Сууширский фарс 2/3 (СИ)
— Лурвэ, — голос Дейрдре стал ласковым, таким, каким обычно разговаривают с маленькими детьми. — Ну, нельзя же так! Он платит, ведёт себя прилично, помогает мне. Как же я его выгоню? И почему?
— Он посадил чёртово дерево прямо посреди Суушира!
— О-ох, — простонал Михей, корчась на полу. — Тебя-то оно чем не устраивает?!
— А тем, — Лурвэ посмотрела на него сверху вниз и встопорщила крылья. — Что ты лишил всех нас работы! Что мне теперь делать? Что нам всем теперь делать?!
Последний вопрос она задала куда-то в крышу веранды.
— Лурвэ, солнышко, — целительница потянула её за напряжённое крыло. — Пойдём в дом. Там поговорим спокойно, ты мне всё расскажешь. И подумаем вместе, что делать дальше. Пошли, пошли!
Лурвэ сжала кулаки, ещё раз окинула гневным взглядом притихшего на полу Михея, выдохнула и кивнула:
— Хорошо.
— Вот и славно! — обрадовалась Дейрдре. — Ты беги, а я через минуточку подойду. Только приберу здесь немного.
Целительница принялась перекладывать остывшие пирожки на подносе и переставлять с места на место чашки с чаем. Лурвэ подозрительно сощурилась:
— Вы его сейчас полечите!
— Полечу, — не отвлекаясь от пирожков и чашек, честно призналась Дейрдре.
— Ну и ладно! — Лурвэ фыркнула. — Я всё равно его потом снова покалечу.
И направилась к крыльцу дома. Целительница тяжело вздохнула, но промолчала.
— Божественное создание! — восхищённо прошептал Михей.
— Недалеко от истины, — Дейрдре усмехнулась. — Лурвэ — принцесса Ада.
— В Суушире есть ад? — встрепенулся до этого притворяющийся элементом декора Славиш.
— Конечно, есть! — Дейрдре смерила его взглядом. — Везде, где правят цайары, есть очистительная система Ад-Рай. Стыдно это не знать.
— Демонесса, — Михей повертел на языке звучное слово. — Демонесса… Знаете чего? — вдруг воскликнул он с ужасом. — Кажется, я влюбился!
***
Дейрдре попросила Михея подождать на улице, пока она успокоит Лурвэ и настроит её на конструктивный разговор. Михей еле дождался, когда целительница и демонесса выйдут из дома.
— Лурвэ, пожалуйста, без насилия, — Дейрдре строго посмотрела на принцессу Ада. — Обсудите всё мирно. Уверена, что ситуация с Древом — всего лишь недоразумение.
Лурвэ недоверчиво надула губы, окинула Михея недружелюбным взглядом. Того аж потряхивало и распирало от желания поскорее объясниться с ней. Он переминался с ноги на ногу, дёргал пуговицы на рубашке и нетерпеливо поглядывал на целительницу.
— Чтобы к концу беседы все были живы и здоровы, — ещё раз напомнила Дейрдре и удалилась в дом.
— Я вот чего хотел сказать! — сразу же взорвался Михей. — Ты…
— Кто тебе слово давал, долбоящер?! — взвилась Лурвэ.
— Но…
— Я тут говорю, а ты слушаешь!
— Ладненько! Только ты такая красивая, что я не могу об этом умолчать!
— Я… — Лурвэ хлопнула ресницами. Покраснела, затем побагровела и разозлилась. — Ну, всё! Простите, целительница, но это уже ни в какие ворота!
Она выдохнула из узких ноздрей струйку дыма, выпустила изогнутые полумесяцем когти и пошла на Михея. Михей отступал от неё, любуясь ею и восторженно вздыхая:
— Глаза как альмандины! И этот адский огонёк в них, ах! И волосы как снег в ясный морозный день! А эти крылышки! И рожки!
— Я. Тебя. Убью!
— О! Этими чудненькими коготками? Да хоть на миллиард полосок полосуй — я только счастлив буду!
— Ты больной что ли?!
— Да! Я болен тобой! Заболел, как только увидел! На всю голову!
Лурвэ зарычала и прыгнула. Сбила Михея с ног, подмяла под себя, упёрлась когтями ему в шею.
— Почему ты не веришь? — удивился Михей, даже не пытаясь сопротивляться. — Я же искренне восхищаюсь тобой!
— Да у меня же кожа серая! И крылья! И рога! И чешуя! Вот, — Лурвэ убрала руку от его шеи и продемонстрировала тыльную сторону ладони, на которой к пальцам тянулись гладкие синеватые пластинки. — И хвост!
— Хвост, о-о-о!.. Где он?
— Спрятала. Я стесняюсь…
— Кого? Хвоста?!
— Хвоста! Всего! — Лурвэ уселась верхом на Михее и скрестила на груди руки. — Так что прекращай нести этот бред.
— Но ты действительно прекрасна! Ай! Больно же! Хорошо! Только кто-то же должен был тебе об этом сказать! Ох! Ну, ты чего сразу дерёшься?! Я самый честный лис во всём Шельйааре, между прочим!
— Лис? — Лурвэ перестала раздавать мальчишке тычки. — Как Вакей?
— О, ты моего папу знаешь?
— Папу?!
— Ага. Понимаешь, когда у женщины от мужчины появляется ребёнок… А-а-а! За что?! Я же пытаюсь объяснить!
— Знаю я, что такое «папа»! — прошипела Лурвэ. — Ты за кого меня принимаешь?!
— За очаровательную принцессу Ада, которая вполне может не знать о человеческих кровных связях, — улыбнулся Михей. — Давай уже по-нормальному поговорим, м?
— А ты так умеешь?
— Я буду стараться.
— Только без всяких ахов-вздохов! — предупредила Лурвэ, поудобнее устраиваясь на нём.
— Не слезешь с меня?
— Нет.
— Ладно. Я люблю, когда девушки сверху…
Пощёчина получилась звонкой и разбила Михею губу.
— Я начинаю привыкать, — пробормотал Михей, слизывая кровь. — Тебе бы плётку…
— Ты мне начинаешь надоедать, — Лурвэ нехорошо сощурилась. — Говори, что там с деревом? И я подумаю над тем, какую конечность оставить тебе нетронутой.
— Голову, — Михей усмехнулся. — Она почему-то всех раздражает. И Древо, а не дерево. Всё же на нём зреют миры, как-никак. Я прорастил семя для того, чтобы не дать джинну ассимилировать Суушир. Что называется — дёшево и сердито. Кстати! Если Древо начнёт плодоносить, то мы решим проблему перенаселения в мире!
— Какое перенаселение, если половина земель Суушира даже не исследована?
— Но когда-нибудь же исследуют? Ты мне лучше скажи, что там в Аду-то расстроилось из-за моего семени… ой! То есть из-за семени Древа!
Михей прыснул, а Лурвэ подняла глаза к небу и спросила у лениво плывущих облаков:
— Блаженные ведь сразу к вам? Могу его мучеником сделать. Возьмёте?
Ей никто не ответил, и принцесса Ада перевела тяжелый взгляд на Михея.
— А на небесах реально ангелы живут? — спросил тот.
Он беззастенчиво разглядывал демонессу, улыбаясь во весь рот, отчего ранка на его губе никак не хотела затягиваться и пачкала кровью щёку.
— Да, — Лурвэ вздохнула. — И пока ты не вмешался, мы, демоны, души очищали, а они, ангелы, составляли новую учебную программу. А теперь души умерших уходят неизвестно куда, а то и вовсе сами собой перерождаются!
— Ну и пусть сами выбирают, какой им опыт поднабрать в следующей жизни!
— Да они же не знают, что им нужно!
— А вы знаете?
— Наши создатели знают. И у нас целый аналитический отдел есть!
— Ваши создатели — это цайары?
— А кто ж ещё? — Лурвэ удивилась так искренне, что Михей озадаченно поднял бровь. — Организовывать всё вокруг себя — это к ним.
— Ад и Рай есть везде, где правят цайары, — задумчиво проговорил Михей. — Интересненько… Слушай, Лурвэ! Я разрулю этот косяк с Древом, всё отлажу так, что будет работать лучше, чем раньше. Чеслово! Но мне понадобится твоя помощь. Вы, демоны, ведь питаетесь эманациями страха и боли?
— Не только, но в том числе, — Лурвэ нахмурилась. — А что?
— Мой друг тонет в болоте негативных эмоций. И если ему не помочь сейчас, то он станет Разрушителем.
— Из пророчества?
— А какое у вас тут пророчество? Саа-то у нас Разрушитель в межмировых масштабах. По крайней мере, я так думал.
— Пророчество гласит, что придёт человек, который принесёт в своём сердце Тьму и погрузит в неё весь мир. И настанет конец всему живому. Он разорвёт цепи инкарнаций, души людей будут умирать вместе с телами. Ничего нового.
— А пророчество этого человека никак не описывает? А то этот ваш Разрушитель мне кое-кого другого напоминает. И, к несчастью, он прибыл в Суушир вместе с Саа. Теперь поди разберись, кто из них кто.