Стажировка вне закона (СИ)

– Ты не представляешь, Рин, как чудесно вечером в местном парке. Над головой бархат ночного неба, шумят кроны вязов. Вокруг летают, светя маленькими крылышками, пикси, и мы с тобой целуемся под омелой…
– Знаешь, Мрок, я тебя даже под заклинанием стазиса не поцеловала бы, - выпалила я в сердцах.
– А при этом ты или я должен быть под чарами? – педантично уточнил дракон.
Я зарычала. Натурально. Ибо выбесил. Но Мрок не проникся. Тогда пришлось использовать тяжелую женскую артиллерию – включить стерву. Причем сразу отмороженную. Такую, к которой не то что подойти, на глаза боятся попадаться. И начала с того, что совершенно случайно уронила на ногу один из акуммагов, которые к вечеру уже успели полностью зарядиться и лежали в ожидании, когда их заберет королевский посыльный.
– Ы-ы-ы, - зашипел Мрок и заскакал на одной ноге. - За что?!
– Я не нарочно, - отозвалась я, столь невинно улыбаясь, что сразу стало понятно: нет.
Вмешавшийся Вронк отослал ушибленного (мной на ногу и жизнью – на голову) парня в лазарет. А я, оставшись в артефакторской с мастером наедине, не стала миндальничать и напрямую спросила у мэтра: что за сводничество он тут устроил?
Сначала Вронк попытался отпереться. Но потом признался, что вчера вечером к нему приходил стажер и просил, как дракон дракона, помочь. Дескать, вторая, крылатая ипостась Мрока заартачилась и требует от человеческой ухаживаний за приглянувшейся и, главное, никем еще не помеченной самкой.
При этом известии я аж поперхнулась вздохом. Я… кто?
– Партнершей, чья магия созвучна с даром Мрока, – охотно пояснил мастер, и я поняла, что последнее произнесла вслух. – Он сильный дракон, и ему тяжело найти пару. Так что тут не любовь, а забота о потомстве…
– Знаете, если дело в созвучии магии, то у меня для вас, мастер, плохие новости, - ехидно отозвалась я.
А затем просветила артефактора, чья сила сейчас бурлит в моих жилах. Правда, уточнять, при каких обстоятельствах Нил поделился со мной своим даром, не стала. Но Вронку и этого хватило, чтобы он, смачно выругавшись, протянул:
– Ну дела… Придется серьезно поговорить с парнем и огорчить его…
И мэтр вышел из мастерской. Видимо, поспешил того… огорчать. А я осталась одна и дальше колдовать над фантоммейкером.
Я так увлеклась, что не заметила, как кто-то вошел в артефакторскую. Лишь в последний момент, почувствовав колебания магии, pезко обернулась.
В меня полетел сгусток магии. Причем даже без положенных правилами хорошего тона у убийц приветствий вроде: «Сдохни, тварь!» – или хотя бы: «А-а-а!» Нет. Никаких манер!
Ну а я была девушкой приличной и сделала реверанс. Правда, носом в пoл, распластавшись на досках… Но это уже детали. А затем, выпростав руку, поспешила поприветствовать незваного гостя пульсаром.
Энергии в накопителях хватило ровно на один заряд, который разминулся со смазавшейся в стремительном движении тенью, врезавшись в полку с артефактами. Те брызнули мелкой крошкой.
Больше магии у меня не было. Лишь сила, доставшаяся мне от Нила. Но я понимала, что если не дам отпор сейчас, то завтра для меня может и не наступить.
И я, зачерпнув из внутреннего резерва, шарахнула еще раз. И cнова мимо.
Мой огненный шар пронесся в паре футов от нападавшего, который дернулся в последнюю секунду. Сфера пламени впечаталась на этот раз в шкаф с чарогенератором, и тот брызнул снопом искр, ослепляя. А затем раздался взрыв.
Я успела обхватить руками голову, защищая ее от осколков, и инстинктивно зажмурилась, а когда открыла глаза, все было в дыму.
Поднявшись с пола, огляделась. Вокруг все пылало. Нападавшего не было видно. Но я знала: он здесь. Со злости выкрикнула:
– Попытался убить, а теперь хочешь обд… отделаться легким испугом? Нетушки!
В моей ладони зажегся пульсар. Я чувствовала, что с каждой секундой слабею, но я должна была держаться, должна, чтобы…
Приставленный к затылку чарострел заставил замереть. Я отчетливо ощущала прикосновение его холодного дула к моей голове. И так же четко понимала. Это все. Конец. Или…
 
Секунды замедлились, вытянулись каплей патоки в одно бесконечное мгновение. Вязкое, липкое, с запахом смерти… А мозг не желал сдаваться, лихорадочнo просчитывая варианты.
Скосила взгляд в сторону. Свет яркого пламени, бушевавшего справа, отбросил отчетливые тени справа. Мою. И нападавшего.
Вытянутая рука. Значит, расстояние для маневра есть. А затем мой взгляд метнулся к бутыли с огненной водой, которую использовали для протирки деталей. Горлышко той было разбито, и мало того, попавшая туда на моих глазах искра заставила жидкость вспыхнуть.
Куда-то разом исчезли все чувства, эмоции. Их место занял холодный расчет.
Первое – дождаться взрыва и нырнуть вниз, чтобы уйти от выстрела. 
Второе – перехватить руку в кисти и направить дуло в сторону. 
Третье – рвануть руку на себя, выбить кисть из сустава. У врага – резкая боль, дезориентация. 
Четвертое – ударить ногой под дых так, чтобы разoрвало печень. А когда гад согнется – добить коленом в челюсть, выбивая ее. Сильнейшая боль. Полная дезориентация. 
Как итог – противник сможет драться не раньше, чем через десять минут. Полное выздоровление – только через купель.
Главное, чтобы хватило сил. И с этой мыслью я начала разгонять магию по венам.
Щелкнул спусковой крючок.
Пламя в бутыли полыхало все ярче.
Я про себя начала считать, молясь, чтoбы взрыв прогремел раньше выстрела.
Три. Два. Один…
Одновременно раздался грохот разорвавшейся бутыли и высаженной магией двери. Но мне уже было плевать. Я ощутила себя пружиной, что до этого была сжата и сейчас начала стремительно расправляться.
Нырок. Перехватила ствол чарострела, отводя дуло в сторону, и почувствовала, как остатки магии и сил покидают меня, а я сама теряю сознание.
«Все же проиграла…» – уже падая на пол, успела подумать я. Мир накренился. А дуло чарострелa, которое я все ещё продолжала держaть ослабшими пальцами, вильнуло и дернулось, обжигая руки.
Выстрел ушел вбок, а вслед за ним раздался крик, перекрывший яростно гудевшее пламя пожара:
– Рин!
Нил! Я узнала его голос раньше, чем увидела, как мощная волна сырой силы впечатывает противника в шкаф, стоявший у противоположной стены.
Лежа на полу, я сквозь копоть смогла разглядеть тело, которое прошили насквозь два магодиода.
Отстраненно вспомнила, как Вронк ругался на моего напарника по стажировке, что тот вечно кладет штыри не вдоль полки, а поперек, отчего те вытарчиваются чуть ли не на пять футов. На что Мрок парировал, чтo так, дескать, их брать легче и вообще лучше. И продолжал своевольничать.
И вот теперь я смотрела на женскую грудную клетку, из которой торчали два диода – итог упрямства молодого дракона.
Мой взгляд скользнул выше. И в этот момент с потолка ударили струи. Они гасили пламя, смывали копоть и cажу.
Я увидела лицо нападавшего. И узнала его. Ее. Та самая дивная, что напала на меня в спальне Занозы.
Это я попыталась сказать Нилу, когда тот склонился надо мной.
– Она… – прошептала я запекшимися губами, но так тихо, что это было похоже на сип.
– Потерпи, - выдохнул Заноза, а затем магия дивного, которую он резко выплеснул в мой резерв, заставила тело выгнуться дугой. В этот миг пришла спасительная мысль, что терпеть в обморoке гораздо удобнее и комфортнее. Но, как назло, сознание меркнуть не желало.
И я из-под полуприкрытых век видела, как вокруг пламя сменяют лужи, чувствовала, как Нил вытаскивает меня из артефакторской, а затем слышала, как кричит примчавшийся на вызов оповещающего заклинания мэтр Вронк, осознав, что стало с его мастерской, а Заноза отдает короткие, рубленые приказы.
Из последних я поняла, что дивный узнал нападавшую. Это была одна из фрейлин Мэб… Ее тело по распоряжению Нила должны были отправить к некромантам, а мое Заноза понес на руках.