Путь человека (СИ)

Разобравшись с компьютером-шпионом, я продолжил разборку подарка с сюрпризом от Арасаки. За ту неделю, что я провёл за поиском всех возможных уязвимостей, из корпуса компьютера было извлечено три жучка-трекера, и демонтированы все устройства самоуничтожения. Ещё две проверки и можно будет собирать компьютер обратно, избавившись от всех лишних систем.
В итоге, получив доступ к нормальному компьютеру, я понемногу осваивался с имеющейся операционной системой, языками программирования и весьма ограниченными возможностями имеющихся технологий. В первую очередь я создал ряд программ, которые облегчили некоторые рутинные расчёты, следом, немного покопавшись в имеющемся программном обеспечении, я оптимизировал его работу и увеличил производительность. Но основным моим проектом было создание основы для моего первого робота, в основе которого будет лежать обнаруженный ранее шпионский компьютер, и пусть для этого приходилось писать отдельную операционную систему, но в будущем это окупится.
Пока я был занят своими проектами, периодически выбираясь на природу, для морального отдыха, который был мне всё ещё нужен, и продолжая заниматься физическими упражнениями, хаос в мире продолжал нарастать. Так, в начале августа произошёл мировой финансовый кризис и обвал фондовых рынков, отчего ряд мировых экономик начало лихорадить: в США начали массово закрываться предприятия, что привело к увеличению количества бездомных, которые тут же начали сбиваться в банды, в Польше было введено военное положение, а бегущих от голодной смерти и нищеты жителей Северной Африки и Ближнего Востока гостеприимная Европа начала встречать оружейным огнём. В СМИ даже началась появляться информация о проекте «Крепость Европа». Не обошли проблемы и Советскую Федерацию, по которой последствия финансового кризиса пусть и ударили, но из-за наличия остатков социалистической экономики, той её части, которая ещё работала, удар страна выдержала.
С началом моей работы в новой лаборатории, примерно в середине сентября 1994, закончилась Центральноамериканская война, США, испытывая огромные проблемы с экономикой, больше не могли продолжать изматывающий военный конфликт и по-тихому вывели свои войска, оставив на произвол судьбы лояльных им людей. В СМИ начались разговоры об объявлении независимости некоторыми штатами. И как вишенка на торте, в Питтсбурге произошла ядерная авария, большая часть сведений о которой замалчивалась.
Сама работа в лаборатории, которая была совмещена с написанием кандидатской работы, представляла собой ряд простейших задач: произвести расчёты, подготовить стенд или провести испытания. Ничего по-настоящему серьёзное мне не доверяли, ссылаясь на мою малоопытность и юность, что выводило меня из себя, но я держался, лишь изредка позволяя себе придавить аурой парии особо наглых «коллег». Темой для кандидатской было выбрано создание и конструирование киберпротезов на основе гидравлических систем, как раз, когда всё будет готово, данное направление станет максимально актуальным. Работая на основе немецкой технологии интерфейсного чипа, я избегал порицания и остракизма со стороны «коллег», и если всё пойдёт как надо, то через год или меньше, у меня появится доступ к нормальным запчастям, из которых в последствии можно будет сконструировать робота.
Время текло, я ездил в институт на работу, в последнее время даже один, после того как родственники окончательно убедились в моей самостоятельности. Единственное значимое, что произошло до конца года, было переименование Советской Федерации в Союз Советских Суверенных Республик. Новые реформы Генсека Андрея Горбарева превратили СССР в аналог Евросоюза, где каждая страна участница имела почти полную автономию, но при этом состояла в общем экономическом пространстве. Также были продолжены реформы по ещё большей интеграции того, что осталось от Союза в Европу, а рыночные отношения развивались семимильными шагами.
В 1995, на фоне продолжающегося финансового кризиса, было странно слышать о начале строительства масс драйвера для запуска небольших объектов в космос на горе Килиманджаро в Африке, как и о возобновление программы создания корректируемых снарядов для стрелкового оружия в США. Обе эти разработки хоть и были весьма интересны, но при этом и стоили немалых денег.
 
Закончилась зима, а за ней и весна, наступила пора экзаменов и защит дипломов, что снова привлекло в институт несколько десятков представителей как отечественных, так и иностранных фирм. Меня, для поддержания имиджа института, привлекли в приёмную комиссию, правда без права голоса, но выглядело всё благообразно: молодого гения не зажимают старики, а работают с ней как с равной. Таким образом, часть выпускников имела честь лицезреть моё кислое лицо во время защиты дипломов или сдачи экзаменов.
После окончания горячей поры, прошли несколько вечеров с иностранными гостями, где перед ними хвалились новейшими разработками и обсуждали возможность получения грантов и прочего финансирования. Пока большие дяди говорили о важных вещах, я спокойно стоял в углу и пробовал заинтересовавшие меня блюда со шведского стола, роль элемента интерьера меня пока вполне устраивала. Единственными, кто подошёл ко мне пообщаться, был представитель Арасаки, тот же японец, что и вручал мне портативный компьютер год назад. Сибури Широ, очень вежливо поинтересовался, как проходит моя дальнейшая учёба, восхитился выбранной темой для написания кандидатской работы и в конце тонко намекнул, что Арасака в курсе моих манипуляций с их подарком, и не держит зла за сорванные планы. После окончания официальных мероприятий, я покинул квартиру отца и со спокойной совестью переехал в родной дом.
Очередное лето, я решил провести, не только продолжая писать управляющие алгоритмы для своего первого робота, но и сделав следующий шаг в физическом развитии. Упражнения с собственным весом позволяли только поддерживать имеющуюся форму, но ощутимого прогресса уже не давали, а потому, мною был куплен набор гантелей, а в мастерской при институте выточен железный прут с резьбой на обеих его сторонах. Если предназначение гантелей было понятно, то прут был по большей части нужен для души, вспоминая как Доминика и несколько других техноассасинов обращались с глефами, я решил научиться чему-то подобному.
За занятиями саморазвитием и редкими поездками в институт, чтобы выполнить ту или иную работу, прошло лето, а моё новое тело наконец-то вступило в фазу активного роста. Вытянуться удалось на добрые пятнадцать сантиметров, если брать показатели начала года. И если рост в целом меня радовал, то все остальные признаки полового созревания запаздывали: вторичные половые признаки так и остались в зачаточном уровне, на что мне в целом было наплевать, а вот отсутствие волос на теле было не слишком хорошим признаком.
В начале нового учебного года, случилось два важных для меня события: во-первых, мою кандидатскую работу отправили на рассмотрение в министерство образования, а во-вторых из посольства Германии пришло заказное письмо с бланком для заполнения. И если первое меня не слишком волновало, то второе было намного интересней. Из-за внедрения положения «Крепость Европа» на всей её территории начали вводить специальные ID (идентификационные карты), которые не только помогали ограничить поток мигрантов, но и делали своих обладателей фактическими гражданами Евросоюза. Вертя в руках бланк, я раздумывал, стоит ли оно того, заранее начать готовиться к переезду за границу?
Ответ на этот вопрос пришёл сам собой в январе 1996, когда после нарушения всех сроков на рассмотрение, мою кандидатскую работу вернули на «доработку», а через месяц, за авторством уважаемого академика АН СССР, вышла диссертация о применении гидравлики в киберпротезировании, в которой были описаны все мои идеи и наработки. Выместив свою ярость на ближайшей стене, разбив руки в кровь и организовав в ней несколько углублений, я уже был готов сорваться в Москву и превратить много мнящего о себе урода в пускающие слюни овощ, но меня успели перехватить. Кто-то из персонала лаборатории, увидев мой приступ буйства и сбежав от расползающейся по зданию раскрытой ауры парии, успел вызвать милицию. На выходе из здания меня ждало несколько мужчин в форме, которые пусть и испытывали передо мной настоящий ужас, но всё же решили меня задержать. Как итог, несколько часов проведённые в камере временного задержания, трое обделавшихся неудачника, которым не повезло оказаться со мной в одном помещении, и милый разговор со следователем, в котором я пояснил причину своего поведения. Пожилой майор посочувствовал моему горю, но предупредил, чтобы я не предпринимал никаких противоправных действий. Уже более-менее успокоившийся, я дал слово, что ничего такого делать не собираюсь, после чего меня выпустили. Придя домой, я размотал перебинтованные руки, чтобы сменить повязку и компресс, но, к моему огромному удивлению, они уже почти зажили, а молодая кожа лишь слегка выделялась на общем фоне, следует исследовать данный феномен.