Библиотека тётушки Марты
* * *Господин Такой-то лежал в гостиничном дворике в шезлонге, загорал и смотрел в небо, когда из листвы спикировал ворон и метко уронил на толстый живот, облупившийся от неудачного загара, увесистый бумажный свёрток.
Господин Такой-то проводил недоуменным взглядом своего союзника и развернул бумагу.
Две ложки. Те самые, которые он выдал ворону как задаток. Странно…
А на бумаге что-то начерчено. Может быть, это план библиотеки?
Аккуратно развернув бумагу, господин Такой-то выпученными глазами уставился на нарисованный синим карандашом кукиш.
Марта в опасности
Шерлок Холмс распрощался со всеми и исчез за стеллажами. И сразу же маэстро Каэтано ахнул и хлопнул себя ладонью по лбу: он совсем забыл о времени, у него же скоро занятия с мальчиком Фредом! Маэстро поспешно откланялся и пообещал вернуться после занятий, ближе к вечеру, чтобы познакомиться с книгой Клинко Звенелли.
Начальник полиции вспомнил о прерванной пробежке и удалился вместе с учителем фехтования.
– Мне тоже пора, – грустно сказала Кэти. – Если я не приду к обеду, тётя Лина будет беспокоиться…
Марта осталась одна. Она вернула драгоценные «Хроники» в футляр, заперла хранилище, подмела разлетевшуюся по полу паутину и пыль.
Тут подошли посетители: полная добродушная мама и девочка лет шести. Девочка попросила книгу, которую они с мамой могли бы вслух перед сном читать любимой кукле. Тётушка Марта отнеслась к заказу с полной серьёзностью, перебрала несколько книжек с картинками. Наконец все трое решили, что «Винни-Пух и все-все-все» обязательно придётся кукле по вкусу.
Больше посетителей пока не было, и Марта, напевая весёлую песенку, принялась распаковывать последние ящики. В них были книги по театральному искусству. Библиотекарь успокаивала встревоженных балерин, певцов и актёров, рассказывала, как славно они будут жить вот на этом стеллаже…
– Кстати, – спросила она, обернувшись к кухне, – в городе, кажется, есть театр?
С кухни доносилось тихое постукивание чайных чашек: ворон Разбойник уже вернулся из своего марш-броска в гостиницу, к господину Такому-то, и теперь усердно мыл посуду, радуясь, что избежал заслуженной трёпки.
Услышав голос Марты, Разбойник возликовал: кажется, его простили! И ответил, что театр в городе есть.
– Будьте добры, слетайте и узнайте, что за спектакль будет сегодня вечером. А заодно выясните, где поблизости можно прилично поесть. Мне не хотелось бы каждый день возиться со стряпнёй, и если рядом есть кафе или недорогой ресторан…
Марта ещё не завершила фразу, когда ворон ринулся в форточку – так он спешил показать своё усердие.
Библиотекарь продолжала распаковывать ящики и напевать – до тех пор, пока вдоль световой дорожки, что тянулась по полу от двери, не легла чья-то тень.
– Добро пожаловать, – приветливо сказала Марта, поднимаясь с колен (она расставляла книги на нижнюю полку). – Чем я могу вам помочь?..
И замолчала. Не хотелось ей ничем помогать тому, кто вошёл в библиотеку.
Господин Такой-то стоял у двери и раскачивался с пятки на носок. Лицо его было бледным от злости, в глазах стыла тихая злоба.
Сейчас он был одет иначе – в чёрные джинсы, тёмную рубаху и кожаную куртку – и не походил на забавного, нелепого туриста. Даже толстое пузо не казалось смешным.
Марта молча выжидала, когда её враг начнёт разговор.
Не выдержав молчания, господин Такой-то шагнул к стойке.
– Я не позволяю себя оскорблять – слышишь, ты, крыса библиотечная?!
– Ну хоть что-то у нас общее! – отозвалась Марта. – Я тоже не позволяю себя оскорблять. Выйдите из библиотеки и не возвращайтесь.
Господин Такой-то сделал еле уловимое движение – и в его руке оказался большой чёрный пистолет.
– Я предлагал деньги – ты отказалась, сумасшедшая баба. Теперь пойдёт другой разговор.
Марта замерла.
Да, она умела постоять за себя. Помнила кое-что из ведьминского прошлого. Но когда на тебя глядит в упор чёрный зрачок пистолета, лучше не шевелиться. Чтобы сотворить заклятье, нужно время, хотя бы и совсем немного.
А вооружённому мерзавцу достаточно мгновения, чтобы нажать на спусковой крючок.
Господин Такой-то заметил замешательство женщины – и заулыбался. Так могла бы улыбаться акула, завидевшая на горизонте тонущий корабль.
– Я, голубушка, своё состояние сколотил не продажей мороженого.
В это Марта вполне поверила. Негодяй держал пистолет уверенно и привычно.
– Я могу убить тебя и уйти отсюда с рукописью. Я уже заплатил людям, которые подтвердят, что я несколько часов играл с ними в карты и никак не мог оказаться в библиотеке. А здешняя полиция – шайка клоунов. Один шутник даже сказал мне сегодня, будто у них начальником полиции служит немецкая овчарка.
Марта разлепила сухие губы:
– Но эту «шайку клоунов» не обманула ваша попытка обеспечить себе алиби. Вы зря разъезжали по парковым клумбам, потешая народ…
– Заткнись! И слушай меня, если хочешь жить! Сейчас ты откроешь дверь чулана и сама – слышишь, сама! – сожжёшь «Хроники». У меня на глазах. Страницу за страницей. А потом я уйду. Живи, ройся в своих пыльных книжках. Мне нужна рукопись, а не твоя смерть.
Марте было страшно. Она соображала, как поступить. До сих пор в трудную минуту ей помогали советом книги, но что они могли ей подсказать сейчас?..
– Можешь потом даже в полицию бежать, – насмехался господин Такой-то. – Свидетелей нет, твоё слово против моего. А ты знаешь, какие у меня адвокаты? Хитрые, как стая лис. Любой закон наизнанку вывернут… Ну, говори: сожжёшь рукопись?
– Нет!
Марта выдохнула это, не рассуждая, из глубины души. И напряглась в ожидании выстрела.
Но вместо выстрела раздался резкий свист.
Господину Такому-то показалось, что кто-то резко выдернул у него из руки оружие. Пистолет упал на пол, от удара оглушительно выстрелил, пуля ушла под стеллажи.
Негодяй недоверчиво глядел на опустевшую ладонь. Кисть наливалась болью, как от удара.
Пистолет лежал в паре шагов от него. А рядом глубоко ушла в деревянный пол стрела – та самая, что выбила у него из руки оружие. Длинная, с опереньем из серых гусиных перьев, она могла бы сорваться с тетивы огромного, в человеческий рост, английского тисового лука.
Господин Такой-то зашарил глазами по библиотеке, но не увидел стрелка.
Библиотекарь не шелохнулась, ничем не выдала восторженного изумления.
«Как же мало я знаю про эту книжную братию!» – подумала Марта.
А вслух она сказала спокойно и ровно, не поворачивая головы:
– Спасибо, Робин Гуд.
На одной из полок чуть дрогнула яркая обложка сборника английских баллад. На обложке стояли под могучим дубом весёлые молодцы в зелёных плащах и с насмешкой глядели на чужака, который озирался, пытаясь понять, откуда прилетела стрела.
– У тебя тут охранное устройство? – спросил он наконец. – Ну так оно дало промах!
И нагнулся, чтобы подобрать пистолет.
Но между ним и пистолетом ударила в деревянные паркетные плитки вторая стрела, прилетевшая с другой стороны. Эта стрела была короче и толще первой. Такими стреляют из арбалетов.
– Спасибо вам, Вильгельм Телль, – улыбнулась Марта сборнику пьес Фридриха Шиллера.
– Да что же тут творится?! – возмущённо взвыл незваный гость.
Ответом была третья стрела, грянувшая в пол у самых его ног. Стрела была чёрного цвета, на ней были вырезаны слова: «Джон Мшу-За-Всех».
– Как же я люблю ваши книги, Роберт Льюис Стивенсон! – вскинула Марта руки к груди.
Господин Такой-то уже не рисковал озираться, не зная, что и откуда ещё прилетит.
– Так мы здесь не одни?! – спросил он злобным шёпотом.
