Ревнивый опекун

– Я никогда не завтракаю.
– Нет, завтракаешь. Ты съедал его каждый день в…
– Там все было по-другому, – сказал Стив гораздо резче, чем ему хотелось бы. – Калифорния – это совершенно другой мир… – Он осекся, увидев обиду в глазах девушки. – Я хотел сказать, что миссис Брент уже много лет готовит мне еду, поэтому не стоит ее обижать. Ведь так?
– Конечно, не стоит, но… Хмурясь, Стив взглянул на часы.
– У меня в девять встреча.
– Я хотела поговорить с тобой о…
– Поговорим вечером, – бросил Стив и направился к двери. Джоан еле поспевала за ним. – О, черт! У меня сегодня вечером мероприятие.
– Сегодня? Мы же только что вернулись…
– Это благотворительный бал в «Хилтоне». Но нам необязательно оставаться там весь вечер.
– Я не выношу такие сборища. А ты не мог бы послать им чек и остаться дома?
– Моя фирма вошла в число организаторов. Я должен присутствовать на этом мероприятии.
– Но…
– У меня нет времени на объяснения и споры. – Стив вошел в кабину лифта. – Купи себе платье, встретимся в шесть.
Джоан стояла, не шевелясь, и пустыми глазами смотрела на захлопнувшиеся двери. Озноб пробежал по ее телу. Через минуту девушка проглотила комок, подступивший к горлу, повернулась и пошла в комнату.
Чем была поездка в Калифорнию? Чудом или ошибкой? – эта мысль вертелась в голове, не давая покоя.
Стив прислонился к стенке кабины. Застывшая на лице улыбка сменилась недоуменным выражением, когда он подумал о том же самом.
Полный раскаяния, Стив вернулся домой в пять вместо шести. В течение всего рабочего дня его преследовал собственный строгий голос. Какого черта он ведет себя так? Разве можно сравнить дурацкий благотворительный бал с тем, что значит для него Джоан? Тревор отменил последнюю встречу, чтобы прийти домой пораньше и сказать Джоан, что главное в его жизни – она. Но Стив напрасно торопился.
В квартире было пусто, только из гостевой комнаты раздавались мяуканье и собачий лай.
В пять пятнадцать Стив обшарил все комнаты в поисках какой-нибудь записки.
В пять тридцать он позвонил вниз и спросил швейцара, не видел ли тот, как выходила мисс Бэроу.
В пять сорок пять Стив начал перебирать в уме все, что могло случиться с женщиной на улицах большого города.
В шесть он подумал, что звонить в полицию еще рано.
В шесть пятнадцать двери лифта распахнулись, и из кабины выпорхнула Джоан.
– Стив, – улыбнулась она радостно. – Ты уже дома!
Мужчина посмотрел на ее покрытое румянцем лицо, блестящие глаза, рассыпавшиеся волосы, и его сердце обдало холодом.
– Как видишь, – сказал он, складывая руки на груди. – Чего не могу сказать о тебе.
– Я знаю. Извини, но…
– Где ты была?
– В центре. Я совсем забыла о времени и… – счастливое выражение лица Джоан, как рукой сняло. Она сделала шаг вперед. – Дорогой, что случилось?
– Уже седьмой час. Мы должны выйти из дома не позднее чем через час. А ты… выглядишь так, будто провела весь день в постели!
Стив тут же пожалел о своих словах. Он с радостью забрал бы их обратно, но ведь куда деваться? – уже высказался. Что он знает о Джоан? Только то, что она сама рассказала о себе. Бигли говорил совсем другое.
– Знаешь что, Стив, – произнесла девушка дрожащими губами. – Я это уже проходила.
– Не увиливай от вопроса. Я хочу знать, где ты была.
– Мой дядя, перед уходом на работу, тоже любил давать мне указания. Иногда он, так же как и ты, советовал мне сходить в магазин. – Джоан вздернула подбородок и заставила себя улыбнуться. – Это был вежливый намек на то, чтобы я купила себе что-нибудь приличное из одежды.
– Я никогда не…
– А вечером он ставил мне оценку. Я облегчу тебе задачу и скажу, где была, – продолжила Джоан вызывающе: – Я была на своей старой квартире.
– С Тони! – сжал кулаки Стив.
– Ты так думаешь?
– Я не знаю что думать, черт возьми! Поэтому и спрашиваю!
– Нет, ты не спрашиваешь. Ты обвиняешь.
Стив оторопел. Ему захотелось броситься к Джоан, сгрести ее в охапку, целовать, трясти до тех пор, пока она не скажет, что ей не нужен ни Тони, ни кто-то другой. Что она хочет только… только…
 
Но вместо этого Стив отступил назад и поспешно засунул руки в карманы.
– Если мы хотим выйти из дома вовремя, – сказал он холодно, – то должны поторопиться.
– Хорошо, – ответила Джоан упавшим голосом. – Пойду приму душ.
Двадцать четыре часа назад – целая вечность! – Стив бы улыбнулся и сказал, что составит ей компанию.
Сейчас же он поджал губы и отвернулся.
Просторный зал «Хилтона» был заполнен известными личностями. При других обстоятельствах все эти поцелуи знаменитостей, касания друг друга холеными щеками вызвали бы у Джоан снисходительную улыбку.
Сегодня же она чувствовала себя антропологом, который наблюдает за странным ритуалом какого-то племени.
Стив замер рядом с Джоан, молчаливый и холодный как сфинкс.
Они сидела за столом на десять человек – пять мужчин в вечерних костюмах и четыре женщины, облаченные в платья бледно-бежевых тонов – модного цвета сезона. Пятой была Джоан.
Она видела, что все умирают от любопытства, исподтишка разглядывая ее. Стив, разумеется, представил свою даму, но затем ушел в себя. Присутствующие за столом делали вид, что ничего не происходит, хотя каждый понимал: что-то тут не так.
Джоан чувствовала себя не в своей тарелке – впервые в жизни – и переживала, что выглядит белой вороной среди здешней публики. Она собиралась пойти в модный магазин, как просил Стив, и купить там какое-нибудь элегантное платье, лишь бы заставить Стива снова улыбаться, как это было в Лонг-Бич.
Но, как всегда, не хватило времени. Джоан потратила весь день на кучу разных дел. Зашла в благотворительную столовую и помогла приготовить обед. Потом заскочила в приют для бездомных животных, где договорилась пристроить Фелисити, хотя сердце обрывалось, когда она представляла, что придется расстаться со щенком. В приюте выяснилось, что одна из сотрудниц заболела, и девушке пришлось заняться уборкой клеток. И наконец, Джоан заглянула в свою старую квартирку сказать Тони, чтобы тот не беспокоился, – она влюблена и счастлива.
Поэтому сейчас на девушке было не приличествующее случаю платье от известного модельера, а веселенький наряд, напоминающий неоновую рекламу, который она купила еще в Калифорнии.
– Хочешь танцевать?
Джоан повернулась к Стиву. Он вежливо улыбался, но глаза оставались холодными и злыми.
Девушка кивнула. Все что угодно, только бы не сидеть и не притворяться, что очень интересно слушать последние сплетни из жизни местной богемы.
Как только они вышли на танцевальный круг, Джоан прильнула к Стиву. Его руки, обхватившие девичий стан, были как деревянные. Но постепенно звуки музыки помогли мужчине расслабиться.
– Прости, – виновато сказал он. Джоан почувствовала, как на глаза навернулись слезы.
– О, Стив, ты тоже извини меня.
– Я не имел права обвинять тебя в…
Стив замолчал. У него появилось ощущение, что они снова очутились в Лонг-Бич.
– Я сама виновата, – ответила девушка. – Надо было вернуться домой вовремя.
Стив откашлялся.
– Нет, я не имел права…
Дьявол! Окружающие, не скрывая любопытства, смотрели на них. Мужчины раскрыли рты в завистливом восхищении. Глаза одного чуть не вылезли из орбит, когда их обладатель беззастенчиво глазел на Джоан. Стив начал закипать. Захотелось смазать по этой физиономии кулаком, начать крушить все вокруг…
– Я просто закопалась в своих делах, – сказала Джоан. – Я не хотела опаздывать. Хотела пойти в магазин и купить что-нибудь дорогое и элегантное, чтобы не выглядеть здесь бедной родственницей, но…
– Но не смогла заставить себя сделать это, – закончил Стив холодно. – Для тебя гораздо важнее заставить каждого мужчину, присутствующего в этом зале, прийти вечером домой, и представить себя в постели с тобой.