Единственный шанс мессира Хаоса (СИ)

— Ну же, всё хорошо, — шепчу, целуя её пальцы, — мы сегодня же уедем отсюда, помнишь?
Дэниэлла моргает пару раз, затем сползает с кровати и обнимает меня своими тонкими руками, прижимаясь всем телом. Её трясет и я глажу её по спине, и медовым волосам. Она утыкается личиком в изгиб моей шеи и я кожей ощущаю её теплое дыхание.
Не знаю сколько мы стоим так, на коленях друг перед другом. Мне кажется я мог бы провести так вечность.
На что рассчитывал этот несостоявшийся “жених”? На случайное стечение обстоятельств или на то, что здесь Дэниэлле причинят вред и она, “одумавшись” сама бросится в его спасительные объятия? Поэтому он не торопился заявиться раньше?
Накануне я попросил своего друга — лейтенанта Вильеса осторожно выяснить про девушку, все, что возможно. Я знаю, что она переехала в селение Шиасс со своим прадедом ради обучения. Также я узнал множество противоречивых сплетен. Единственный вывод, который я из них сделал: Дэниэлле там не место. А то, что сразу после смерти её единственного родственника Дэниэлла потеряла и дом наводило на мрачные мысли.
Этот урод сегодня окончательно подтвердил мои подозрения и слова Вильеса. Ей бы не просто не позволили уехать. Её бы вынудили выйти замуж за того детину, наплевав на желания самой девушки и радовались бы, что под боком всегда есть маг и целитель. А что это значило бы для неё? И только ли потеря свободы и нелюбимый мужчина так напугали девушку? Было ли что-то еще, что-то от чего риск бежать и просить помощи здесь показался ей меньшим злом, нежели риск остаться в Шиасс?
Мне всё ещё хочется догнать того селянина, чтобы врезать пару раз сверху. Хаос клокочет внутри, подстёгивая, уговаривая поддаться безумию. Опустошить тех, кто вел себя недостойно. Но я привычно подавляю злость. Сейчас имеет значение только девушка. Дэниэлла.
— Сначала я покормлю тебя. Затем мы отправимся за твоими вещами. — Она вздрагивает, осознавая, что еще не всё закончено. — Я с тобой. Ты в безопасности. Я увезу тебя отсюда сегодня же.
Она кивает, и это движение головой возле моего плеча я скорее чувствую, чем вижу.
Подхватываю её и переношу к накрытому столику. Колеблюсь лишь мгновение, но, не в силах выпустить её из рук, располагаюсь на подушках, устраивая Дэниэллу на своих коленях.
Она не пытается освободиться, лишь снова прячет лицо, утыкаясь мне в изгиб шеи.
Я накладываю на кусочек хрустящего хлеба тонкие ломтики мяса и овощей и протягиваю его Дэни. Она отпускает мою шею, но вместо того, чтобы взять хлеб из моих рук тянется и откусывает от него кусочек. Светлые небеса, так она сведет меня с ума. Остатки злости и напряжения моментально покидают меня. Мысли в голове растекаются сладкой патокой и я завороженно слежу за чувственными губами Дэниэллы. Она съедает всё и я беру второй ломтик хлеба и снова накладываю на него мясо и овощи. На этот раз Дэниэлла забирает его из моих рук, а я заставляю себя подавить мимолетное разочарование. Но Дэни подносит хлеб к моим губам и поднимает на меня взгляд.
— Тебе тоже нужно есть, Рион, — её голос чуть громче шепота. Её лицо так близко.
Я медленно тянусь губами к хлебу и откусываю. Дэни опускает взгляд на мои губы.
— Дэниэлла… — из меня вырывается хриплый шепот, взгляд падает на её приоткрытые мягкие губы.
— Мессир! Маги и отряд сопровождения готовы к отбытию. — Громкий голос гвардейца заставляет Дэниэллу дернуться и начать растерянно озираться. Воин находится снаружи и не видит нас, но девушка явно осознала сейчас, где она находится и сильно смутилась.
— Всё хорошо, не беспокойся. Мне нужно уйти, а ты должна поесть. В горшочках похлебка, полагаю ещё теплая.
— Тебе тоже нужно есть! — неловкость тут же сменяется на её личике возмущением и это заставляет меня тихо рассмеяться.
  
Глава 19. Послушание
 
Дэниэлла. Лагерь. Маг выходит из шатра и я слышу его голос, отдающий чёткие и ёмкие распоряжения. Едва заставляю себя проглотить несколько ложек похлебки, которая оказывается не только теплой и вкусной, но и удивительно сытной.
 
Меня всё ещё немного мутит от произошедшего. Слишком хорошо я помню тошнотворное ощущение беспомощности и отвращения, когда Сарид прижимал меня к столешнице. Помню как меня потом долго трясло и было страшно выйти из хижины. Помню, как несколько дней просидела дома, а после уговаривала себя открыть дверь и переступить порог, пытаясь жить дальше и быть смелой. В какой-то момент я представила, что Сариду удастся увести меня и это станет концом всех моих надежд. Я понимала, что этого не произойдет, молодой маг не допустит, но иррациональный страх слишком глубоко въелся в моё сознание. А потом я оказалась в его руках…
— Давай помогу тебе собраться, мы выдвигаемся в путь. — Тот, о ком я только что думала, входит в шатёр и, встретив мой взгляд, дарит мягкую едва заметную улыбку. — Ты поела?
— Да, спасибо. А вот ты почти не притронулся к пище. Между прочим похлебка очень вкусная. — Выдавливаю из себя улыбку, надеясь, спрятать за ней истинное состояние.
— Все хорошо, Дэниэлла. Нам уже пора.
Да что же это за упрямство! От негодования я даже забываю о собственных страхах. Скрещиваю руки на груди и приподнимаю бровь, как делала моя учительница грамматики, сердясь на кого-то из учеников:
— Мы никуда не поедем, пока ты не поешь! Я сама соберусь, не маленькая. Но я не сдвинусь с места, пока не увижу, что этот горшочек пуст!
Лицо Риона вытягивается, а затем он разражается смехом. А я так и зависаю осознавая, что впервые вижу, как он смеется.
— Светлые небеса! Меня ещё не отчитывали, за несъеденный обед! — он возводит глаза к небу, но послушно садится к столику и принимается за еду.
  
Глава 20. Шиасс
 
Эдеррион. Северные территории.
Девушка немного напряжена и растеряна. Она опасливо косится по сторонам, когда мы приближаемся к селению.
— Тебе обязательно забирать то, что осталось в хижине? Я могу обеспечить тебя всем, что тебе нужно, Дэниэлла.
Она отшатывается и бросает через плечо взгляд, полный возмущения.
— Я в состоянии сама о себе позаботиться. Я не нищенка. В хижине остались документы на наследство, которое я намерена получить по прибытии в столицу. — Её спина выпрямляется а во взгляде появляется уверенность, которой ещё несколько мгновений назад и близко не было. Гордая. Независимая. Отчего-то эта мысль заставляет улыбнуться.
— Не хотел тебя оскорбить, но, если дело только в средствах…
— Ты сказал, что с тобой я в безопасности, помнишь? К тому же там бумаги, без которых мне не устроиться на работу в столице.
— Тогда, давай уже заберем всё, что тебе нужно и покинем эти окрестности.
***
В хижине кто-то побывал. Все перевернуто. Что-то искали?
Я стою возле входа, наблюдая как девушка быстро, не теряя время на причитания, проверяет потайную нишу в стене и что-то под полом. А я размышляю: много ли девушек обладают хоть долей той предусмотрительности, которую я наблюдаю в Дэниэлле? И какого это для юной девушки остаться одной в окружении тех, кто жаждет использовать её прогибая под свои интересы?
Дэниэлла замирает и обводит хижину внимательным взглядом, словно перебирает в голове всё, что она могла забыть. Её тонкие пальцы сжимают небольшой потрёпанный походный мешок. Неужели в нем всё, что ей нужно? Так мало вещей. Когда я спрашиваю её об этом — девушка заметно смущается. Может она просто решила оставить старые вещи в прошлом? Подхватываю мешок, выходя из хижины и передаю одному из гвардейцев. Он крепит его к своему седлу.
Когда мы отъезжаем, Дэниэлла даже не поворачивается, чтобы бросить последний взгляд на место, в котором она провела последние месяцы жизни.
Впереди, слышится тихий гул голосов и я отрываюсь от собственных мыслей, чтобы взглянуть на дорогу.
Лейтенант Вильес, за которым я следую, притормаживает своего верена и теперь мне тоже приходится остановиться. Остальные войны подходят ближе, останавливаясь по обеим сторонам от меня.