Истинная легкого поведения (СИ)
Когти бесполезно карябали дверь, оставляя глубокие борозды на ставшем податливом металле…. Как открыть? Как открыть??? Я в отчаянии заскулила и просто представила, что дверь открывается… Открывается… Я ее открываю…
Изменилось все. Мир вновь совершил сумасшедший кульбит, заставив зажмуриться и сжать зубы, и я ухватилась пальцами за ручку… Рука?! Моя рука!! Огонек привлек моё внимание, и я вспомнила о блокировке. Оглянулась в поисках остатков своей одежды и не найдя ее со своей силы и отчаяния рванула ручку на себя. Вырванная дверь в моих руках так и намекала мне посмотреть в зеркало, не позеленела ли я. По моим ощущениям я Халк, не меньше.
Никого. Тут никого не было!!!
— Они пропали!!!! — заорала я во все горло.
— О, я вижу, что вас семь, а не восемь. Как это Виктория все еще не стала членом стаи?! — этот чертов противный хохот царапает по, и без того, оголенным нервам.
Да как же это?! Они же были здесь… Слезы застилали глаза, из горла вырвались громкие рыдания. Я себя не контролировала. Молотила руками по крыше машины и билась в истерике, проклиная себя.
Я! Я их увезла! Я не уследила! Я о них забыла! Как вообще можно забыть о детях!? Это же дети, они не могут о себе сами позаботиться, а я… Я повела себя, как тварь! Как Зальцман!!! Вот куда они делись???
Я не видела ничего и никого, лишь пустое заднее сидение, забыв и о Сергее, и о Марке, хоть его голос еще что-то пытался до кого-то донести. Отдаленно послышался вой, рычание, затем звуки схватки… Я все пыталась прийти в себя и перестать бить машину, крыша которой уже была сродни кабриолету без верха.
… а-а-а… А это… Реальность вернулась, ну или я в нее, и я ошалело захлопала глазами.
— Стоять!!! Стойте!!! — заорала я во все горло. — Да остановитесь же вы!!! — пытаясь докричаться до дерущихся Волков и Зальцмана, я лишь захрипела от напряжения. Меня никто не слышал. Ладно! Плавали, знаем…
Мир пару раз перевернулся перед глазами, я в прыжке сбила чужака со Стивена. Времени было мало, поэтому не обращая внимание на остальных, я вскарабкалась на багажник и завыла, высоко задрав голову. Закончив, осмотрела притихших оборотней и почти умиротворенно качнула мордой. Я смогла… Фу-ух… Тряхнув головой, я выхватила взглядом Зака, которого прижал к земле похожий на него Волк, метя клыками в шею. Волчонок даже не сопротивлялся, дыша рвано и слишком медленно. Прыжок, и впиваюсь клыками в горло Волка, желающего прикончить десятилетнего ребенка, до хруста, до хрипа и конвульсии. Что-то изменилось во мне и я ощущала это всей своей новой сущностью. Прихватив шею врага покрепче я, рыча, затрусила головой в разные стороны, выплескивая свою боль и ненависть. Пока трусить было чем… Она… Она оторвалась… Туловище отлетело в сторону, а голова выпала из пасти, отдав меня холодом безжизненных глаз.
Вой подпирал глотку, и я не сопротивляясь завыла, ударяя лапами окровавленную землю. Маленькие, тоненькие и слабые голосочки мне вторили, присоединившись лохматым трио. Я закрыла пасть и лизнула ткнувшихся в меня Волчат. Очень красивые… Правда, я не знаю кто из них кто. Один черно-белый с выделяющимися щечками, один натурально серый, как седой, и безумно лохматый, и еще один иссиня-черный с очень короткой шерсткой. Мои дети…. Мои!!!
— Нас десять, Зальцман! Отпусти Сергея и проваливай, раз ты так чтишь и интерпретируешь под себя законы!
Волчат перехватил Миша, отвлекая и развлекая их, а я смогла обернуться и, стерев тыльной стороной ладони кровь с лица, подойти вплотную к Зальцману. Я говорила, но мне не хотелось с ним разговаривать, словно только то, что я к нему обращаюсь, уже делает меня грязной, мерзкой, немыслимым образом перекидываясь с него. Он был зол. Это было понятно каждому присутствующему тут.
— Это твои Волчата?! — зло спросил он, игнорируя мои требования. — Ты не в стае Серого, значит и они тоже!
— Сними с него это орудие инквизиции и проверь! Пусть он обратится и завоет. — уверено заявила я, хотя, не была уверена, что это сработает… Кое-что в моей голове уже начало складываться в общую картину.
— Ты понимаешь, что требуешь?! — я понимала, причем очень хорошо, как и то, что у меня руки чешутся оторвать ему прямо сейчас голову. — Этот не жилец! — ткнув пальцем в Зака, выплюнул он.
— Слышишь, ты! — вспомнился мне забытый дворовой язык. — Когда тебе выгодно, законы нужно соблюдать, а когда нет — на них можно положить большой и толстый?! — ткнула его пальцем в грудь, глядя прямо в глаза и выпуская флер.
— Она права. — не ожидая поддержки в тылу врага, я осмотрела пожилого мужчину цепким взглядом. Разумеется по пояс… — И мы с некоторыми… — мужчина кашлянул, собираясь с мыслями, и выпалил: — Кажется, почувствовали ее зов. — я не знала, что можно подавиться языком, но можно, как оказалось. Я что-то хотела сказать, но возникший ступор позволил мне оценить все прелести этого явления.
— Кажется, что?! — небрежно и зло процедил Зальцман, состроив брезгливое лицо.
— Она завыла-мы почти откликнулись… Она Альфа. — пожав плечами мужчина мне тепло улыбнулся. Меня же затошнило от таких перспектив.
— Что ты несешь?! — закричал Альфа, или уже бывший Альфа. Мужичка, чьего имени я так и не знала, обступили еще пятеро, решительно взглянув на Марка.
Страсти-мордасти, ё-моё….
— Это правда, Альфа-она Альфа. — выдал какую-то ересь один из подошедших заступиться за мужичка парней.
— Отпустите уже моего мужика и разбирайтесь дальше! — закипела я, выдохнув шумно ноздрями пар. Ну, а чего он там бедненький шавками облепленный, лежит без сознания. А все потому что, как только он в него приходит, как его тут же отправляют в нокаут обратно. Суки…
— У нее есть только один путь стать Альфой — бросить мне вызов. — самодовольно произнес он, чем выбесил невероятно. Я тут для мебели стою?
Наконец-то флер заработал. Мужчины жадно оглядели мою обнаженную грудь, с бурыми кровавыми потеками, тонкую талию, округлые бедра со рваной раной на провом, и облизнулись. Ну правда, по-настоящему облизнулись. Мне стало и дурно, и смешно одновременно. Я до этого момента внимания не обращала на то, что щеголяю прелестями на обозрение.
— Как это сделать? — томно промурлыкала я, "невзначай" отбросив волосы за спину и задевая легким движением грудь.
— Что? — с шумом сглотнув Зальцман. Не понял, или не расслышал моего вопроса. Похоже, я увлеклась. Вздохнула, отгораживаясь от флера, и повторила свой вопрос. Карие глаза мужчины в этот раз сфокусировались на моем лице, а не на том, что пониже и округлились. — Ты в своем уме? — он все таки махнул рукой шавками, и те наконец-то расступились от моего Сергея. Кто-то над ним склонился. Я было дёрнулась к нему, но увидела, как этот кто-то снял с него эти жуткие колодки, и облегченно выдохнула. — Ты женщина! — констатировал мой собеседник очевидные вещи. — В нынешнем положении меня не поймут, если я приму вызов от тебя. Вас единицы остались — это не разумно.
— Боишься? — как будто невзначай спросила я. — Тогда отдай свое место добровольно. — улыбка тронула мои губы, а ярость на лице Альфы заставила растянуть ее еще шире. — Ты, видимо, кое-что упустил, плетя интриги против Сергея… И при знакомстве со мной. — я замолчала, ощутив всколыхнувшуюся в груди уверенность со ставшей уже родной вибрацией, и более жестко продолжила, стирая улыбку со своего лица: — Хвастаешься и прячешься за вашими законами? Увы и ах, я их не знаю. Но я знаю один почти закон, правило, человеческое. Не зная врага, не бросайся в схватку.
— Пожалуйста, не нужно этих пафосных речей… — закатил глаза мужчина, изображая равнодушного. Но зря, я видела, как сжалась его челюсть, как мимолетно прищурились глаза…
— Я не договорила! — зло перебила я. — Так вот, я о тебе, Марк Зальцман, знаю многое. О-ооо, дай мне время и я узнаю о тебе абсолютно всё. Но у меня его нет. А у тебя было. И, что же узнал ты? Что из стаи Сергея можно минусовать Волков, как расходный материал, ради собственной выгоды? И это все? А я? Ты обо мне вообще думал? Не тем, что у тебя в штанах, а головой, мозгами?