Я узнаю тебя по глазам (СИ)

«Рад, что тебе понравилось. Мне важна твоя оценка. Правда.»
«Это от чистого сердца. Надеюсь позже услышать ее вживую.»
«Заметано…. Ты там точно в порядке?»
«Да, Арт. Все хорошо. Работаю над презентацией. Переживать не о чем».
«Он тебя не обижает? Если что, только скажи — помогу этому герою отправиться по подходящему маршруту. На меня всегда можешь положиться. Ты же это знаешь, Эл».
«Знаю. Ладно, мне пора работать. Удачных выходных».
«И тебе».
Вот блин. Еще один параноик на мою бедную голову. Вот и доказывай теперь одному, что я ему не изменяю, а второму, что надо мной не измываются. Дернуло же сказать Арту, что я уехала в горы, да еще и не одна. Парень как-то сразу напрягся. Черт, неужели Дэн прав, и Артур все же лукавит, когда говорит, что согласен просто на роль друга?
Да нет, ерунда. Ну, по крайней мере, в своих словах насчет того, что Уайт не позволит себе ничего лишнего в мою сторону, я уверена твердо. А что до остального… Если и есть у него ко мне какое-то влечение, кроме чисто дружеского, то со временем оно само утихнет. Ничто не вечно под луной, как говорится.
Отбросив наконец лишние мысли, занялась делами более насущными. Когда в следующий раз взглянула на часы то увидела, что стрелки приближаются к семи. И за окном давно стемнело. Надо же, а я днем даже носа не высунула наружу. Так, лишь мимоходом поглядела в окно кухни, пока готовила завтрак. Надо бы завтра это исправить. Встаю чтобы размяться и все равно подхожу к окну, вглядываясь в ночь уставшими глазами.
— Больше не злишься? — вздрагиваю одновременно и от звуков голоса, шепчущего прямо в ухо, и от жесткого трения щетины о нежную кожу шеи.
— Ну как тебе сказать? — а ведь и вправду — не знаю, рассержена я все еще или уже нет?
— Я там обед приготовил, плавно переходящий в ужин, — ухмыляется так по-мальчишески задорно, что я по привычке делаю полушаг назад и откидываю голову на плечо. Чем, естественно, этот наглец бесцеремонно пользуется и, зажав меня между собой и подоконником, руками пробирается под пижамную кофту.
— Совсем забыл сказать, как тебе идет эта пижама, — пара ловких движений и расстегнутый лиф извлекается наружу, отправляясь прямиком на подоконник.
— Аааххх, — издаю протяжный стон, когда мужские пальцы начинают играть с моей грудью. — Ты вроде что-то говорил про ужин, — пытаюсь побороть сладкую дрожь предвкушения, но получается плохо.
— Сейчас пойдем, только сначала кое-что сделаем, — на этих словах с меня сдергивают штаны, а через секунду я оказываюсь лежащей на кровати лицом вниз и с вздернутой кверху попой. Дэн коленом раздвигает ноги пошире и лезет за чем-то в карман брюк.
— Эй, ты чего задумал? — не привыкла я к таким играм, они меня напрягают. Нервно сглатываю и оборачиваюсь назад, успев заметить как парень извлек из бархатного мешочка какие-то странные шарики, которые еще и позвякивали на ходу.
— Это еще что такое? — пытаюсь подняться, но он фиксирует мою шею рукой, придавливая к постели.
— Ну я же обещал, что мы будем расширять твои границы дозволенного. К тому же, ты сама дала согласие, причем абсолютно на все… — от такого многообещающего заявления дыхание перехватывает и я напрягаюсь еще сильнее. — Не бойся… Тебе понравится, гарантирую.
Готовое сорваться с губ возмущение обрывается на полуслове, когда первый прохладный на ощупь шарик проникает в лоно. Через секунду за ним следует второй, вызывая у меня короткий всхлип.
— Ну вот видишь, не больно же. — Дэн усмехается и переворачивает меня на спину, сам остается лежать, опираясь на локоть и наблюдая за моей реакцией. Я же первые минуты боюсь даже пошевелиться, просто лежу и смотрю в потолок, одновременно пытаясь разобраться в новых ощущениях. Наконец решаюсь подняться — и в этот момент шарики смещаются, заставляя сдавленно охнуть. Пытаюсь сменить позу, но шарики продолжают смещаться вслед за каждым движением, лаская, массажируя стенки лона изнутри.
— Ну вот, теперь можно и поужинать, — с порочной улыбкой Дэн встает и протягивает мне руку.
 
— Издеваешься? Как я с этим ходить буду?
— Легко. Эти игрушки — тренажеры и рассчитаны на необходимость движений.
Встаю, делаю пару пробных шагов. Действительно, все не так страшно. Лишь ощущение легкой заполненности и мягкий, в меру возбуждающий массаж. Когда выхожу из комнаты, получаю легкий шлепок по ягодицам, от которого шарики внутри начинают дрожать, а стенки сжимаются плотнее, желая получить больше приятных ощущений. Чувствую, как внизу живота начинает растекаться тягучее как патока тепло, а по внутренней стороне бедер стекают капли смазки.
— Приятно же, правда? — соблазнительно шепчет, прикусывая мочку уха.
— Ты извращенец, — спешно отстраняюсь и иду к лестнице. Еле сдерживая стоны, когда шарики уж слишком сильно напирали на чувствительные точки.
— Да я-то как раз нет, просто ты слишком неопытна, — слышится мне вдогонку довольный смешок.
В кухне меня ждет сюрприз — полностью сервированный стол. Тарелки, бокалы, блюда накрытые крышками, даже пара зажженных свечей. Ого, кто-то расстарался, атмосферу создавал. Вину чувствует?
— Мне бы переодеться. Мог бы и наверху сказать. — да, моя пижама с романтикой ничего общего не имеет.
— Да брось, в этой пижаме ты заводишь меня еще сильнее. Так что, мадмуазель, прошу к столу, пока не остыло, — улыбаюсь в ответ на его шутовские ужимки и занимаю свое место. Под крышками обнаруживаются исходящие бесподобным ароматом стейки из мраморной говядины и мясной рулет. Стейки вышли просто восхитительными, сочными, мягкими, буквально тающими на языке. В общем, все было настолько вкусно, что нам было даже не до разговоров, все внимание уделялось смакованию вкуса и ублажению своих вкусовых рецепторов.
— Ну как? Все понравилось?
— О да. Было очень вкусно. Только, — решаюсь немного подразнить, — где же десерт? — не то чтобы мне так уж хотелось сладкого. Но могу ведь я немного повредничать? Особенно после утренней сцены.
— Десерт? — хищно улыбается и накрывает мою ладонь своей. — В качестве десерта сегодня будешь ты, милая…
Эти слова меня гипнотизируют… Снова смотрю и снова тону в любимых глазах цвета моря. Любимых? Отчетливо понимаю, что да, кажется, я и вправду влюбилась. И изменить уже ничего нельзя. Как там сказала Мишель — «дерзай и смотри что получится»? Поэтому с готовностью принимаю протянутую руку и следую за Дэном. А тому приспичило потанцевать….
Меня смущают шарики, но кто ж мне дает время на размышления? Под звуки вальса начинаем кружиться по гостиной. И кружимся, кружимся, кружимся до тех пор, пока меня не подводят ноги. Как мы не наткнулись на мебель — ума не приложу. Дэн не дает мне упасть и я обессиленно приваливаюсь к нему, обуреваемая различными эмоциями. Голова кружится от слишком быстрого танца, сердце переполнено радостью, надеждой, ожиданием взаимности, а внизу все болезненно пульсирует, томясь в неистовой жажде близости.
— Дэн, все, не могу больше, — прижимаюсь крепче, ластясь как мартовская кошка. Приподнявшись на цыпочки, быстро целую в губы, затем перехожу на шею, прикусываю тонкую кожу в том месте, где бьется тонкая венка. С хриплым стоном меня тут же подхватывают под попу и несут наверх.
— Доверяешь мне, детка? — спрашивает, когда мы оказываемся в спальне. Горячее дыхание обжигает кожу на загривке, запах сандала дурманит мозги. Ощутив выпуклость в положенном месте, призывно трусь о нее попой. И над ответом почти не задумываюсь.
— Да, — выдыхаю рвано. Вздрагиваю от холода, когда он отстраняется, но не оборачиваюсь. Просто жду. Хочется уже, чтоб он перестал меня мучить и перешел к действиям. Но когда на мои глаза опускается плотная алая повязка, понимаю, что Дэн явно настроен поиграть.
— Как ощущения?
В ответ лишь судорожно вздыхаю. В отсутствии зрения другие ощущения становятся лишь острее. Через минуту остаюсь полностью обнаженной и отчаянно дрожу непонятно от чего. То ли от холода, то ли от нахлынувшего возбуждения, то ли от ожидания неизвестности. Что он собирается со мной сделать?