. Они ведь так и будут лезть волна за волной.
- А чего тут думать? - Ярик пожал плечами. - Стоим насмерть.
- Может, перейдем в одно из основных зданий? - предложил я. - Закрепимся на крыше?
- Опасно, - возразил дед. - Если начнется выброс, спрятаться будет негде.
Мне нечего было сказать в ответ. Платов был абсолютно прав. Здесь, на этой позиции, мы худо-бедно можем укрыться в одном из уцелевших классов. Четвертый этаж школы почти полностью разрушен, там полный каюк.
- Сейчас бы штук двадцать МОНок, - заметил Ярик. - Заминировали бы весь первый этаж и ага.
- Чего нет, того нет. - Дед положил дробовик на стол, вооружился МР5. - Проверим боекомплект. Пиндос, у тебя сколько?
- Три полных магазина, один начатый. К пистолету около сотни зарядов.
- Ярик?
- Одна коробка. Три обоймы к пистолету.
- У меня два магазина к МР5, два к "калашу" и тридцать патронов к ружью. И на троих пяток гранат. Еще РПГ-26 есть. Маловато.
- Ну ты, если что, за нож возьмешься, - попытался пошутить я. - Ты ж мастак ножом орудовать.
- Химера не уходит, - сообщил Ярик, выглянув в окно. - Караулит, стерва.
- Она и не уйдет.
- А вон еще одна, - я заметил мелькнувшую в "зеленке" возле школы бурую спину. - Похоже, новая волна на подходе.
- От химер не отстреляемся. - Дед помолчал, будто захваченный новой мыслью, потом повернулся ко мне. - Наверное, пришло время твой артефакт использовать, Пиндос.
- В смысле?
- Точка эвакуации здесь совсем рядом. Площадка около обелиска героям войны. Метров двести-двести пятьдесят отсюда. Возьмете ноутбук и дунете туда во все лопатки.
- Чего? - Ярик аж опешил.
- Оставить тебя одного, на верную смерть? - Я от возмущения едва нашел нужные слова. - А вот хрен тебе. Я....
- Это приказ! - Дед рявкнул так, что я вздрогнул. - Приказ, поняли? Времени нет на болтовню, сейчас новая волна пойдет. Берите ноут и валите отсюда.
- Ты что творишь, бать? - Ярик так сжал челюсти, что желваки заходили. - И не проси, выбираться только вместе будем.
Дед открыл рот, но ответить не успел: со двора раздался звериный многоголосый рев, близкий и оттого еще более страшный. Мы бросились к окнам, но двор был пуст - или нам только казалось, что он пуст. Я увидел, как отлетела в сторону отброшенная невидимой ногой доска и сразу понял, в чем дело.
- Кровососы! - заорал я.
Нечеловеческой силы удары уже крушили левую баррикаду: мы с Яриком едва успели занять позицию, как нагромождение столов обвалилось, и в проходе буквально из воздуха возникла кошмарная тварь - огромное, метра два высотой человекоподобное существо с горящими красными глазами и шевелящимися на месте рта мерзкими щупальцами, будто отлитое из черной бронзы сумасшедшим скульптором, начитавшимся романов Лавкрафта, - а за спиной чудовища маячил еще и его брат-близнец.
Ну вот, теперь нам точно кирдык.
Я никогда прежде не встречался с кровососами вживую, но наслышан о них много. Кровосос - чемпион по убийству сталкеров, ни собаки, ни псевдопсы, ни контролеры, ни бюреры, ни химеры, не могут похвалиться таким же количеством загубленных сталкерских жизней, как эта тварь. В Зоне это главный и самый грозный охотник на людей. Главная причина этого - интересная и никак не объясненная учеными способность кровососа становиться невидимым и подкрадываться незаметно к ничего не подозревающим жертвам до момента последнего броска, только в это мгновение кровосос становится видимым, внезапно появляясь перед несчастным, которому не повезло с ним встретиться. Одного взгляда на эту образину достаточно, чтобы навалить со страху полные штаны. Все, что я слышал о кровососах, только подпитывало мой ужас перед ними. Я знал, как умирают несчастные, павшие в лапы кровососа - медленно, ужасно, потому как тварь не выпивает всю кровь до конца, но своими могучими ручищами ломает жертве кости и оставляет на потом, все чувствующую, все понимающую и знающую, что спасения уже не будет...