Одиннадцатая заповедь (СИ)
- Не время о пустом балаболить. Нам нужно выбираться отсюда побыстрее, - Дед положил мне ладонь на плечо. - Нехорошее тут место. Задержимся, будет полный пердимонокль.
- Знать бы еще, куда идти!
- Послушай, я примерно представляю себе, как эта нора устроена. Приходилось бывать в похожих сооружениях. На самом нижнем уровне должен быть выход в транспортные туннели, из которых можно выбраться на поверхность. Хрен его знает, что там можно встретить, но выбора у нас нет - главный вход разрушен выбросом. Придется искать другой путь. Наемники пришли со стороны Припяти. Видимо, есть какой-то переход из лаборатории в Припять.
- Они туда и собираются уйти, - сообщил я. - Так что ты прав.
- А то! В любом случае нечего тут топтаться. Хватай фонарь и топай за мной.
Я понял, почему Дед так сказал: у него в шлеме есть прибор ночного видения, и он отлично видит в этой темноте. Я взял фонарь: его луч выхватывал из мрака какие-то стеллажи с пластиковыми емкостями и пропыленными картонными коробками. Пол под ногами был усыпан бетонной крошкой и осколками стекла, и они предательски хрустели под подошвами. Мне казалось, что этот хруст должен слышаться по всему подземелью. Дед шел медленно, крадучись, я старался повторять его движения, и все происходящее казалось мне дурным сном. Миновав стеллажи, мы попали в маленький тамбур и уперлись в железную гермодверь: Дед провозился с механизмом задраивания не больше полуминуты. Из хранилища мы вышли в длинный темный коридор, вдоль стен которого громоздились длинные оружейные ящики, штабеля швеллеров и разного фигурного металла, стояли баллоны. По стенам были проложены пучки толстых кабелей. В конце коридора оказался неисправный лифт. Табличка на стене рядом с лифтом извещала, что мы находимся на первом уровне, а всего уровней четыре. Мы прошли влево и увидели выход на лестницу. Здесь Дед подал мне знак остановиться.
- Идем тихо, - шепнул он и начал спускаться вниз. Я продолжал следовать за ним, светя себе под ноги фонарем и сжимая в правой руке пистолет. Мы миновали два пролета, и здесь я услышал гудение, похожее на шум газовой горелки. Слишком знакомый звук, чтобы его не узнать.
- Внизу "Жарка", - прошептал я. Дед кивнул, показывая, что понял. Воздух вокруг нас сделался горячее, аномалия была достаточно мощная. Дед знаком велел мне бросить вниз болт. Я так и сделал, и в глубине лестничной клетки полыхнул столб огня.
Аномалия оказалась впечатляющих размеров и силы, но не настолько большой, чтобы перекрыть нам путь вперед. За "Жаркой" находилась дверь на второй уровень. Это был лабиринт заброшенных помещений со старой, еще советского производства и давно вышедшей из строя техникой и затаившимися кое-где аномалиями. Чаще всего встречался "Холодец", начинавший вздыхать и пузыриться при нашем приближении. Воздух был наполнен испарениями, токсичная взвесь оседала на комбинезоне, и меня это обеспокоило - не разъест ли? Никакой живности нам не встретилось, и это было хорошо. Вездесущих крыс и тушканов и тех не было. Плутать пришлось довольно долго, но в конце концов мы выбрались к шахте грузового лифта. Здесь находилась консоль аварийного освещения. Дед щелкнул рубильником, щиток затрещал, заискрил, лампы по стенам замигали и зажглись тусклым красноватым светом.
- Работает еще электростанция, - вздохнул он. - Так-то лучше.
- Слушай, Платов, я.... - начал я и осекся: у меня не определенно не хватало духу сообщить о том, что я знал. - Ты это, куда меня ведешь?
- В нижние круги ада. Ты не мельтеши особо, просто спину мне прикрывай. И не пали в белый свет, патронов кот наплакал. Разбираться буду я.
- Понял, - я попытался проглотить противный ком в горле, но он никак не хотел проглатываться. - Тут говорят, Зона сама электричество производит. Безо всяких генераторов, просто так, из воздуха. Даже автомобильные аккумуляторы и те работают. Брошенные десять лет назад машины заводятся на раз. Сам видел.
- Наемников человек восемь, - Дед вошел в лифт и жестом позвал меня за собой. - Ежели засекут, верный кирдык нам. Так что главное скрытность и осторожность.
- Уразумел. Давай уж, запускай.
Дед попытался пустить лифт, но он не заработал. Тихонько выругавшись, Платов застучал кулаком по кнопке, но это ничего не дало.
- Придется по лестнице вниз спускаться, - заявил он. - Опасно, но выбора все равно нет. Двигай за мной, хлопец, и бдительности не теряй.
Спускаться пришлось долго. На самом дне шахты притаилась маленькая "Электра", которую, впрочем, несложно было обойти. Здесь стало ясно, почему подъемный механизм не работал: подъемник перекосило, часть тросов была порвана, стальная клетка покорежена. Темные размазанные пятна на полу подъемника напоминали засохшую кровь. Из глубины подземелья тянуло сыростью, слышалось какое-то завывание будто ветер гулял по этимподземельям. Здесь было очень темно, луч моего фонаря выхватывал стены из сплошного бетона и пол с темными подтеками. Дед уверено прошел несколько шагов и отыскал на стене выключатель. Мы стояли в бетонном туннеле с полукруглым сводом, в дальнем конце которого располагался вход с мощной металлической дверью. Слева от двери находился кодовый замок, справа табличка с надписью по-английски:
THE ZOLAB RESEARCH STATION
LEVEL 3
AUTHORIZED PERSONNEL ONLY
Испытательная станция " Золэб "
Третий уровень.
Вход только для авторизованного персонала!
- Ишь ты! - с удовлетворением в голосе сказал Дед. - Искали выход, а нашли амерские секреты, мать их. Вот сюда ты и шел, парень.
- Шел, да не про меня был поход, - я почувствовал неожиданную досаду оттого, что кто-то другой наверняка опередил меня.
- А ты не печалься. Похоже, войти все равно придется.
- У нас нет декодера, - возразил я. - По-другому дверь не открыть.
- Она открыта, отсюда вижу. Кодовый замок уже взломали. Подожди тут.
Удивленный его словами, я встал у подъемника, держа пистолет наготове. Дед подошел к двери, достал нож и с полминуты что-то там делал, а потом отворил дверь, повернув массивный винт замка. Вход на третий уровень раскрылся, как зев морского чудовища, полный мрака. Я посветил туда фонарем - за дверью начинался короткий коридор с двумя железными дверями справа и слева и двустворчатой стеклянной дверью прямо перед нами. Одна ее створка была вдребезги разбита, осталась только металлическая рамка.
- Интересно, что за этой дверью, - сказал Дед, подойдя к левой от нас двери.
- Мы ее все равно не откроем.
- Ошибаешься. В электронике я не очень, зато с механикой на ты. Есть какой-нибудь инструмент, отвертка там, пассатижи?
Я молча открыл рюкзак, вытащил дорожный набор с инструментами, который постоянно таскаю с собой и протянул Платову. Тот хмыкнул, взял набор, открыл, выбрал самую длинную отвертку и принялся за работу.
- Я когда пацаном был, у нас в поселке один мужик жил, работал в часовой мастерской, что была в доме напротив нашего, - начал он. - Фамилия у него была Лабазов, но мы его просто Михалыч звали. Дружил он с моим отцом. Мастер был от Бога. К нему со всей области люди часы везли, да какие! Ломаные-переломанные, которые уже полвека не шли, а он все делал. Так вот, отец однажды в Москве случайно познакомился с одним антикваром. Тот стал ему про сокровища свои рассказывать, да и похвастался, что есть у него совершенно драгоценный экземпляр - золотой брегет "Патэк Филипп", который был подарен самой королеве Виктории в 1851 году. Цены, мол, ему нет, только вот сложнейший механизм уже сто лет стоит, и ни один часовщик в Москве не берется за ремонт. Отец посоветовал антиквару Михалыча, тот посмеялся, но все же обещал приехать к отцу в гости с этим брегетом. Ну и что ты думаешь? Приехал он, привез свое сокровище, так Михалыч этот брегет за два часа ходить заставил. Москвич так опешил, что аж тысячу рублей теми деньгами Михалычу за ремонт совал и чуть ли не руки ему целовал. А Михалыч взял с него по прейскуранту, два рубля пятнадцать копеек... Я к тому рассказываю, что я мальцом любил у Михалыча в мастерской сидеть и за его работой наблюдать, а порой он мне кое-какие несложные вещи поручал делать. Как бы учеником я у него был. Ну и научился малясь разным полезным штукам. А уж в армии... Ага, готово!