Сууширский фарс 2/3 (СИ)

Под пристальным взглядом Михея и кураторов восстановленный в позывном Хранитель приоткрыл рот и потрогал языком тонкие иглы на месте обычных человеческих зубов.
— Обращение завершится, когда он выпьет крови и как следует выспится, — пояснил Кот и мстительно добавил: — А вот не побрился самый разыскиваемый преступник перед обращением зря. Борода ещё долго будет отрастать снова и снова. И о-о-очень быстро. Пока ты не научишься контролировать гигиеничность своего облика.
Михей захихикал, заметив, как вытянулось лицо у его друга. Время, проведённое на Острове, украсило подбородок Саартана густой чёрной каймой.
— А если побриться сейчас? — без особой надежды спросил Саартан.
— Не поможет.
— Тебе идёт, Саа, — Михей постарался сказать это как можно серьёзнее. — Такой брутальный. Я и внимания не обращал. Под маской-то и вовсе не особо видно было.
— Дайте мне крови и забудем об этом, — прошипел Саартан.
— Я не зря шею мыл, — Михей улыбнулся и потянулся к нему. — Пробовал когда-нибудь лисятину?
Саартан заколебался.
— Выбора у тебя не особо много, — проговорил Кот. — Мы подстрахуем. Обещаю в случае крайней нужды оторвать тебе башку, дабы спасти нашего горячо любимого главу Высшего совета. Я уже набил руку. Сработаю чисто.
Хранитель угрюмо зыркнул на куратора. Тот стоически выдержал тяжёлый взгляд.
— Не уверен, что попаду в вену с первого раза, — виновато шепнул Саартан наклонившемуся к нему Михея.
— Ничего, Саа, я готов потерпеть, — Михей склонил голову, подставляя шею.
  
Глава VII. 1:1 или точки над «и»
 
Мельхиор раздумывал. Покачивался с носка на пятку, по-птичьи вывернув голову, и разглядывал узорный потолок.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Но чем ты будешь платить?
— Опять я? — Михей возмущённо подтянул ноги в кресло и уселся в позе лотоса. — С чего это?
— Ты проник на мой Остров без моего на то разрешения, — Аист опустил на него странные металлические глаза. — Устроил бедлам и убил бабочку.
— Технически, — Михей почесал лоб, — бабочку убил Разрушитель.
— Мне его наказать? — Хозяин Острова сделал ударение на «его».
— А зачем вообще наказывать? Подумаешь — насекомое!
— Вы нарушили правила.
— Мы вне зоны их распространения.
— Тогда дела Острова вас не касаются.
— Но ты сказал, что отпустишь тот отряд, что захватит все алтари! Хищники выполнили твоё условие. Хорь всё сделал сам. Мало ли почему чужакам взбрело в голову проникнуть к Псам и Гиенам? Я никого, кроме Саа, не посвящал в свои планы раздавить бабочек. И ты же уже большой мальчик, чтобы играть с детишками! Настолько большой, что возникают подозрения о некоторых отклонениях сексуального характера…
— Не заговаривайся.
— Послушай, Мельхиорушка, — проникновенно заговорил Михей. — Ты заставляешь отбирать детей у Взрослых. Взрослые бояться. А страх толкает людей на жестокие поступки. И он же оправдывает аморальные действия. Твоя Игра может привести к печальным последствиям: невинность станет опасной, от неё начнут избавляться. Ты ведь не маньяк какой-нибудь, миры спасаешь… Если тебе скучно, я придумаю для тебя новую забаву. Без извращений над детьми.
— Никогда бы не подумал, — Аист взмахнул рукой, и перед ним появился высокий мольберт, — что такая чушь, вроде избавления от невинности для того, чтобы уберечь ребёнка от меня, может прийти кому-то в голову. Мастера Игры любят ставить свои фигуры перед сложным выбором, но никогда не делают этот выбор за них. Если кто-то додумался до извращённых идей, то это накладывает тень на него самого, но никак не на того, кто всего лишь развесил декорации.
— Ты пытаешься снять с себя ответственность? Ведь если бы не ты…
— Если бы не я, многие дети давным-давно померли бы кто с голоду, кто от болезни, кто от случайного ножа в подворотне на Материке. Большинству из них некуда возвращаться. Что ты будешь с ними делать?
— Отправлю в Лигу или в Гильдию, — Михей пожал плечами. — Оплачу обучение в Академии. Шу оставил мне всё своё состояние. А он богат до неприличия.
 
— Всех не спасти.
— Да, но я помогу хотя бы этим.
Мельхиор оглядел Михея с интересом. Помолчал. Шевельнул пальцами, доставая из воздуха кисть и краски.
— Давай уточним мои сексуальные предпочтения, — насмешливо проговорил Хозяин Острова. — Раздевайся.
— Чего?! — Михей вытаращился на него с ужасом.
Аист коротко рассмеялся.
— Тебе нечем больше платить, а просто так Детей с Острова я не отпущу. Раздевайся.
— Хочешь, чтобы я расплатился натурой?! Я ещё маленький!
— И сколько сотенок тебе стукнуло, малыш? — перед Михеем упала одежда прислуги, той, что носят горничные в богатых домах Арвинталя: фартук и чепчик с рюшечками. — А натуральнее души ничего нет. Надень это, если хочешь, чтобы я отпустил Детей.
— А Взрослых? — Михея всего перекосило от одной мысли, как он будет выглядеть в этом наряде.
— Зависит от того, насколько терпеливо ты будешь мне позировать.
— Ох, пози-и-ировать!
— А ты что подумал?
Михей покраснел до кончиков ушей, сполз с кресла и с сопением принялся стягивать с себя майку.
***
Гаон радостно гудел и вибрировал. Михей блаженно жмурился, улыбался, обмениваясь с клипером импульсами нежности. Хранитель нетерпеливо фыркал в кресле второго пилота, кутался в плед и откровенно зевал.
— Чего недовольный какой? — промурлыкал Михей.
— Ты сейчас слюни пускать начнёшь, — Саартан нахохлился под пледом. — У меня ощущение, что я подглядываю за чем-то интимным.
— Отчасти так и есть, — Михей открыл глаза. Светлые, прозрачные от полученной порции любви корабля. — Эмпатия с кораблём — эмоциональная близость, сродни интимной.
— Тогда закругляйся. Мне не комфортно.
— Ты проспал двое суток и не выспался? Или Кот тебе передал нетерпимость к открытому выражению чувств?
— Ты на громкой связи, — сказал из динамиков скрипучий голос Кота. — Нет у меня никакой нетерпимости.
Послышалась возня, характерное вампирское шипение и смешок Иватарна.
— Ты лизнул его в ухо, Кэп? — полюбопытствовал Михей.
— Почти, — хохотнул в динамиках Иватарн. — Он от меня убежал.
— Я бы тоже от тебя убежал, попытайся ты меня полизать, — пробурчал Саартан, скрываясь под пледом по самые глаза.
— Да я бы сам от себя убежал, возникни у меня такая блажь! — хмыкнул Иватарн. — Эй, Плут! Я поднимаю Глиста. Держись в хвосте.
— Так точно, Кэп! — отозвался Михей.
Гаон уркнул, обвил его голову щупальцами. Вздрогнул всем своим блестящим телом и мягко пошёл на взлёт. В обзорных экранах появился острый плавник белого катера. Облака на небе порозовели — Хозяин Острова указывал двум кураторским кораблям путь на Материк.
Какое-то время летели молча. Михей дал клиперу мысленную команду заблокировать открытый канал связи с Глистом.
— Саа, — позвал Михей.
— Ну? — Саартан заворочался в кресле.
— Почему ты оставил сына на Острове?
— Ему будет лучше с матерью.
— И с Кофой? — осторожно уточнил Михей.
— У фонтана он читал Заку сказку.
— Он садист и убийца.
— Мих, ты сам говорил, что Мельхиор изменил его. К тому же Элисбэт переедет жить в Цитадель. У нас будет возможность приглядеть за ними.
— Всё равно. Мне как-то… не по себе.
— Из меня никудышный отец, — Саартан вздохнул. — Это я — садист и убийца сейчас.
— Да брось ты!
— Ты ничего обо мне не знаешь, Мих. Во мне личность Саа с памятью Мифлецета. Это как разбавлять крепкий горячий чёрный чай холодным молоком с ложкой сахара. Чай остаётся чаем, а молоко и сахар когда-нибудь закончатся.
— Нет, — покачал головой Михей. — Чай с молоком — это совсем другой напиток. Другой вкус, другой аромат, другой эффект. И вообще. С чего ты взял, что закончится именно молоко? А ещё ты забыл, что глава Высшего совета кураторов всегда даёт людям второй шанс.