Цепная реакция (СИ)

К воздуху-то вытащили, но дышать я не могла! Вода в легких и носу создавала давление и обжигала. Снова эти прекрасные ощущения в виде головокружения и огоньков перед глазами.
Арцур что-то нервно говорил, не доходя до берега, на месте закидывал мои ноги себе на плечо, а потом руками поддерживая меня, чтобы я находилась в боковом положении вниз головой. Ей-богу, вода текла из всего что только можно! Получив первых глоток воздуха, я сразу начала кашлять, ещё больше выплёвывая воды из себя. Через некоторое время, когда вся вода из легких вышла, Арцур перевернул меня, беря одной рукой под ноги, чтобы видеть лицо.
— Вменяема? — наконец услышала я его голос, спустя, кажется, вечность.
— Почти, — тяжело дыша, ответила я, до сих пор не видя его лица, так как перед глазами всё плыло вперемешку с белыми бликами.
Услышав, как мужчина широкими шагами начал идти, громко расплескивая воду, я спохватилась его остановить:
— Стой! Стой! Заклинание! — онемевшими руками я попыталась схватиться за его мокрую и пятнами окровавленную рубашку.
— Совсем рассудок потеряла!? Я тебе лично поставлю магическую печать на месяц, нет, два! — Арцур даже не остановился, наоборот, только ускорился для выхода из озера.
В смысле? Да я же только ради этого мантикору жизни лишила! Ну нет, одной из целей для сделки со смертью было закончить заклинание! Вот и закончу! Я ведь успела приметить, что сплетённая мною цепь так и осталась незаконченной, а ведь там нужно сделать последний стежок и прицепить к посоху. Всё, дело лишь нескольких минут!
Лежа в руках Арцура, я потянулась к тем нитям и магией подняла их. Всё тело в момент скрутило болью и непроизвольно изогнулось.
— Алианна! — вскрикнул мужчина, сжимая меня крепче и разворачиваясь к оставленному посоху у источника.
Нити плелись сами по себе, но так только казалось. Через боль, через силу, я доплетала заклинание и по движениям головы Арцура поняла, что оглушена, а по шее течёт что-то тёплое. Я снова изнуряла себя, выжимала те крохи магии, которые отобрала у животного, но завершила последнюю связку.
Последнее что я увидела перед тем, как закрыть глаза и провалиться в пропасть, это обеспокоенное лицо любимого.
— Зачем?! Зачем ты это сделала? Тебе так нравится причинять мне боль? — как из-под толщи воды донесся до меня его голос, полный горечи.
С трудом улыбнувшись и поднимая глаза на него, я нежно разглядывала его лицо. Вот теперь я чувствовала, что живу, раз вижу лицо любимого. Вижу его глаза, наполненные болью, я бы хотела ему объяснить, почему сделала это. Хотела бы сказать, что люблю его так сильно, что не могу умереть, не узнав о его чувствах ко мне. Я хотела прикоснуться ладонью к его щеке, но не смогла донести руку. Она безжизненно упала ему на плечо. Как же жалко и немощно это выглядело, но я так хотела ощутить тепло его кожи. Смысл его слов я пойму позже, когда очнусь.
Если очнусь.
* * *
— У тебя за спиной мантикора, — чересчур спокойно для такого известия, произнесла Алианна.
Что я должен был ещё сделать, кроме того, как достать амулет переноса и перенестись в оружейную комнату? Ведьме я её не показывал, слишком много подозрений у неё бы вызвало такое огромное количества оружия в доме, а если она ещё бы узнала, что по паре мечей и кинжалов у меня спрятано в каждой комнате, то я даже не могу представить её реакцию на это. Что ж поделать, не мог я оставить прежние привычки, нажитые за весьма продолжительный срок жизни.
Светильники мгновенно зажглись, и я целенаправленно пошёл к стене с боевым оружием, более серьезным, так сказать. Секира удобно легла в руку, клинок казался зубочисткой, но лишь до тех пор, пока он не придёт в действие. Учитывая размер мантикоры, то выбранное оружие подходит как никогда.
Буду надеяться, что Алианна не упала в обморок со страху, всё же я её не предупредил, что отправился за оружием, а не сбежал. Будет лучше взять защитный артефакт со щитом, если бы не затрачиваемое время на перенос, я бы успел отвести зверя от девушки, но сейчас боюсь не успеть. На пятках развернулся к ящику с артефактами и выбрал нужный. Да, щиту из светлой энергии я доверюсь больше, чем из стихийной магии.
 
Задвинул ящик, достал амулет переноса, активировал и пока ждал завершения перехода, подбирал технику боя с мантикорой. Самое опасное — это её ядовитый хвост. Ладно яд, от него ещё можно было спастись, но если она пробьет им грудную клетку, то тут уже будет на много меньше шансов выжить. Раньше я бы не волновался по этому поводу — умру, так умру, на прошлой своей работе я жил с постоянным присутствием смерти за спиной. Она преследовала меня постоянно, но у меня не было причины, ради которой я должен был выжить в очередном внезапном нападении. И причём не всегда со стороны врагов, порой, бой начинался по моей инициативе.
Но с этим всё кончено, это, во-первых, а во-вторых, я познакомился с ведьмой королевства Сиольри — Алианной Фруденс триф Сиреар, и теперь мне есть ради кого жить. И отныне мне есть, кого оберегать. Она стала моей единственной слабостью, моей привязанностью, моим дыханием. С ней я снова начал жить и чувствовать.
Сквозь пелену рассеивающего перехода уже заметил, что дело плохо. Волна мурашек прошлась не от вида нападающей мантикоры, а из-за страха за ведьму. Один амулет кинул в сторону замершей девушки, второй засунул в карман и вложил в руку клинок, вставая в стойку для нанесения удара и прыжка.
Мантикора взревела от столкновения со щитом. Боги, я успел буквально за секунду! Мне нужно было удостовериться, что с Алианной было всё в порядке, но у меня не было на это ни времени, ни возможности. Мантикора уже почувствовала меня и поняла, кто не дал ей отведать лакомого кусочка. Взмахнув кожистыми крыльями, она одним прыжком устремилась на меня. Ныряя под неё, я с отвращением понял, что потерял сноровку. Секира коснулась только её носа, а кинжал лишь прошёлся по грубой шкуре на груди. А когда-то я мог двумя замахами убить!
Мысли о девушке вылетели из головы, освобождая место для расчёта. Хвост нужно рубить сразу, чтобы не мешался, когтей остерегаться, а крылья тоже лучше подсечь. Видимо, она поняла, что намерения у меня серьёзные, поэтому к себе не подпускала. Мне нужно было либо нырнуть под неё, либо оказаться на спине.
Более-менее размявшись, когда мантикора изрядно погоняла меня, стал приходить к сокрушительным нападениям. Разрезая одно крыло секирой, я не учёл строения костей и, зацепив лезвием кость, повис на крыле. Дури в мантикоре было хоть отбавляй. Замахав крылом с повисшей кожей, она пыталась сбросить меня. Жало хвоста, так удачно направленное на меня, было отрублено лезвием клинка. Яд едко-зелёного цвета растекся по хвосту, а мантикора взревела от боли. Подтянувшись с помощью секиры, я таки оказался у неё на спине. Заглянув себе на спину, мантикора рыкнула и поднялась на задние лапы. Я непроизвольно вонзил клинок в плоть, но так как он вошёл не глубоко, пришлось цепляться секирой за основание крыла. Дело ухудшилось, когда мантикора начала валиться назад.
У меня не оставалось времени, чтобы выдернуть хоть одно из оружий. Прыгнул на землю с холодным осознанием, что остался без оружия в схватке с животным, на которого никакая магия не действует. Исход событий уже представлялся не таким радужным, как некоторое время назад. С грохотом повалившись на землю, мантикора оказалась у меня за спиной. Я хотел отскочить в другую сторону, но, не увидев краем глаза никаких движений, обернулся. Она лежала на боку с закатившимися потухшими глазами. Все возможные признаки жизни исчезли, как огонь из фонаря в тёмную ночь.
— Что за чертовщина? — нахмурился я, не веря, что вонзенный клинок в спину смог проникнуть глубже при падении и смог убить её.
Догадка о причине смерти мантикоры накрыла с диким ужасом. Резко развернувшись к месту, где должна стоять девушка, я с трудом устоял на ногах, снесённый пониманием: её там нет. Даже мантикора не смогла испугать меня на столько, что я, не помня себя и не ощущая ничего вокруг, побежал к источнику в поисках девушки. Среди серых камней огонь волос горел ярким пятном. Ринувшись к девушке, беспомощно возившей руками по дну, я рывком достал её из воды.