Рябиновый костёр (СИ)

— Да делайте, что хотите! — в сердцах воскликнул уже официально бывший тесть Фёдора. — Только потом не жалуйся! — пригрозил он Ларисе. — И есть с вами за одним столом я не буду!
Он рванул из комнаты, Лариса пошла за ним, а Фёдор и Алиска остались стоять, недоумевающе переглядываясь.
Из коридора доносились приглушённые голоса. Слов было не разобрать, но тон не оставлял сомнений: там ругались. Фёдор ещё раз взглянул на дочь и заметил, что она расстроена. Надо было срочно как-то её отвлечь, но в голову ничего не приходило.
Наконец послышался хлопок двери и в комнату вернулась Лариса.
— Ну, ребёнок, — как ни в чём не бывало произнесла она, обведя рукой разложенные простыни, — объясни-ка нам, что всё это значит.
Алиска закатила глаза, всем своим видом показывая, что взрослые такие взрослые, и, возмущённо взмахнув руками, всё же соизволила объяснить.
— Это мои простыни, я в них сейчас вещи буду собирать. — Она посмотрела сначала на Фёдора, потом на Ларису и, видимо, поняв, что они ничего не поняли, продолжила. — Ну, как в сказках! Ты же сам их мне читал, папа!
— А-а-а-а, — протянул Фёдор, кивая. — Да-да, помню. Но только всё ещё не могу понять, зачем тебе собирать вещи.
— Имущество разделяю, — тяжело вздохнула дочь.
— Зачем? — в голос спросили Фёдор и Лариса.
— Так всегда при разводах делают, я знаю, мне наш психолог в школе всё объяснила. Вот в эту я сложу игрушки, которые заберу к папе, — ткнула она пальчикам в одну из простыней. — В эту — те, что к дяде Игорю заберём, а в эту — те, что отправим бабушке, а то у них только книги и книги, даже поиграть не с чем.
— Хорошая идея, — согласно кивнул Фёдор. — Но предлагаю заняться этим позже, после ужина. Согласна?
Алиска секунду подумала и согласилась.
Ужин готовили все вместе, и от этого кухня вдруг показалась совсем маленькой.
— Ой! — воскликнула Лариса, чуть не поранив Фёдора ножом, когда Алиска в очередной раз кинулась ей помогать. — Лиска, сядь, сейчас всё будет готово, — приструнила она дочь и виновато посмотрела на Фёдора. — Прости. Привыкла уже, что у Игоря огромная кухня… Федь, — продолжила она шёпотом, — может, не стоит сдавать квартиру? Живите тут с Дашей, а деньги просто откладывай Алисе на счёт.
Она была права, и Фёдор это понимал, но упрямство взяло своё.
— Нет! Я всё решил!
— Точно! — вмешалась в разговор Алиска.
«Вот ведь мартышка, — с улыбкой подумал Фёдор. — Ничего от неё не скроешь».
— Что точно? — спросил он.
— Мы все можем жить у дяди Игоря! Знаешь, какой у него дом огромнючий! Там всем места хватит.
— Нет, Лисонька, — присел Фёдор перед дочерью на корточки, — так нельзя.
— Но почему? — расстроилась Алиса. — Дядя Игорь против не будет — я его уговорю.
Фёдор беспомощно посмотрел на Ларису в ожидании помощи, но та лишь развела руками, и понял, что придётся выкручиваться самому.
— Давай поговорим об этом, когда ты немножечко подрастёшь, — легонько щёлкнул он дочь по носу.
— Почему? — опять спросил ребёнок. — Я же так хорошо всё придумала!
Как на это ответить, Фёдор не знал. Хорошо, что вмешалась Лариса, сказав, что еда стынет. Через несколько минут у них получилось отвлечь дочь от её «гениальной» идеи, оставалось надеяться, что она к ней не вернётся. А Фёдор с горечью подумал, что впереди у неё ещё столько этих самых «почему?», на которые не всегда найдутся ответы…
  
Часть 37
 
Часть 37
Заявление на увольнение Шор Ларе не подписал, через секретаря велел немедленно явиться пред его светлы очи. Лара разозлилась, ей казалось, что все точки над i уже поставлены, мосты сожжены и отмотать назад не получится. Но Шор явно воспринял её демарш, как способ набить себе цену или как истерику брошенной женщины. Это злило и обесценивало всё то хорошее, что когда-то было между ними. Лариса искренне считала, что у Артура Алексеевича к ней были чувства, а главное, что он её ценил как профессионала в своём деле. Но, как оказалось, она крепко ошибалась.
 
Ну что ж, придётся пережить и это.
Удивительно было то, что в её взаимоотношениях с Игорем, с дочерью и с Фёдором был полный порядок. Наконец, спустя столько лет, в её жизни наступила та самая гармония, к которой она стремилась. С Игорем она чувствовала себя как за каменной стеной, он был идеальным партнёром, созданным как будто специально для неё. Они понимали друг друга без слов, да им и помолчать вместе было о чём. Этому мужчине изменять не хотелось. Лара даже представить себе не могла, что ей нужен кто-то другой. А ещё ей нравилось быть слабой рядом с ним, почему-то с Федей Ларе такое в голову даже не приходило. С Фёдором она была чуть-чуть мамочкой, и Ларису выводили из себя его несговорчивость, непослушание и его принципы, которые не совпадали с её жизненной позицией. Всё изменилось в последнее время, но, к сожалению, было уже поздно — их семейная история закончилась.
Она задумалась, совершенно не слушая то, что рассказывает ей клиентка. Вернулась в здесь и сейчас, только когда та замолчала.
— Лариса Анатольевна, у вас проблемы? — услышала Лара вопрос и смутилась.
— Нет, я отвлеклась, извините.
— Мне сегодня предложили записаться к другому врачу, я отказалась, — с гордостью произнесла женщина.
— И всё же вам придётся сменить врача, я ухожу из Центра, — с улыбкой ответила Лара.
— Руководство достаёт? Если надо написать какую-нибудь бумажку в вашу защиту, только скажите, я с радостью. Вы так мне помогли! Я безумно вам благодарна.
Это было приятно, очень приятно. Лара чувствовала прилив сил. Да, есть те, кому она сумела помочь, всё же не зря училась и работала. Да и чувство удовлетворения важно.
— У меня произошли глобальные перемены в жизни, и я решила уйти, вот и всё, — ответила пациентке Лариса.
Та ещё раз поблагодарила её и собралась уходить. Ларе это было на руку, есть время поговорить с начальством.
По пути к Шору она заглянула в регистратуру и настоятельно попросила не записывать к ней первичных пациентов. Девочки пообещали исполнить её просьбу.
— Что это ты от денег отказываешься? — Лена возникла рядом будто из ниоткуда.
— Не в деньгах счастье! — назидательно произнесла Лариса.
— Ну, не у всех есть состоятельные любовники… Кстати, давно не видела твоего нового бойфренда. — Лена говорила с улыбкой, но из неё сочился яд. — Ответь, подруга, вот почему одним и муж порядочный, и любовник богатый, и диссертация, и звание, и вообще всё, а другим ничего, и даже клиенты не идут?
— Хочешь последние сплетни? — Лару развеселила Ленкина речь. — С мужем я развелась, так что он, конечно, порядочный, но уже не мой. Я теперь совершенно свободная женщина.
— Вот как… — Лена задумалась.
— Что тебя так озадачило? — поинтересовалась Лариса. — График работы у Феди не изменился, и тебя он примет вне зависимости от того, состоим ли мы с ним в законном браке или нет.
— Да, но теперь, зная все мои болячки, он меня как женщину вряд ли воспримет. А я бы могла стать ему хорошей женой, — с сожалением произнесла подруга, опустив голову.
Лара поспешила свернуть этот разговор, уж больно ей не понравилась его неожиданная направленность. Сослалась на то, что ей надо к шефу, и пока шла по коридору, думала, не её ли вина в том, что Ленка воспринимает Федю, как безвольную куклу. Или у неё самомнение настолько завышенное, что она считает, что любой мужчина падёт к её ногам? Федя не призовой фонд, он личность.
В приёмной секретарши не оказалось, и Лара, постучав в двери кабинета Шора, просто вошла. Каково же было её удивление, когда в кабинете начальника она увидела собственного отца.
— Папа! А ты тут какими судьбами? — Лариса даже поздороваться забыла, настолько была шокирована.
— А чему ты удивляешься? — возмутился он. — Кто, как не я, обязан исправлять твои косяки? Судя по тому, что ты творишь, тебя психиатрам показывать надо и проводить адекватное твоему состоянию лечение. Хорошо, что Артур Алексеевич мне позвонил вовремя и я смог принять необходимые меры.