Бог Войны (ЛП)

— Ты здесь, чтобы объявить о своем назревшем разводе, принцесса? — спрашивает он с нескрываемой надеждой.
— Коул! — ругает его мама.
— Что? Мы все знаем, что она должна бросить этого болвана и вернуться к нам на всю жизнь. Разве не так?
Я улыбаюсь.
— Я уже взрослая, папа. Я не могу жить с вами всю жизнь.
— Конечно, можешь. Это вполне приемлемо в других культурах, и мы должны сделать это нормальным и здесь. Мы можем начать с нашей семьи. Посмотри на Ари, она уже поклялась мне в верности на всю жизнь.
— Правда? — я наклоняю голову, чтобы посмотреть на нее.
— Заткнись, — говорит она мне, а потом ухмыляется нашему отцу. — Папина дочка на всю жизнь. Ты никогда от меня не избавишься.
— Это то, что мне нравится слышать.
— Ты полна дерьма, — говорю я.
— Ава ревнует, бе-бе-бе, — она цепляется за папу, пока мама не оттаскивает ее, вероятно, чтобы не дать ей гримасничать.
— Ты похудела? — папа внимательно осматривает меня, вертя головой из стороны в сторону. — Я знал, что этот урод не кормит тебя как следует. Давай подадим на него в суд за пренебрежение и получим документы о разводе, пока у нас есть такая возможность.
— Коул… — предупреждает мама.
— Может, он еще и в тюрьму сядет? — он озорно улыбается. — Это была бы идеальная месть за то, что он отнял у меня мою принцессу. Ужасное выражение лица Эйдена тоже будет того стоить.
— Я прекрасно питаюсь, папа. Он регулярно водит меня на ужин и старается выбирать рестораны, где подают мои любимые блюда.
— Слышишь? — спрашивает мама с теплой улыбкой. — Может, хватит быть невыносимым для нашего зятя?
— У меня нет зятя и никогда не будет, — он сужает глаза. — Это он велел тебе так говорить? Тебе не нужно лгать мне, принцесса. Я заставлю его заплатить.
— Я не лгу, папа, — я целую его в щеку. — На самом деле, я обещала присоединиться к нему сегодня за ужином, так что мне нужно идти.
— А как же я? Ты не поужинаешь со мной?
— С тобой будут мама и Ари.
Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но мама встает и переплетает свою руку с его.
— Иди, милая. Я позабочусь о твоем отце.
— Люблю вас, — я обнимаю их всех вместе, а затем чмокаю Ари в щеку, прежде чем направиться к двери.
Позади себя я слышу, как папа говорит:
— Что за ресторан? Может, мы присоединимся.
— И начнем мировую войну? — спрашивает мама.
— Я буду вести себя хорошо.
— Ты говорил это и в прошлый раз, когда запер Илая в доме.
— Это было не нарочно, Бабочка. Я искренне принял его за таракана. Не моя вина, что он больше похож на паразита, чем на человека.
Я улыбаюсь, поворачиваюсь и машу им рукой.
— Принцесса, расскажи мне. Я обещаю не бить его, — он делает паузу. — Больше трех раз.
Мое лицо болит от всех этих улыбок.
Ну что ж, пора встретиться с моим заклятым врагом.
Глава 27
Ава
Вместо Алана за рулем сегодня сидит Лео.
Я опускаюсь на сиденье рядом с ним, и он смотрит на меня так, будто я сказала, что Бога не существует.
— Вы должны ехать сзади, миссис Кинг.
— Мне нравится думать, что мы друзья, и поэтому я хочу сесть спереди.
— Прошу вас, не надо.
Я хмурюсь, пристегивая ремень безопасности.
— Ауч, Лео. Я думала, мы с тобой сблизились.
— Если вы в это верите, называйте меня полным именем, иначе меня найдут похороненным на Северном полюсе.
Я смеюсь.
— Ты непреднамеренно смешон.
— Я намеренно забочусь о собственной жизни, — он выезжает с территории моих родителей, не отрывая глаз от дороги.
На нем белые перчатки. Все время. На самом деле я никогда не видела его рук. На днях он упомянул, что у него тоже диагностировано ОКР, и он нашел самого понимающего начальника в лице Илая. Наверное, потому что они оба больны.
Все сотрудники моего мужа знают, что нельзя трогать его вещи голыми руками или менять их положение без предварительного предупреждения. Естественно, я — исключение из всех правил. Он прекрасно понимает, что, если попросит меня чего-то не делать, я сделаю это просто из вредности.
 
Но даже я знаю, что не стоит провоцировать его, когда дело доходит до состояния, которое он не может контролировать. И хотя мне нравится действовать ему на нервы, я также уважаю его границы и стараюсь больше не раздражать его по этому поводу.
Посмотрите, какая я взрослая и все такое.
— Где Алан? — спрашиваю я.
— У него выходной. Годовщина свадьбы.
— О, это так мило. Завтра я приготовлю его жене подарок.
Он кивает, но ничего не говорит. Клянусь, Лео и Сэм были лично обучены Илаем сводить разговоры к минимуму.
Я припудриваю лицо и подкрашиваю губы.
— Так по какому поводу этот ужин?
— Вы не спрашивали его?
— Спрашивала, и он сказал, что это деловой ужин с каким-то важным инвестором, который приведет свою жену, и, следовательно, будет тактично, если я присоединюсь. Он сказал, чтобы я держала рот на замке, говорила с ней о моде и вела себя прилично. На что я ответила, что не могу держать рот на замке и одновременно говорить о моде. Ему нужно было дать более понятные инструкции.
Клянусь, уголок рта Лео растягивается в улыбке, прежде чем он ее сдерживает.
— Ты ведь тоже считаешь это забавным?
— Я ничего не считаю.
— Да ладно, ты же должен понимать, что временами он абсурден.
Он качает головой.
— С тобой неинтересно, — я вздыхаю, убирая помаду в сумку. — Итак, есть какая-нибудь дополнительная информация, которую я должна знать об этих мистере и миссис…
— Майерс. Роберт и Джанет Майерс.
— Точно. Они.
— Можете попробовать для начала правильно произносить их имена?
— Не говори глупостей. Рори и Дженнифер Майбах. Я точно их запомнила.
Он смотрит на меня с замешательством и думает, как подчинить меня, не убивая.
— Я пошутила.
Он сужает глаза.
— Роберт и Джанет Мейерс. Я не настолько мелочная.
Похоже, он внутренне сомневается в этом, поскольку снова сосредоточился на дороге.
— Роберту около тридцати, и он единственный наследник бизнеса своей семьи. Они заинтересованы в инвестициях, и босс хочет убедиться, что эти деньги будут вложены в «King Enterprises». Это единственный способ, чтобы отец вернул его в проект.
— Почему дядя Эйден вообще его отстранил?
— Из-за отсутствия серьезности.
Я фыркнула.
— Илай вроде как поклоняется деньгам и является сертифицированным трудоголиком, так что мне трудно в это поверить.
— Он ушел с важной встречи без причины.
— Я уверена, что у него была причина.
— Да. Ваш импровизированный визит к Реми.
Мои губы дрогнули.
— Он… он ушел только из-за этого?
Он кивает.
— Почему ты не остановил его?
— Вы верите, что его можно остановить, когда дело касается вас?
Я начинаю думать, что ответ на этот вопрос — категорическое «нет».
Хуже того, я понятия не имею, как относиться к тому, что из-за меня он оказался в сложной ситуации с отцом и потерял проект, который я часто слышала, как он обсуждал с Лео.
Мне бы хотелось думать, что я не виновата в том, что он ушел по такой глупой причине, как моя попытка спровоцировать его, но это все равно не дает мне покоя.
Лео подъезжает к «Ритцу», и моя дверь открывается, как только машина останавливается.
Я должна была уже привыкнуть к этому, но, несмотря на время, проведенное в компании этого человека, от одного его вида у меня перехватывает дыхание.
Высокий, элегантный, в черном костюме, сшитом на заказ, он выглядит аппетитно и маняще, просто стоя на месте.
Он прищуривается, когда я выхожу из машины, стараясь не споткнуться и случайно не оказаться в его объятиях.
Я виню свою зависимость от его прикосновений и то, что мне до боли знакомы эти большие, покрытые венами руки, которые он просовывает мне за спину, а затем прижимает к бедру.