Детский сад - 12 (СИ)
Спустя десять минут они оказались в той самой комнате. Пришлось пробивать себе путь среди коробок, приборов, чтобы очутиться в самом глухом её углу, а потом закрыть пройденный среди мусора путь теми же выброшенными предметами, некоторые из которых практически заинтересовали его. Он ещё про себя посмеялся: Мику бы сюда — светловолосый мастер-изобретатель немедленно захапал бы побольше всех этих технических деталей, мотивируя тем, что они всё равно предназначены на выброс.
И снова запретил себе вспоминать о тех, кто так близок ему.
Когда они забаррикадировались, Дафна с недоумением спросила:
— И вс-сё? Мы прос-сто будем прятатьс-ся?
— Можно было бы, — согласился Коннор. — В Городе Утренней Зари наверняка уже догадались, что произошло, и, возможно, вышлют помощь. Если не выслали.
— Им с-сюда, в город, не пробитьс-ся! — категорически сказала девушка-дракон.
— Как знать, — пробормотал Коннор. — Если там будет Трисмегист или ещё кое-кто, то ручаться за это не могу. Но мы тоже не будем бездельничать. А начнём с того, что обустроимся в этом местечке. Раз у нас нет возможности связаться с теми, кто за этими стенами, попробуем добраться до них другим способом.
— Ты… такой уверенный, — с ехидством уколола она.
— Если бы только уверенный, — внезапно вступил в разговор Виридин. — Я знаю его всего два дня, но доверяю полностью.
Парнишка-вампир до сих пор чаще помалкивал, так что Дафна удивилась и больше не стала вбрасывать в беседу пессимистичные замечания.
И они принялись за обустройство гнёздышка, как обронила девушка-дракон.
В каком-то смысле она была права, ведь гнёздышко своё они устраивали из картонных коробок, в первую очередь озаботившись тем, чтобы Наоис был в тепле, а в комнатушке то ли из-за близкого сквозного коридора было слишком прохладно для неподвижного подростка, то ли в самой лаборатории специально поддерживалась такая температура. А когда у всех оказались собственные «кровати», сложенные из картонных упаковок, Коннор подошёл к пластиковым и металлическим деталям, а то и просто приборам, которые служащие не удосужились разобрать.
Виридин присоединился к нему.
— Зачем тебе эти штуки? — глядя на тонкие трубки и необычные детали, спросил он.
Мельком оглянувшись, мальчишка-некромант заметил, что Дафна, сидевшая рядом с братом, тоже поглядывает на них с любопытством.
— Можешь считать, что я проникся беспокойством Дафны, — ответил он. — Прежде чем приступать к основной работе, я собираюсь сделать из этого что-то вроде арбалетов.
— Ты сумеешь?.. — с недоверием на этот раз спросил Виридин.
— Всегда думал, что вампиры — технари, — усмехнулся Коннор. — Ты никогда не пробовал сотворить что-нибудь собственноручно? Из имеющегося материала?
— Ну… — задумчиво сказал парнишка-вампир. — Пока поработаю у тебя на подхвате.
Через полчаса в руках Коннора появился довольно странный арбалет, к которому сумели найти пяток болтов. И мальчишка-некромант сказал, что пора отдохнуть и поужинать. А Виридин только вздохнул от полноты чувств и поделился:
— Твоя работа завораживает. А когда поедим, что начнём делать?
— Надо будет посмотреть швы Наоиса и смазать их дезинфицирующими средствами. Заклинание отторжения обычно неплохо действует и само по себе, но всё же лучше быть уверенным. Дафна, ты проверила термосы, как я просил?
— Да. Огонь они выдержат.
Так что Коннор и Виридин сотворили огонь и нагрели пару термосов, чтобы запить зачерствевшие лепёшки и пищевые пластины горячей водой. Дафна от пластин отказалась, безумно обрадовавшись лепёшкам. Виридину пришлось сесть рядом с ней, чтобы подавать ей открытый термос: из-за повреждённого крыла (а как это ещё назвать?) она плохо действовала и рукой. Прожевав первую пластину, парнишка-вампир отметил, что готов их есть в экстремальной обстановке, но никак не в мирной. От лепёшек он тоже не отказался, уминал с удовольствием. Всем по глоточку досталось и кислого молока.
Крыло Дафны осмотрели со всей тщательностью. Коннор признался, что не возьмётся вытаскивать то, что в него уже внесли. Слишком тонкая операция. Таких он не умел. Девушка-дракон только улыбнулась его смелому заявлению…
Затем Коннор собрал ещё один арбалет. А пока Виридин изучал свой и привыкал к нему, понимая, что стрелять сумеет только на близкое расстояние, что уже хорошо, мальчишка-некромант встал лицом к стене, напротив которой находился вход в коридор, ведущий на завод.
Виридин стоял очень близко, и мальчишка-некромант знал, что тот пытается пройти по его взгляду и понять, что он собирается сделать. Но Коннор отрешился от его взгляда и проверял, всё ли он правильно понял и собирается сделать. Наконец, он вздохнул и негромко сказал:
— Всё. Начинаем войну.
Глава 20
В предобеденный час, когда Виридина втолкнули в закрытую комнату, а Коннора оставили в беспросветной тьме, всё на той же старой дороге между двумя государствами появилась необычная автоколонна.
Причиной её появления стали вечерние события в деревне.
Мужчины уже несколько часов безрезультатно сидели в гостевом кабинете, обсуждая похищение Коннора и старшекурсника-некромага чужаками. И не могли не то что определить проблему, но даже понять некоторые события.
Например, почему вместе с кланом Вальгарда улетели вызванные старым драконом Колр и Хельми? А если брать глубже: зачем они понадобились Вальгарду?
Селена железной рукой переводила неинтересные ей темы на Коннора. За Хельми она не боялась. Он самый юный участник драконьего перелёта в неизвестность — если не Вальгард, так Колр позаботится о нём. В общем, Хельми больше защищён, и за него волноваться не стоило, хоть он и блокировал связь со старшей сестрой и братьями.
Да, больше всего её страшило будущее Коннора.
— В каком качестве его похитили так нагло? На глазах у всех? — спрашивала она. — Как человека, в чьей голове хранятся карты тайников с книгами и артефактами? Как мага, имеющего доступ к библиотеке прошлого? Зачем? Зачем он им нужен?
Вопрос зависал в воздухе, потому что присутствующие тоже задавались тем же вопросом.
Растерянный Джарри спрашивал: может, стоит ехать в то государство и со всеми вопросами разбираться на месте?
Трисмегист сидел привычно спокойный, но машинально поджатые губы и взгляд, застывший на точке в пространстве, подсказывали, что и он лихорадочно ищет ходы-выходы из чрезвычайной ситуации.
Ильм просто злился. Белостенный — знала Селена — первым бы кинулся в гущу разнообразных и часто смертоносных событий. Но… Ему, как и всем, не хватало информации, что именно происходит и почему… Чёртов Вальгард! Хоть бы объяснил такую мелочь, как связана ли новая игра с последующим похищением мальчишки-некроманта! Того ли старый дракон добивался, когда требовал эту игру?
Ривер шептался с Лотером, тот время от времени несколько странно оглядывал сидящих в кабинете, словно приценивался к ним, а потом отрицательно качал головой, да ещё и плечами пожимал. Селена понимала их странную, на первый взгляд, беседу: будучи специалистами в пространственной магии, они подумывали о переносе будущих, самых решительно настроенных путешественников в нужное место — это предлагал Ривер. Лотер — сомневался, что они сумеют перенести слоями пространства столько членов военной экспедиции. Да и куда? Определиться бы с местом…
Наконец, не она, а Джарри взглянул на мальчишку-эльфа.
— Мирт, что?
— Хельми меня блокировал. Коннор — нет. Но дотянуться друг до друга мешает какая-то преграда. — Мирт замолчал было, но неуверенно добавил: — Это очень странная преграда. Она, её магическая структура, мне чем-то знакома, но в ней присутствует какое-то искажение, которое не даёт узнать её.
— Если бы Микины приборы были так же чувствительны, как ваша связь на крови… — безнадёжно пробормотал Джарри.
Мика вздохнул, обиженно надувшись. Колин, сидевший с ним, положил руку на его плечо, утешая, а потом что-то зашептал.