Нижние уровни (СИ)

А о судьбе старика я и думать не хотел. Домой ему не вернуться — это точно. В лучшем случае отправят куда-нибудь в дальние дали, где его никто не знает. В худшем, осудят, и наравне с другими неудачниками и преступниками, у которых не слишком много Веры, он будет работать на государство в тюрьмах — генерировать Веру, возможно, даже для меня, просматривая множество часов и строк материалов.
— Значит, у нас вновь ничего, — задумчиво протянула мисс Спектр. — Печально. Я надеялась, что хотя бы по свежим следам удастся что-то выяснить.
— Вновь? — вкрадчиво уточнил я, чтобы не вызвать гнев начальства.
— Вы не первые, кто за последние месяцы встречает подобных личностей. Если быть точнее, то пятые, — всё так же задумчиво и оттого протяжно ответила мисс Спектр. — И выжили…
— Ш-ш-шь? — прошелестела робко, но отчётливо-вопросительно Брауни с плеча Глагола. Даже она говорит больше, чем её хозяин, хоть и жутко стеснительная!
— По тем случаям ещё меньше информации. В первый раз ограбление хранилища одной довольно крупной IT-корпорации в Японии. Местные Редакторы Веры подоспели к моменту, когда парень лет шестнадцати неформальной внешности — с пирсингом и ирокезом — исчез в зелёной вспышке. И нет, подробности отсутствуют: жильё парня оказалось уничтожено, — мисс Спектр обвела нас голографическим, но от этого не менее пристальным взглядом. — О втором случае известно только со слов свидетелей: мужчина средних лет с избыточным весом, неухоженный, лысоватый, как выразился свидетель: «задрот, не вылезавший из-за компа годами». Устроил разборку в школе в Норвегии — много погромил, кого-то ранил, но никого не убил. Зачем? Почему? Непонятно… Затем ещё два ограбления технологических концернов США и Тайваня. Данных нет! Корпорации не хотят разглашать, что у них украли, да и власти стран не спешат откровенничать — проводят внутренние расследования. И вот, теперь проблема добралась до нас.
— И у всех большое количество Мимолётной Веры? — на всякий случай уточнил я.
— Неприлично большое, я бы сказала. Опасно большое. Неестественное… и всё это без малейших признаков одержимости, — мисс Спектр начала сухо вбивать слова-приказы: — Все случаи имеют общий подчерк. Технические, даже программистки-компьютерные воплощения. Зеленоватый ореол. Согласно расследованиям на местах, все участники — одиночки без семьи, друзей и любимых — работали и жили в сети. В одном из случаев также упоминались «нижние уровни». С этим нужно разбираться. Вам.
И почему я не удивлён? Хотя ситуация любопытная. «Нижние уровни» может означать практически что угодно: начиная от нижних этажей в каком-нибудь древнем храме и заканчивая сленговым понятием в области квантовой физики… хотя в последнем я немного разбираюсь, как-никак «физик» по образованию. Но сочетания термина «нижние уровни» с областью компьютерных технологий отсылает нас к легендарным, а потому практически не достижимым «нижним уровням» интернет-сети. Вот только это никогда не было моей областью, потому придётся консультироваться!
— А что говорят предсказатели? — на всякий случай уточнил я.
— Предсказатели? Несуществующий, ты помнишь уровень Веры той бабки? Даже у самых сильных наших предсказателей едва ли наберётся и десятая часть. А чем больше разрыв в Вере между предсказателем и объектом предсказания, тем более бредовыми становятся данные. Так что у нас ничего, — обрубила мечты о быстром расследовании начальница. — Завтра с самого утра к Артефактору, он вас проконсультирует по началу расследования.
— Почему не сегодня? — не смог сдержать я удивления. — Впереди ещё полдня!
— Потому что у Артефактора личные дела и он отпросился, — и увидев мои округлившиеся глаза, с тенью улыбки пояснила: — То, что он арестован и находится на содержании, не значит, что у него нет личной жизни. Мы не звери. Если хочешь подробностей, то зайди к нему пораньше и спроси. Ему не помешает поддержка товарища. Вы вроде бы сработались: за последний месяц пытались убить друг друга всего пару раз. Вам же с Глаголом сейчас есть чем заняться — я всё ещё жду от вас полноценного отчёта. Такого, который сможет оправдать ваши кульбиты в деле с монархистами и «принцессой».
   
Глава 3
 
Или где лучше всего обсуждать спасение мира? (часть 1)
 
— О! Несуществующий! Наконец-то ты пришёл! А ну, подваливай скорее! — радостно, даже с панибратскими нотками воскликнул человек за столиком в дальнем конце помещения, стоило мне только пересечь порог бара «У Семёныча».
Человек попытался даже вскочить, раскрыв объятья, но на середине движения замер, бросил взгляд себе за спину и решил остаться на месте. Однако улыбка с его лица не пропала, более того стала шире стоило ему отхлебнуть пива и закинуть в рот несколько пластинок чипсов.
— Милый, ты опаздываешь почти на полчаса, — с укоризной посетовала Надя, сидевшая за позади так радушно приветствовавшего меня человека. Она уперла ему под рёбра взведённый игольник, не давая лишний раз дёргаться. — Этот проглот уже два литра пива в одно горло выжрал. Такими темпами он скоро лыка вязать не будет.
— Имею право. Снимаю стресс! — даже и не подумал смутиться собеседник. — С учётом того, как нагло меня похитили и теперь угрожают. Настоящий полицейский произвол! Так выпьем же за это!
Походя, я бросил взгляд на Семёныча — хозяина заведения, стоявшего за стойкой бара. Тот лёгким движением бровей показал, насколько не в восторге от того, кого к нему привели. Небрежным движением правого уголка губы уточнил, что проблемы отсутствуют. Лёгкий поворот шеи и хруст позвонков указал направление, где под стойкой спрятана двустволка на крайний случай.
Я же окончательно расслабился и даже немного улыбнулся, наслаждаясь странным сочетанием запахов пережжённого хмеля, свежего дерева и острых рыбных закусок. И лёгким движением плеч попросил хозяина принести мне чего-нибудь.
— Маргинал, помнится, в предпоследнюю встречу ты похитил меня, после того как твои люди тренировались в стрельбе по мне любимому. А в последнюю так и вовсе без лишних слов пытался убить. Потому считаю себя очень вежливым и радушным человеком, — не скрывая ядовитой насмешки, я устроился на высоком деревянном стуле напротив собеседника.
Система, наконец, выдала справку по визави:
'Алексей Павлов. 31 год. Холост. Детей нет.
Работа: внимание, розыск!
ИВ: 2. БВ: 78. МВ: 145.
Кибернетическое улучшение организма — правая рука.
Творческое развитие: руническая магия'.
— Или ты предпочёл бы провести разговор связанным в багажнике машины? — я был воплощением вежливости и учтивости: — Могу устроить. Даже организовать ряд увечий. Тогда у твоих подельников из банды Геймера вообще не будет вопросов, какие дела ты ведёшь с законниками. Желаешь?
— Не посмеешь, — собеседник насупился и ещё отхлебнул пива. — Я же тебя знаю.
— Не… ты знал милого и доброго Редактора Веры, — улыбка демонстративно перешла в чуть безумный и наглый оскал. — А сейчас я военный Критик Несуществующий. С Легендарным Критиком раз в неделю в столовой ужинаю и драконов после дождичка в четверг приручаю. Думаешь, не сумею поведать заинтересованным правдоподобную версию того, что в моём багажнике делает находящийся в розыске и несколько раз судимый опасный элемент? Я даже рискну убедить компетентные органы, что разделённый на части ты гораздо полезнее!
Лицо маргинала дрогнуло и перекосило в ухмылке, которая должна была означать, что он не купится на подобную браваду. Но вот то, как пальцы кибернетической руки нервной дробью пробежались по столешнице, говорило об ином.
— Как по мне, Несуществующий вообще зря с тобой возится. Сдать бы тебя… — недовольно буркнула Надя, вдавив игольник под рёбра Маргинала, одновременно невзначай приложившись к стакану с лёгким яблочным сидром.
— Сдадим. На органы. Или на импланты… — кивнул я. После чего кивнул уже Семёнычу, принёсшему заказ. Я с удовольствием отпил глоток тёмного крепкого хмельного напитка. — Сдадим, если не договоримся…