Ненавижу тебя любить (ЛП)

Скользнув рукой между моих ног, он вошел в меня пальцем. На мгновение перестав целоваться, я выгнула спину. Затем обнажила перед ним шею. Со стоном он наклонился и попробовал меня там на вкус.
А потом добавил еще один палец и помедлил.
Еще секунда, и он начал входить и выходить, задавая ритм. Мне оставалось только держаться, пока он атаковал мою киску, набрасываясь ртом на мою шею, сначала на одну грудь, а потом и другую. Пока я объезжала его пальцы, он губами двигался вниз по моему животу. Я сжимала кулаки, откинув голову на кровать, и старалась не кричать.
Шей опустил рот прямо над пальцами.
— Кеннеди, — мягко позвал он.
Посмотрев вниз, я увидела порочную усмешку и широко раскрыла глаза. Он вытащил пальцы и поцеловал меня там. Языком скользнул внутрь, и все мое тело сжалось от захлестнувших ощущений. Боже. Его язык двигался туда-сюда. Кружил вокруг клитора, вновь погружался и выходил.
Мои лёгкие сжимались. Хотелось нагнуться, схватить его голову и прижать ближе. Желание было настолько сильным, что я вцепилась руками в покрывало, изо всех сил пытаясь держать себя в руках.
— Шей.
Я задыхалась.
Давление нарастало. Я была близка к кульминации и не знала, смогу ли справиться с этим. Прежде чем я оказалась готова, Шей заставил меня кончить. Но не остановился. Продолжая работать языком, потер мой центр, и я словно рухнула с высоты — все тело сотрясла дрожь.
Шей поднял голову, пальцами снова входя в меня. Медленно и нежно, помогая ослабить дрожь. Я наклонилась, схватила его запястье, но не остановила его. Мы встретились взглядами и замерли, наши лица оказались так близко.
Ни один парень не делал такого со мной, и это заставляло меня чувствовать себя голой и открытой для него. С ним я никогда не чувствовала себя незащищенной, даже без одежды, но сейчас остро ощущала свою наготу.
Его брови на мгновение сошлись в одну линию.
— Ты в порядке?
Воздух застрял у меня в горле, поэтому я просто кивнула.
— Да, — сглотнула я. — Мне никогда раньше никто так не делал.
С выражением нежности на лице он мягко улыбнулся.
— Правда?
Его пальцы выскользнули из меня, и теплое сияние распространилось по моему телу. Оно охватило позвоночник, руки и ноги, до кончиков пальцев. Все тело покалывало, словно душа покинула тело.
От этой мысли я рассмеялась. Поговорим об усилителе эго.
— Над чем ты смеешься?
Он снова навис надо мной, глядя вниз.
— Ни над чем, — я потрепала его по щекам. — Готов учиться? — И громко рассмеялась.
— Дай мне секунду, а потом я вернусь и снова поработаю над тобой.
Он встал с кровати, а я перевернулась. Разглядывая его задницу, я почти пускала слюни. Такая крепкая, хотя он и спереди казался произведением искусства. Шей с презервативом в руке вернулся к кровати и снова лег на меня. Расположившись между ног, он нашел мои губы в самом сладком поцелуе, который я когда-либо испытывала, и вскоре мне захотелось, чтобы он оказался внутри. Он вошел, продолжая целовать меня: медленно, нежно и очень долго.
Шей не торопился, снова и снова поклоняясь моему телу, пока я не взорвалась в оргазме. И только потом начал толкаться сильнее и сильнее. Он ускорился. И пока врывался в меня в поисках собственного освобождения, я обхватывала его ногами за талию.
Когда Шей лег на бок, я зарылась пальцами в его волосы. Скользнув ногой между его ног, я придвинулась ближе и притянула его лицо обратно к своему. Последний поцелуй. Такой же нежный, как и многое другое, что он делал сегодня. Именно то, что мне нужно.
Он отстранился, затем чмокнул меня еще раз.
— Зачем?
— Что именно? — Он положил голову на кровать, глядя на меня.
— Поцелуй.
Прежде чем лечь на живот, Шей на мгновение коснулся моих губ.
— Это приятно.
— Все это было приятно.
— Да. Именно.
Будь мы парнем и девушкой, я рассказала бы ему о сегодняшнем дне. Об ублюдках на фуд-корте, от которых я убежала, о тех двоих в классе, которые продолжали создавать мне проблемы. Рассказала бы ему, каким неласковым казался сегодня мир, пока я не пришла сюда, и он не поцеловал так сладко и не коснулся меня так нежно, будто понимал, что это именно то, что нужно, чтобы снять груз с моих плеч. Но мы не встречаемся, поэтому я промолчала. Просто секс перерастал в настоящую дружбу. Я больше не могла лгать себе по этому поводу и посмотрела на него в ответ. Потянулась к его руке на моем животе и переплела наши пальцы вместе.
 
Он поднял голову, словно ждал от меня каких-то слов.
Я не смогла. Не смогла поделиться последним, что у меня осталось. Стала бы слишком уязвимой, слишком беззащитной. Я сжала его руку в последний раз, затем перекатилась, села на край кровати и потянулась за одеждой.
— Нам, наверное, пора заниматься.
Шей сел позади. Я думала, он обойдет меня и начнет одеваться. Но он этого не сделал. Вместо этого, он скользнул мне за спину и обнял ногами, потянув меня назад так, что я уперлась ему в грудь, и положил подбородок мне на плечо.
— Что случилось?
Я напряглась, но улыбнулась ему.
— Ничего. — Я старалась говорить непринужденно, хотя понимала: он знает, что я лгу. — Нам действительно нужно одеться, или мы не будем заниматься сегодня вечером.
— Кеннеди...
Я отстранилась от него, стоя с одеждой в руках.
— Не возражаешь, если я быстро приму душ?
Я не стала ждать.
Будто от этого зависела моя жизнь, я поспешила в ванную, закрыла дверь и оказалась под водой. Только тогда я остановилась. Что со мной происходит? Я и раньше имела дело с придурками. Почему они все еще со мной? Не покидают моих мыслей? И почему я убегаю от Шея? Я бы не спала с ним, если бы думала, что он хочет причинить мне боль. Мне не нужно ничего скрывать, но... нет. Мне просто нужно немного времени. Мои стены разрушены. Вот что случилось.
Я все чувствую.
Я не защищена.
Одно неверное слово, один неверный взгляд, и он сделает мне больно. Я стала совершенно беззащитной.
Задержавшись в душе, медленно вытираясь и одеваясь, прежде чем вернуться в спальню, я снова выстроила стену. Снова почувствовала себя хозяйкой положения.
Шей сидел за столом, одетый в те же спортивные штаны и футболку, в которых открывал мне дверь. Увидев меня, он отложил ручку.
— Тебе лучше?
Я кивнула, чувствуя, как стискивает горло.
— Гораздо.
Он не просил конкретики, понимая, что я взволнована. Просто не знал из-за чего. Я села на кровать и схватила свой рюкзак.
Он кивнул, возвращаясь к учебнику.
Я расстегнула молнию на сумке.
— Это не из-за тебя.
Шей поднял взгляд.
— Что?
— Я... — Я смотрела на свою сумку, но не видела ее. — Я, хм, я действительно не знаю, но не из-за тебя.
— Если хочешь поговорить об этом, я выслушаю.
Я оглянулась и не увидела в выражении его лица ни осуждения, ни ожидания, ни нетерпения. Если я нуждаюсь в нем — он рядом, и все. Это воплощение того, какой должна быть любая дружба. Никаких требований. Никакого давления. Именно так.
Сумка выпала из моих рук, и, встав, я подошла к нему.
Он отодвинул стул, и я оседлала его колени.
Может быть, наши отношения слишком далеко зашли в область чувств и стали большим, чем просто друзья с привилегиями, но в тот момент мне было все равно.
Шей положил руки мне на ноги, и я наклонилась в поисках его губ, вздохнув в них. Мы сидели так, целовались, он обнимал меня, пока чуть позже не отнес обратно в постель. Потом он снова оказался во мне, но часть меня могла бы провести всю ночь вот так, просто целуя его.
Глава 22
Через несколько часов у меня в животе заурчало.
 
Полностью одетая, я лежала на кровати. Шей снова сидел за своим столом, и в течение последнего часа мы не разговаривали. Чудесное ощущение. Такая тишина, когда не нужно ничего говорить как дома.
Теперь же он поднял глаза.