Цепная реакция (СИ)

— Есть предложения, как мы будем доставать рукоять? — задумчиво спросил он.
— Давай твоего грифона впрягём?
Пожав плечами, мужчина засвистел. Причём засвистел так легко и весело, что никак не вязалось с пронесшейся тенью над головой. Юркнув за спину Арцуру, я несколько раз мстительно потыкала в него ногтями.
— Зачем так неожиданно? Я твою птичку побаиваюсь, вообще-то! — зашипела я, наблюдая как грифон плавно ступал по земле, приближаясь всё ближе к нам.
— Я же рядом, значит всё нормально, — бросил он мне через плечо. — И у него есть имя — Сон. Будь так любезна, не обижай его, и зови по имени.
Такую птичку обидеть не рискну даже я! Свой страх пришлось спрятать за язвительным:
— Успокоил! Когда рядом с тобой враги будут и их надо будет порвать, ты им тоже так будешь говорить?
— У каждого своё «нормально», — легко парировал он.
Хотела раскрыть рот для ответа, но потом поняла, что согласна с этим высказыванием и, чуть выглянув из-за спины, молча стала наблюдать за действиями грифона. Арцур дождался, когда грифон встанет напротив, указал на выжженную землю и скрестил руки на груди. Сон приподнял одну лапу, выпустил когти, цепко осмотрел их жидким янтарём глаз, зачем-то стукнул несколько раз клювом по когтям, затем глянул на хозяина и внезапно на меня. Дёрнувшись от столкновения взглядов, тут же схватилась за спину Арцура, нервно начиная мять рубашку.
— Ты ему понравилась, — сказал мужчина, не оборачиваясь.
— В каком смысле мне это понимать? — уточнила я, вспоминая его «нормально».
— В положительном. Только перестань бояться, его это смущает и отвлекает.
Выразительно глянув на его затылок, я даже перестала мять рубашку, но руки от спины не отняла.
— Я так понимаю, у тебя с ним налажена ментальная связь?
— Угу.
Значит вернее и надежнее друга у Арцура нет, чем этот грифон. Если, не дай боги, Арцур умрёт раньше времени, то и Сон долго не проживёт. Умрёт от тоски с выдранным куском души. Но если умрёт он, то Арцуру тоже не будет сладко. Утрата будет напоминать о себе ежеминутно каждый день, каждую ночь и в каждом сне. Она будет сводить его с ума, терзать изнутри, но не доведёт до смерти. Нет, смерть — лучше, чем муки длиной в жизнь.
Тем временем Сон уже активно раскапывал рукоять посоха, отметая в стороны каменные шматки земли. Острые когти скребли по окаменелой земле, оставляя на ней белые следы. Казалось, чем ближе к рукояти, чем сложнее было копать, потому что грифон начал орудовать уже двумя лапами и бить по бокам хвостом, хотя раньше лениво волочил им по земле из стороны в сторону.
В итоге грифон выкопал глыбу с образовавшимися в некоторых местах кристаллами и сел. Мол, всё, на этом мои полномочия всё.
— Спасибо, друг. Дальше мы сами, — Арцур вытянул руку и грифон податливо вытянул шею, чтобы дать хозяину проявить к нему ласку.
Зажмурив глаза от удовольствия от поглаживания по голове, Сон как кошка начал выкручивать головой, подталкивая ладонь не останавливаться и гладить в нужных местах.
Почувствовав себя лишней, я отступила на шаг, но грифон это не оставил незамеченным — резко выпрямился, зыркнул на меня и одним мощным взмахом крыльев поднялся ввысь, улетая на верхушку горы.
— Он тебе что-то сказал сейчас про меня, да? — опустив голову на Арцура, который всё ещё с улыбкой смотрел на место, где скрылся Сон, спросила я.
— Сказал, — вкрадчиво ответил он.
— И что сказал?
— Если передавать дословно, то: «Твоя самка нуждается в спаривании. Это её успокоит. Срочно займись этим».
Покраснев, я стала подбирать слова для ответа, но они метались в голове чересчур быстро, поэтому пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть через рот.
— Пусть твой Сон идёт в лес, — сражаясь с самообладанием, проговорила я.
— Мне передать это ему?
— НЕТ! — испуганно воскликнула я, подпрыгивая.
Мужчина весело расхохотался, и, взяв меня под локоть, подвёл к глыбе. Присел на корточки возле неё и стал водить ладонью по шершавой поверхности. Не заботясь о платье, опустилась на колени рядом и тоже стала рассматривать результат наших трудов. Застывшее нечто уже мало напоминало землю. Это была окаменелость бурого цвета с мелкой крапинкой фиолетовых кристаллов. И где-то внутри этой окаменелости находился наш будущий посох.
 
— Что бы не пострадала рукоять, Сон максимально добрался до неё, но дальше не сможет ободрать застывшую породу. Теперь нужно работать инструментами, а лучше вообще доверить это дело профессионалам. Работа предстоит ювелирная, у меня даже нет подходящих инструментов, — рассуждал Арцур. — Как смогу, я обточу камень, но нужно будет сходить в город, поинтересоваться у кузнецов и столяров, кто сможет выполнить такую работу.
— Ты долго будешь этим заниматься? — спросила я, мысленно уже строя планы на день.
— Нет. Этим же вечером наведаемся в город, так что готовься, — Арцур искоса глянул на меня, усмехаясь.
— К чему это? — тут же нахмурилась я.
— К выходу в свет! Я планирую прогуляться по городу, а сегодня как раз намечается какой-то праздник, поэтому надевай красивый наряд и жди вечером.
— То есть, ты меня уже гонишь? — усмехаясь, вскинула я брови, но внутри разлилось приятное тепло от такого своеобразного приглашения в город.
— Просто ставлю перед фактом.
Хм, а мне почему-то такое даже нравится.
— Тогда я буду у Мюриэль. Как я понимаю, ты тут и один справишься, поэтому отправишь меня домой, оттуда я поеду к Мюриэль и буду дожидаться тебя там. От неё ближе будет идти в город, чем от меня.
На том и порешали.
Дома я высыпала ворох платьев на кровать, выбрала несколько наиболее привлекательных и вместе с ними отправилась к Мюриэль.
* * *
Я сразу заметила, что с Мюриэль что-то не то, но когда она мне как на духу выпалила что произошло с ней после неудавшейся поездки на Солнечные горы, я поняла в чём именно дело.
— Ну что, подруга, тоже непривычно, когда заботятся о тебе? — хмыкнула я, глядя на неё из-за каёмочки кружки с чаем, которую я поднесла к губам.
— Не то слово! — покачала она головой, снова краснея.
Оказывается, когда она неспеша возвращалась обратно, её нашёл Ральгарт и, рассекая крыльями воздух, спустился на землю перед ней и Лексом. Лошадь повела себя как лошадь, испуганно встала на дыбы, скинув Мюриэль, и ускакал прочь. Уже в обличии человека и в непривычно для Мюриэль чёрном кожаном костюме, Ральгарт кинулся ей помогать. Начал ощупывать на повреждения, крутя её в руках из стороны в сторону и вымаливать прощение. Но Мюриэль всё равно наорала на него и показательно отвернувшись (ну прям истинная леди!) сказала, что пока он не вернёт ей убежавшего Лекса, хрен ему, а не прощенье. Правда, потом она присела на огромный валун, так как Ральгарт чересчур долго не мог поймать и утихомирить испуганную лошадь.
С виноватым лицом, но ведя за поводья Лекса, Ральгарт искупил вину, а потом, усадив Мюриэль в седло, всё так же держась за поводья, неспеша проводил её до самого дома. Было уже темно, а до освещенных улиц было далеко, поэтому по словам Мюриэль, с Ральгартом было на много спокойнее ехать. За разговорами поездка прошла ещё быстрее, а расставание показалось слишком мучительным и печальным даже для самой Мюриэль.
— Эх, а я сегодня с Арцуром спала, — как признание в грехе, произнесла я.
— Что-о?!
Мюриэль привстала на стуле, улыбаясь какой-то странной улыбкой, по которой так и читалось: «Ну что, значит скоро детишки пойдут?»
— Дура, ты о чём подумала! А я о чём подумала? — припомнила я ужасную мысль о детишках. — Мы с ним на диване случайно заснули вместе!
— А-а-а, — протянула она и будто разочаровавшись, села обратно.
Облокотившись на спинку стула, стала рассказывать ей обо всём, что произошло с тех пор, как я поскакала спасать Арцура от своего же проклятья. Заключила всё фразой:
— И ты сегодня помогаешь собраться мне в город на рабочую прогулку!
— Называй вещи своими именами, на свидание ты идешь! — цокнула она.